Позабытый маскарад

Глава 3

Наконец, дверь распахнулась, и на пороге возник рослый русоволосый парень, на вид ему было лет двадцать, а то и чуть больше. Он отличался от всех тех ребят, которые окружали Нюру, не только возрастом, но и вообще выглядел более солидно. По всему видать — вузовец.

— Здрасте, Мария Дмитриевна! Мне как всегда, — произнес он. — Ой, что это вы? Никак на маскарад собрались?

— Как всегда — что? — Нюра скинула с головы капюшон.

— Привет. А где Мария Дмитриевна?

— Здравствуйте. Бабуля приболела, вместо нее я сегодня.

— Понятно. Ну выдай мне тогда костюм Деда Мороза. На пару часов. Владислав Смирнов я, можешь записать.

— Четыреста рублей! — провозгласила Нюра.

Глаза вошедшего округлились:

— Ты что, спятила? Какие такие деньги?

— И вовсе нет! Времена сейчас сами знаете, какие. И вообще на двери табличка висит.

Парень вышел и вернулся с бумажкой в руках.

— А ты не боишься, что этот твой коммерческий проект в руки начальству попадет? Кто-то из студентов нажалуется. И тогда твою бабушку, чего доброго, с работы попрут. Да еще и с позором! Внучку-то, дескать, как воспитала! На, возьми и никому не показывай.

Вмиг осознав всю небезопасность своей затеи, Нюра вырвала из рук гостя листок, скомкала и выбросила в урну.

— Только никому об этом не говорите!

— Ладно, не буду. А вообще-то идея неплохая, только в свете наших дней не катит.

— Почему?

И тут Владислав внезапно расхохотался:

— Сразу видать, что первокурсница. Реалий жизни не понимаешь. Народ придет на вечер как на обычную дискотеку. И одежда на всех тоже обычная. Конечно, не повседневная, но без выдумки, без фантазии. А Дед Мороз — это просто для поддержания традиции, чтобы хоть как-то Новый год обозначить. К тебе за целый вечер, кроме меня, никто не заглянет. Вот увидишь. Так что можешь не сидеть.

— А бабушка мне говорила, что здесь на новогоднем вечере очень интересно. И все такие нарядные, многие в костюмах. А уж маски так вообще все без исключения надевают. А когда закружатся под музыку в медленном танце, так прям заглядение!

— Ну, не знаю. Может быть, лет десять тому назад, или чуть меньше, так оно и было. Во всяком случае, до меня. А я здесь уже пятый год учусь, и ничего такого не припомню. Кроме меня, в костюме нет никого. Обычная дискотека.

— А как же Снегурочка?

— Хороший вопрос. Помню времена, когда мы с внучкой моей зажигали. Была у меня школьная подруга, мы с ней для детей в школе на всех утренниках выступали, — ясные голубые глаза парня подернулись грустью. — Даже конкурс на лучший костюм проводили. А потом, как школу закончили — все, разошлись наши пути-дороги. Даже не знаю, где она сейчас. С тех пор Новый год один тяну. Все только и ждут того, чтобы их развлекали, а чтоб самим какие-то усилия приложить — ни-ни.

Возможно, Нюре просто показалось, но в глазах Деда Мороза присутствовала не только грусть. Она была вперемешку с каким-то иным оттенком. Возможно, так смотрят, когда теряют что-то очень дорогое. Да...наверное зажигали они, судя по всему, не только на новогоднем вечере, но и после. А потом, видать, встретила его красавица другого Деда Мороза. В том, что Снегурочка Влада была красавицей, Нюра не сомневалась.

Ей и самой сделалось очень тоскливо. Что ж это получается, ее бабушка зря столько сил на эту костюмерную положила? А она, Нюра, еще плату за костюм установила. Тут вон, бесплатно, оказывается, никого не заманишь. Тогда почему бабуля рассказывала ей про маскарад? Видать, просто уже несколько лет не поднималась в актовый зал, не в курсе, как там сейчас. Или же знает, но не теряет веру в то, что маскарад возродится.

Владислав тоже пригорюнился — видать, накатила тоска по старым добрым традициям. Некоторое время молчали, затем Влад первым нарушил тишину внезапным предложением:

— Слушай, у меня идея! Что, если тебе надеть какой-нибудь костюм?

— Мне? — Нюра уставилась на него.

— Ну да. Будешь моей ассистенткой. А то мне одному все время как-то скучно работать. Надо же как-то народ расшевелить. У тебя бы получилось. Тебе, кстати, очень идет лисья шуба.

Нюра встрепенулась. Нет, лисой она точно быть не хотела, это выглядело бы слишком по-детски. Взгляд заметался по костюмерной и остановился на расшитой серебряными блестками шубе небесно-голубого цвета и кокошнике.

— Можно было бы тебя даже Снегуркой ко мне взять, — Владислав словно прочитал ее мысли. — Хотя это вряд ли… Тут особая стать нужна.

Последние слова больно задели девушку. Вот как! Значит, даже сейчас, когда никто на роль Снегурки не соглашается, она все равно не годится. Конечно! Снегурочка должна быть ладной, высокой, приятной лицом. А у нее, увы, ни того, ни другого. И потом, где это вы видели рыжую Снегурочку? Ну, волосы еще куда ни шло — можно парик надеть, а вот веснушки никуда не спрячешь, да и ростом не вышла. Разве красавцу Владиславу такая Снегурка нужна?

Она и дома нередко высказывала подобные мысли, жалуясь на свою внешность и на отсутствие ухажеров.

Предстоящий новогодний вечер был первым в ее студенческой жизни, и Нюра заметно волновалась.

— Бабуль, я, наверное, вообще в актовый зал не пойду. Посижу у тебя в костюмерной.

— Это еще что за новости?

— Настроения нет, да и идти не в чем.

— А ты надень новогодний костюм, да и иди.

— Ты что, издеваешься? Меня и так никто из ребят замечать не хочет.

— А в костюме быстро заметят. Выбирай любой!

— Ну разве что Бабы Яги!

— Вот те на!

— Что уж тут! Да меня все равно никто всерьез не воспринимает.

— Тот, кому ты нужна, воспримет тебя в любом образе, даже Бабы Яги.

— Тоже мне скажешь! — отмахнула от нее Нюра, подумав про себя, что ее-то саму природа красотой не обделила.

Мария Дмитриевна и сейчас, высокая, стройная, с шевелюрой каштановых, тронутых сединой, волос, в свои шестьдесят с лишним лет выглядела вполне привлекательно. Только паутина морщинок на лице, да седина выдавали возраст. А в молодости, поди, так вообще слыла писаной красавицей, и отбою от женихов не было.