Повседневность Дракулы

Глава 25. Настоящее лицо

Даже самые добрые и честные, на первый взгляд, люди всегда скрывают внутри что-то ещё. Что-то, что явно выбивается из того привычного образа, который мы на них вешаем.

Уверен ли я, как рассказчик, в том, что некоторые из наших героев скрывают что-то мрачное? Или просто что-то странное? Ну... помимо Герберта. Точно сказать не могу. Все эти ребята живут своими жизнями и у меня нет власти управлять ими. Частично я иронизирую, но это правда.

Наскис сел в свою машину и, расслабившись уставился в потолок. Мутная неопределённость слегка захлестнула его. Слишком много всё посыпалось на голову.

- Думаешь, слова Герберта имеют смысл? - спрашивает Ева, нагнувшись к окну.

Он неохотно перевёл на неё взгляд.

- Да... наверное. Слушай, я уже немного устал от этой работы. Не хочешь заехать в какую-нибудь забегаловку пообедать?

- Почему бы и нет, - отвечает она.

Наскис часто проводит с ней время вместе. Одинокая симпатичная женщина и до сих пор без партнёра - это непорядок. Правда, как бы он ни пытался проявлять знаки внимания, она всегда их игнорирует. Либо и вовсе отвергает. Собственно, из-за этого Наскис, по большей части, не проявляет к ней романтического внимания. Понятное дело, не стоит навязываться к человеку, но ему иногда кажется, что Ева вовсе не понимает чувств других людей. Она, вроде бы, добрая и заботливая, но часто это выглядит как-то неестественно.

- Я буду кофе, - обращается Ева к официанту. - Просто кофе.

- Что ж, - потирает ладони Наскис, - а я пожалуй хряпну шаурмы. С самого утра ничего не ел.

Жующий жвачку официант вяло кивнул.

- Окей, заказ принят. Скоро буду.

Наскис постучал пальцами по столу. Он разглядывал её черты лица, перебирая в голове, что можно сказать, чтобы внезапно не появилась неловкая пауза.

- Как там Андрей? Живой ещё?

- Да, но мне кажется, что я не понимаю, чего он хочет, - расстроено говорит Ева. - Типа... блин, я всё для него делаю, а он всё время сердится.

- Просто ты старая, не понимаешь всех этих зуммерских приколов. Нынешним подросткам лишь бы поныть.

Ева улыбнулась.

- Ой, нашёлся здесь эксперт по подросткам.

- Ты сама подняла эту тему, я не виноват, - покрутил головой Наскис.

Официант принёс заказ и разложил на стол. Наскис жадно поднял свёрток с шаурмой и откусил сбоку.

- Ох, как же долго я тебя ждал, дорогуша!

Ева скромно отпила из чашки. На самом деле, в этот день у неё нет особо настроения, чтобы сплетничать с Наскисом. Всё как-то нескладно. Ей хочется контролировать ситуацию, а всё вокруг как-то неправильно. Точно так же, как и в тот момент, когда её муж выпрыгнул из окна. Всё тоже было неправильно. И это чувство неправильности как раз и вызывает в ней это беспокойство.

- Можно спросить, как ты так делаешь? - заговорила она.

- Ты о чём... типа, хаваю шаурму? - недоумевает Наскис.

- Нет. Я имею в виду, как ты умудряешься быть таким спокойным. Сейчас происходит так много странных вещей, а ты весь такой бодрячком.

Наскис медленно проглотил кусок и отложил еду на блюдце.

- Вообще-то, я никогда не спокоен, если честно. Иначе бы я не взялся ворошить уже закрытое дело, понимаешь? Просто иногда я люблю почувствовать себя беззаботным.

- Мне бы тоже так хотелось...

- Не забивай голову всяким хламом, - говорит он. - У тебя будет ещё много времени для этого.

Краем глаза Наскис заметил в экране висящего телевизора знакомое лицо. "Эдуард Малиновский выбрался на свободу" - именно такой заголовок ярко выделялся внизу.

- Куда ты смотришь? - поморщилась Ева.

- Глянь. Ты должна это увидеть.

Она обернулась. Худосочный охранник в экране развёл руками.

- Псих вылез через вентиляцию. Прикиньте, он отрубил себе обе руки, чтобы проснуться в шахту. Жесть.

Он поднял оторванную конечность, которая уже успела подгнить. Вампирская плоть быстро разлагается.

- Вот это грязная работа, - комментирует корреспондент. - Хирургами тут и не пахло.

- Какие хирурги? Это криворукие уголовники ему помогли. Пилили как на мясокомбинате.

Ева испытала жутчайший гнев. Подонок выбрался на свободу. Это не могло оставить её равнодушной.

- Эй, не сердись так, - сказал Наскис. - Я удивлюсь, если этот придурок не истёк кровью ещё. Это же цирк какой-то.

Корреспондент злобно повернулся в камеру и обратился к зрителям:

- И если кто-то вдруг думает, что этот придурок истёк кровью, то вы сильно ошибаетесь. Его уже несколько раз видели на улицах нашего города.

- Вот же сволочь! - возмутился Наскис.

Ева хмуро села в машину, погрузившись в свои мысли. Ей не хотелось, чтобы кто-то видел эту часть её характера, но другого выхода она сейчас не видит. Или не хочет видеть. Проворачивая ключ зажигания, Наскис обеспокоенно на неё посмотрел.

- Да уж... сложно будет обратно засадить его в тюрьму.

Ева сжала руку в кулак, но её лицо было невозмутимым.

- Я больше не дам ему сесть в тюрьму. Я убью этого подонка!

На другом конце города, Блоу Джоб скрывался на своём фермерском участке. Вместе с Леонидом они грубо спрятали танк в кукурузном поле. Его башня величественно возвышалась над зелёными стеблями, лишь слегка прикрывшись листьями, которые уже успели посохнуть. Такая себе маскировка.

Они сели у камина, спокойно разглядывая костёр. Это спокойствие было затишьем перед бурей. Скоро всё должно поменяться. Блоу Джоб был серьёзно намерен уничтожить всех предателей. Вроде бы.