Поволжская сага (сочинения о Сызрани). Книга 6

Глава 5. Признание.

5 марта 1884 года. Дом Браницких.

Два часа пополудни.

Я вас люблю, — хоть я бешусь,
Хоть это труд и стыд напрасный,
И в этой глупости несчастной
У ваших ног я признаюсь!

А.С. Пушкин «Признание».

«Врач сказал, что все в порядке. Рука не сломана. Несколько дней покоя и все будет в порядке», - произнесла Анна, принимая руку Владимира и усаживаясь в одно из кресел неплохо обставленного кабинета.

«Почему Вы не хотели, чтобы врач осмотрел Вас ещё вчера?» - спросил он.

Анна отвернулась от него и замолчала. Что за странное упрямство? Речь ведь не шла о какой-то царапине. Она вся была в синяках, один из которых был особенно большой и зиял на щеке даже сейчас, хотя он заметил, что она пыталась заретушировать его.

«Ваше упрямство ни к чему хорошему не приведёт. Или это особенности княжеского достоинства», - попытался он расслабить обстановку.

Анна метнула на него такой взгляд, что он на минуту задумался о том, что эта девушка кроме ненависти к нему ничего не испытывала.

«Я рассчитывал на диалог, удаляясь с Вами сюда», - проговорил Владимир.

«Простите. Я не в том состоянии чтобы обсуждать подобные вопросы», - ответила девушка. 

«Обсуждать именно со мной или обсуждать в принципе?» - недоумевал Владимир. 

«Владимир, оставьте меня пожалуйста в покое. Между нами больше ничего никогда не будет», - проговорила Анна, пряча от него лицо.

Ее глаза говорили ему совершенно другое.

«Не волнуйтесь. Орловы хоть и имеют славу ловеласов, но с замужними женщинами они не позволяют себе связываться», - ответил он. 

«Я не замужем», - прошептала она еле слышно.

Владимир, услышав это, не знал то ли радоваться ему то ли огорчаться. Если она свободна, то почему отказывается от него? Он же видел, что она неравнодушна к нему. 

«Это самая хорошая новость за последние несколько месяцев!» - не сдержавшись высказал он и улыбнулся ей, подходя к креслу, на котором сидела Анна и садясь перед ней на колени. 

«Боюсь это мало что меняет», - ответила Анна.

«Я никак не возьму в толк почему?» - спросил Владимир, беря ее руки в свои. 

Гагарина молчала, снова отвернувшись от него и убирая руки на стол.

«Аня, молчание не лучший выход», - сказал Орлов.

Девушка подняла на него глаза полные обожания. Неприкрытого ничем. Он не мог не отреагировать на такой взгляд и потянулся к ней, целуя в шею. Поднявшись губами к ее щекам его взгляд упал на синяк.

«Что случилось? Почему Вы вся в синяках? Если Вы попали в беду, можете доверится мне», - просил ее Владимир.

«Нет. Ни в какую беду я не попадала. Это просто недоразумение», - прошептала она, но Орлов точно знал, что она не договаривает ему что-то.

Он поднялся с колен и отошел от нее на довольно приличное расстояние. В конце концов он был задет как любой нормальный мужчина, которому не может довериться женщина, которую он любит.

«Не понимаю, чем я заслужил Ваше недоверие? На ночь со мной без каких-либо обещаний Вы согласились, а рассказать, что с Вами произошло отказываетесь», - раздраженно бросил он.

Конечно Анна сразу закрылась ещё больше от него. Встала и направилась к двери без всяких лишних слов. Нет. Он не выпустит ее отсюда пока она не расскажет ему в чем дело. Он закрыл ей проход в коридор. Она встала слишком близко к нему и подняла на него свои черные омуты, которые он всеми силами старался забыть.

«Я разучилась доверять людям Владимир Анатольевич. И Вы здесь ни причем. А напоминать мне о той… ночи… нечестно с Вашей стороны. Пропустите меня. У меня болит рука. И я хочу лечь», - проговорила она.

Он открыл дверь и пропустил Анну вперед, поддерживая при этом за локоть. Она не вырывалась, но и не старалась придвинуться к нему ближе.

«Могу я Вас навестить вечером?» - спросил Владимир наблюдая как Анна уходит в сторону лестницы ведущей на второй этаж.

«Можете», - проговорила девушка и Орлову показалось, что даже этот небольшой шаг в его сторону девушка сделала скрепя зубами. Что же ее останавливает? Может он чего-то не знает о ней. У кого же спросить? В Сызрани как он выяснил никто толком о ней ничего не знал. Брат. Она говорила о брате. Пожалуй, можно навести справки о нем и попытаться что-то выяснить у него. Это было похоже на последний крик отчаяния, но он прекрасно понимал, что не может вот так отпустить Анну. Он должен добиться ее расположения во чтобы то ни стало. И начать нужно с обыкновенных знаков внимания. Хорошо бы было наведаться снова в книжный магазин и купить ноты для игры на фортепиано. Этот подарок она точно не отвергнет. Размышляя об этом, Владимир вошел в столовую, из которой некоторое время назад вышел, оставив Сергея Сергеевича с его посетителем. Они все ещё сидели за беседой. Надежды нигде не было видно.

«Мне бы не хотелось больше обсуждать подобное предложение без жены. Не знаю сможет ли она довериться Вашей дочери и оставить мастерскую в ее руках», - проговорил Браницкий, обращаясь к мужчине, которому на вид было не более 50 лет.

«Надеюсь, Ваша жена согласится. Лиза привыкла работать в лавках и магазинах, можете быть уверены, она справится», - ответил тот.