Поволжская Сага (сочинения о Сызрани). Книга 4

Глава 9. Требование.

28 октября 1883 года. Дом Михаила и Екатерины Беловых.

4 часа пополудни.

Первый снег. Он начинает кружить над крышами ещё сонных домов с раннего утра. Мелкие снежинки летают в чуть морозном воздухе и ложатся на землю, тая. Красиво. Кажется, что это даже какое-то волшебное представление. Увидевшие, белоснежный хоровод в зашторенные окна, дети, выбегают на улицу, на ходу одевая шапки и шубы и открывают рот, пытаясь выловить падающие снежинки, пробуя их на вкус. Влюбленные пары смотрят на первый снег как на пору обновлений и приближению сезона свадеб после зимнего поста. Одинокие девушки и парни ищущие свое счастье видят в белом танце природы надежду, что в их судьбе что-то изменится.

«Сергей, оставь меня в покое, я никуда не пойду», - в который раз повторила Ирина, глядя в окно на первый снег.

«То сидела в имении безвылазно. Я еле вытащил тебя в город, а ты и тут сидишь в своей спальне. Мы же договорились», - ответил мужчина.

«Не напоминай мне!» - резко обернувшись к нему выговорила Ирина.

«Что? Ты изображаешь мою жену в городе, я переписываю на тебя отцовское имение. Разве ты не об этом мечтала?» - недоумевая спросил ее Сергей.

«Да. Мечтала», - ответила Ирина, думая, что так оно и есть, но почему-то грядущая возможность уехать в Симбирск и вступить в родной дом на законных основаниях  уже не радовала ее так как неделю назад, когда Сергей показал ей готовые к подписи документы на дом.

«Ну так помоги мне. Эта особа уже довела меня до белого каления намекая, что ее муж умер, а она не прочь выйти снова замуж, не меняя фамилию», -  нетерпеливо проговорил Сергей. Кажется Браницкая в самом деле довела брата.

«Может мне не нравится представляться твоей женой?» - спросила девушка.

«Послушай. Это же ненадолго. Закончу все дела в городе и уеду в Москву. Назначение уже вот вот придёт. А ты поедешь к нам в имение и будешь делать то что тебе нравится», - ответил Сергей поражаясь, что Ирина после его предложения ни дня не находилась в нормальном расположении духа.

«Что у тебя здесь могут быть за дела? У будущего попечителя Московских музеев?» - спросила Ирина.

«Под Сызранью огромная Усадьба Орловых-Давыдовых. Мне поручено описать их библиотеку. Там много старинных томов французской литературы. Возможно удастся уговорить их отдать ее в один из музеев Москвы», - пояснил Сергей.

«Вот и езжай к своим Орловым», - буркнула Ирина.

«Орловым-Давыдовым», - поправил ее брат. 

«Да хоть к Лебедевым-Ивановым. Оставь меня в покое», - выходя из себя выкрикнула Ирина и выбежала из комнаты, столкнувшись на ходу с Катей.

«Простите», - потупила взор Ирина и пронеслась мимо неё во двор. 

Хоть тут отдохнуть от навязчивых идей Сергея. Зачем она только согласилась на эту авантюру?! Ей не хотелось получать отцовское имение таким путём. Но она так мечтала о том, что приедет туда полноправной хозяйкой и приведёт комнату матери в то состояние, в котором она была ещё при ней. Такой какой она ее помнила по смутным детским воспоминаниям. Но за последнюю неделю она поняла, что платит слишком высокую цену за свою мечту. Один вечер у Ревякиных перед ее отъездом чего стоит. Пётр был вне себя от злости все время пока она находилась в столовой дома его брата. А услышав, что она уезжает в Симбирск так посмотрел на неё, что внутри все сжалось от страха. Хотелось побежать за ним и успокоить его, сказать что все ее мысли в последнее время только о нем. Но она не могла этого сделать из-за того, что брат написал в письме.

«Жду тебя в поместье отца как можно скорее. В Сызрани все должны быть уверены, что ты моя Жена. Вопрос жизни и смерти. С.»

Приехав в родные места девушка выслушала тираду брата о том, что Дарья Браницкая, приходившаяся им какой-то родственницей, наметила Сергея себе в мужья и нужно, чтобы Ирина отвадила эту женщину от ее бедного брата. 

«Это и есть твой вопрос жизни и смерти? Ты в своём уме? В имении Ревякиных проблемы. Я должна быть там, а не слоняться по балам в Сызрани обманывая добрую половину города», - возмущалась Ирина.

И тут брат сделал ей то самое предложение, от которого она была не в силах отказаться. Согласившись на этот фарс она сама себя загнала будто в золотую клетку из которой не было выхода. Златовласка в золотой клетке, забавно. Вспомнив, что именно Пётр называл ее так, Ирина изо всех сил старалась убедить себя что имение отца и матери, образ которой она едва помнила, важнее мужских глаз, губ и рук, от прикосновений которых она способна забыть все на свете. Это все страсть и блажь, ей нужно думать о своём будущем, а оно находится под Симбирском в их родовом поместье. Ирина вышла на крыльцо дома Беловых и прислонилась к холодным перилам. Днём она конечно уговаривала себя, что делает все правильно, а ночами не могла уснуть вспоминая минуты объятий с Петром в сторожке. Неделя бессонных ночей и она похудела, лицо приобрело серый цвет, настроения не было ни на какие походы в гости или городские мероприятия. Единственное, что она делала с завидной регулярностью, это ругалась с Сергеем, который будто бы специально изо дня в день напоминал ей об их уговоре. 

Во двор к Беловым зашли их Соседи Стерлядкины. Молодая и очень приятная во всех отношениях пара. Но Ирина не была расположена к разговору с ними. Маша помогала брату Сергею с его делом в Усольском имении Орловых и они часто захаживали с Андреем Фёдоровичем в дом к Екатерине и Михаилу, подолгу сидели вместе беседуя или просто наслаждаясь тишиной разглядывая своих детей, которых зачастую оставляли рядом с собой, не перекладывая их на руки гувернанток.