Пожиратель теней

Глава 1

В моменты, вроде этого, всегда вспоминается что-то отличное от сложившейся ситуации, совершенно противоположное. Мол, ты дома, и то, что творится вокруг — с тобой самим в том числе, — не имеет к тебе никакого отношения.

Может быть, это сон. Или ты смотришь фильм, читаешь книгу — в наши дни есть из чего выбрать — и слишком вжился в сюжет и чужие страдания. Что угодно, только не реальность.

А потом вдруг приходит осознание, словно окатывает холодной водой из ведра: так почему же этот кошмар — это дешёвое кино, эта дурацкая глава — никак не заканчивается? Если это всего лишь плод воображения, почему не получается его рассеяться?

Я не слышал ничего, что было за пределами подвала. Хотя и в самом подвале ничего не слышал. Не заглушались разве что мысли. То ли не хватало умений, то ли мне не давали рехнуться раньше положенного срока. Что именно использовалось, чтобы довести меня до такого состояния, нечисть, державшая меня взаперти, не говорила. Да и зачем? Мои вопросы мало кого интересовали, всё больше допытывались ответов от меня. А я ничего не знал. На руку ли мне было моё неведение, сложно сказать. За то время, счёт которого я потерял, много чего приходило в голову: получив нужное, отпустят ли они меня? Навряд ли. Тогда что сделают? Убить меня они не могли, никто не может — такое проклятье наложил на нас, чудесных, Темынь. Не собираются же они мучить меня до бесконечности? Или оставить здесь, в сыром и тихом подвале? В месте, где я не различал звуков, не мог слышать и потому не мог призвать свою тишину. Тишина. Неужели среди них есть те, кто её создаёт? Для людей мой слух казался особенностью, выделял меня из толпы. У демонов же совсем иная жизнь и совсем иные способности.

Иногда я сам придумывал шумы. Например, как капала вода из прохудившихся труб или кто-то бормотал за стенкой. Как приближались шаги — вот-вот кто-то придёт… Хоть бы и правда пришёл. Неважно, кто и зачем. Те времена, когда я сторонился любого шороха, сейчас вызывали зависть. Я был бы рад и сотне говорящих вразбивку голосов.

Зато когда заглядывал главарь, Нубес, его бас отрывисто шипел в надетых на меня наушниках. Я видел его очертания привыкшими к темноте глазами, чувствовал, как его шестёрки прибавляют громкость. В ушах звенел их натужный, выдуманный мною смех.

Подвальная тьма сильнее будоражила воображение. Не было и намека на слабый свет, огонёк, пробившийся свозь узкую щель луч. Герметичная темнота, чтобы не дай бог не вылезла тень. Ведь иначе достаточно будет мига, чтобы меня в неё затащили.

Я давно не спал. Когда закрывал глаза, в наушниках начинались дикие, короткие громыхания. Я не мог поднять руки и снять раздражающее устройство, а когда-то это действие не занимало и секунды. Смахивал, не думая. Я не мог двигать ногами, чтобы убежать из заточения. Даже попытаться. Меня не кормили и не поили, потому порой казалось, что живот мой не иначе как приклеился к спине. Постепенно быть голодным вошло в привычку, уже не хотелось никакой еды.

Нубес быстро пронюхал, что заморить меня не получится, и издевался без страха и сомнений — ценный источник информации, каким он меня видел изначально, никуда не денется. Не забывал подтрунивать и издавать короткие смешки, частенько не к месту. Вот он серьёзен, засыпает вопросами и не получает от меня никакой реакции. А вот говорит что-то малоприятное о людях, отпускает уничижительные шуточки и ждёт моих гнева и досады. Чем быстрее взрываешься, тем легче разбалтываешься. Скажешь и то, о чём обычно предпочитаешь молчать. Так сперва и было. Потом мне стало неловко. Казалось мерзким маломальское проявление скверностей, на которые меня наталкивали его развесёлые разговоры. Будто в грязной луже искупался. Будто начал ощутимо гнить изнутри. И я обрезал их на корню.

Сейчас оскорбиться толком не получается. Нет никаких мыслей: ни плохих, ни хороших. Эмоций тоже нет, на них нужна сила. А я тоньше соломинки. Всё равно уже.

Вопросы задавались одни и те же. Сегодня не исключение. Ответы на них были такими же одинаковыми. Нечего его забавлять, изгаляться. Да и самому ему не смешно? С чего вдруг я что-то узнаю, заточённый здесь, заморенный и вымотанный?

— Откуда у тебя дар? — Нубес перво-наперво спрашивает об этом. Своего рода традиция. Как бы вместо приветствия.

Он садится на стул, стоящий передо мной как доказательство моей беспомощности. В любой момент Нубес может зайти и занять его, положив нога на ногу. И я ничего не поделаю с этим.

Обычно я либо молчал, либо бормотал, потому что едва ворочал языком от слабости. Сегодня отвечаю:

— Откуда мне знать?

Будто я захотел получить эти самые силы. Просил о них, требовал. Будто планировал что-то и шёл по трупам. Ведь ничего же. Ничего. А самым крайним в итоге оказался.

На самом деле я кое-что узнал: бесполезное для существа передо мной, но важное для меня. Не раз в голове проносилась дикая догадка, что моя семья как-то связана с демонами. Возможно, когда-то давно один из них стал мне предком. И так со всеми чудесными детьми. В каком-то поколении да и произошло смешение. Ужасная Ночь пробудила нечеловеческую кровь и тем самым спасла. До чего не додумаешься в положении, вроде моего! В минуты одиночества и предчувствия скорых пыток.

Однако от предположения о родстве вскоре пришлось отказаться. Когда я набрался смелости и озвучил его, Нубес попросту рассмеялся.

— Такому не бывать ни в каком из веков. Ни в прошлом, ни в нынешнем, ни в будущем, — заверил он, поглядывая на меня с присущим ему недоверием — его глаза в темноте начинали поблескивать, бросая хилый свет на уродливую морду. Наверное, он решил, что я хочу его заболтать, но продолжил: — Демоны и людишки не совместимы. От их союза ничего не родится. Хотя… — он потёр нос, вспоминая что-то. — Хотя было пару случаев. Глупые демоны, привязавшиеся к таким же глупым людям. Но там появились довольно мерзкие создания. — Его плечи дрогнули. — Да и мозгов в них было ноль. Даже дрессировке не поддавались, чего там о разумности говорить.