Поволжская Сага (сочинения о Сызрани). Книга 4

Глава 6. Загадки.

19 октября 1883 года. Поместье Ревякиных.

11 часов утра.

Чистая и прозрачная родниковая вода. Что может быть лучше в знойный летний день? А приготовленный из ледяного источника чай пьётся в морозную зиму не иначе как нектар. Пригород Сызрани славится своими чистыми родниками, в которых горожане любят набирать небольшие фляги с водой. Такой же родник бил и около поместья Ревякиных, в котором сегодня было достаточно оживленно. Ирина с Михаилом сидели в ее кабинете и просматривали документы по управлению поместьем. 

«Ничего подозрительного не нахожу», - ответил мужчина.

«Жаль. Я думала может хотя бы Вам удастся разглядеть в них что-то», - устало произнесла Ирина.

«Может есть смысл осмотреть хотя бы дровяник и его окрестности. Следы исчезновения леса все равно должны были остаться», - предположил Михаил.

«Это первое, что я сделала после того как обнаружила пропажу», - ответила Ирина.

«Давайте все же пройдёмся вдоль хозяйственных построек», - предложил Михаил. 

Они собрали бумаги, убрали их в сейф и вышли во двор, на котором несмотря на середину октября светило яркое солнце. Пока они шли к коровнику и хлебному амбару оба думали о чём-то своём. Михаил жалел, что не взял с собой в имение Катерину с дочкой. Вокруг была такая красота и свежий воздух. Можно было бы прогуляться после обеда по лесным тропкам. Он итак не видит жену и дочь. А в этой тиши  прекрасный шанс уделить им немного внимания. Правда как попросить Ревякиных об этом. Ирина здесь только управляющая и гостей в имение приглашать точно не входит в ее обязанности. 

Ирина же вспоминала прошедший вчерашний день. Катя перезнакомила ее со всеми соседями в Троицком переулке, братьями и их хорошими знакомыми Пережогиными, которые с сыном жили около Кузнецкого сада. Нарядив ее как куклу, Катерина с Надеждой решили, что обеспечили девушку приличным гардеробом, а Ирина смеясь ответила им, что после отъезда из Сызрани в Москву ей придётся устроить благотворительную распродажу целого склада одежды, шляпок, вееров и перчаток.

«Вы собираетесь покинуть Сызрань?» - спросила Надежда.

«Ну рано или поздно, да. Получу рекомендации от Вашего батюшки и уеду в одну из московских усадеб, буду работать там», - скромно ответила Ирина.

«Неужели Вам нравится работать в деревне?» - спросила Катя.

«Попроситесь у Надежды Ивановны и ее родителей пожить с мужем в имении и тогда поймёте, что ничего не может быть лучше такой жизни в покое и тишине», - ответила Ирина Кате.

«А что? Неплохая идея. Комнат в доме предостаточно. Можем организовать выезд с семьей и знакомыми в имение, вспомнить детство. Было бы здорово. Надо поговорить с отцом», - произнесла неожиданно Надя.

«В самом деле? Я бы с удовольствием увезла Михаила подальше от документов и бумаг», - рассмеялась Катя.

Девушки все утро провели вместе, но Кате нужно было возвращаться к дочери, а Надежда уехала в свою мастерскую, объяснив что и без ее открытия у неё уже масса заказов, которые необходимо выполнить в срок. 

После обеда к Беловым с визитом пришёл Пётр и провёл с Ириной почти весь день. Хозяева дома их не тревожили и они по настоящему наслаждались обществом друг друга. Они сидели все в той же китайской гостиной, в которой двумя днями ранее Ирина уговаривала Михаила Васильевича помочь в ее странном деле.

«Между прочим сторожка до сих пор стоит на той же самой поляне», - сказала Ирина, выслушав рассказ Петра об их детстве с братом и укромном месте, в которое никто не смел придти или приехать.

«То есть Вы были там? А мы то с братом считали что об этой избушке никто не знает и она поросла мхом. Вы разбили мне сердце. Тайна перестала быть тайной», - удивился Пётр.

«Думаю Ваше сердце все-таки останется в целости и сохранности. О ней никто не знает кроме меня. Сторожка довольно далеко от усадебного дома и я нашла ее чисто случайно. Кстати мхом она действительно поросла. Летом вся поляна вокруг неё была в нем, колокольчиках и зарослях брусники», - рассказывала девушка, а в глазах ее зажегся огонь. Место было в самом деле чудным. Казалось, что там ты остаёшься один на один со всем окружающим миром.

Молодые люди вышли во двор дома, чтобы подышать воздухом и посмотреть на листопад, усиливающийся с каждым часом. Ирина облокотилась на растущую рядом яблоню, а Пётр стоял около входа в дом и смотрел на неё.

«Обещайте мне, что по следующем моем приезде в имение мы вместе съездим туда и наберём каких-нибудь ягод», - проговорил Пётр и двинулся в сторону девушки. 

Ирина тихонько рассмеялась.

«В это время года на полянке вряд ли растёт что-то кроме клюквы. У меня от ее вкуса сводит во рту», - говорила она.

«Ну мы ведь можем сделать кислую клюкву и сладкой», - ответил мужчина и вплотную подошёл к девушке, явно намекая ей на поцелуй.

«Пётр Иванович, меня немного пугает Ваш напор. Я не привыкла, чтобы мужчина так откровенно выказывал своё расположение ко мне», - отходя на шаг назад от Петра произнесла Ирина.

«А я рад, что оказался первым. И хотел бы им быть в отношении Вас во всем», - ответил он.

Боже дай ей сил. Такие недвусмысленные намёки от умного, красивого и самостоятельного молодого мужчины какую угодно ледышку заставят растаять. Кажется ещё несколько минут и она растечется мокрой лужицей под ногами Ревякина. И надо же было ей увлечься именно им. 

«Пётр. Иванович, - язык не слушался, - я все-таки служащая имения Ваших родителей, не будем забывать об этом».

«Я готов забыть», - проговорил Пётр, глаза его говорили девушке о том, что стоит только ей позволить себе расслабиться, она сгорит в объятиях этого мужчины и уголька не останется.

«Я о своих обязанностях забыть к сожалению не могу. Завтра мне нужно будет вернуться в имение по одному срочному делу, поэтому прошу извинить меня, но завтра мы не сможем с Вами увидеться», - извиняющимся тоном сказала Ирина.

Пётр нисколько не приуныл, взял с неё обещание, что они все таки увидятся в субботу и распрощавшись с ней ушёл.