Пожиратели душ

Глава 8. Лантаримские горы

Утром, — а Натаниэлю пришлось поверить ифриту на слово, что солнце взошло, ведь Лунный храм навечно утонул во тьме, — путники собрали вещи и приготовились покинуть усыпальницу эльфов.

— Когда ты призовешь Дуба? — лорд почему-то очень хотел снова встретиться с громилой. Ему не терпелось рассказать тому о приключениях, и о том, что они с Некрис узнали о «болезни». Анакши был великолепным слушателем, возможно, потому что говорить он не умел.

— Пройдем зал, и тогда уже можно. — Некрис выглядела необычно рассеянной и задумчивой.

Она пресекла все расспросы лорда, объясняя, что пока рано об этом беспокоиться. Впереди еще несколько часов пути во тьме, прежде чем они окажутся у выхода из Храма.

Некрис не лукавила. Натаниэлю показалось, что они шли вечность, окруженные тьмой и гробовой тишиной. Чтобы не потратить остатки заряда в лунных кристаллах, они не зажигали главный камень, и полагались только на посох. Этого небольшого шара света хватало только чтобы смотреть, куда ставишь ноги и не запнуться о каменные глыбы. Огромные мраморные куски некогда откололись от колонн и теперь лежали у их основания. Некрис, как и прежде, видела больше и дальше. Ей почти не нужен был свет, чтобы знать куда идти. Где-то на середине пути она остановилась, в нерешительности постояла, глядя куда-то в сторону. Приказав Натаниэлю оставаться на месте, она двинулась во тьму, бормоча странные слова на незнакомом языке себе под нос. Она развела руки в стороны, будто ловя попутный ветер, хотя тут не было ни единого дуновения слабого сквозняка, и исчезла во мраке.

Натаниэль уже начал нервничать, когда ифрит вновь появилась в границах освещенного посохом пространства.

— Что это было? — не скрывая удивления, спросил Натаниэль.

— Дань уважения. Там, — она указала в сторону, куда исчезала. — находится алтарь памяти ушедших. Я подумала будет правильным почтить их… — она замолчала, прикусив губу.

— О, может и мне стоит? В смысле, я бы тоже хотел… Как-никак, мы нашли здесь временное пристанище и проход.

— Нет. — покачала головой Некрис. Но, заметив, что Натаниэль настроен получить разъяснение, со вздохом продолжила. — Ты все сделаешь неверно, потому что не знаешь как. Давай считать, что я почтила их память за нас обоих.

Она слишком быстро двинулась дальше и слишком быстро исчезла во тьме, чтобы Натаниэль попытался продолжить беседу. Догнав спину ифрита, Натаниэль смотрел на нее с интересом. В этом Храме Некрис открылась с новой стороны, как менее циничное, способное к сопереживаниям по отношению к другим, создание. Юноша улыбнулся. Приятно знать, что ее надменность и порой жестокость все-таки напускное, а не часть ее натуры.

Наконец путники прошли зал. Поднялись по отвесной лестнице без перил, попутно отдыхая на пролетах, где ифрит, садясь на край, перекидывала ноги в бездну и болтала ими, всматриваясь в пустоту. Каждый такой раз сердце Натаниэля замирало, поэтому он старался лишь изредка поглядывать на одинокую фигуру, просто чтобы убедиться, что она еще не сорвалась вниз. Сам юноша протер рюкзаком все стены Храма, вжимаясь как можно дальше от обрыва. Мысленно Натаниэль проклял всех эльфов с их бесстрашием к высоте. Он вообще задался вопросом, почему в этом путешествии так много путей проходят через уму непостижимые высоты, и почему почти никогда они не оснащены надежными ограждениями. Вероятно, прочие существа Эльвантира рождаются с напрочь отбитым чувством опасности.

После лестницы путники нырнули в тесную пещеру и долго поднимались, пригибаясь под нависающим потолком. Для невысокой Некрис дискомфорт был сведен к минимуму, чего нельзя было сказать о Натаниэле. Но страдать долго не пришлось. Пара шишек и менее чем через час, юноша увидел свет. Они почти дошли до выхода из Лунного храма. Тоннель приятно расширился. Не приближаясь к сияющему проходу, Некрис резко остановилась. И глядя в глаза Натаниэлю произнесла: «Пора».

Даже маленький кристалл в посохе периодами мигал и заметно потемнел со времен, как они впервые им воспользовались. Но его света хватало, чтобы увидеть уже знакомые Натаниэлю символы с кругами и звездой в центре, которые нарисовала Некрис на земле. Она встала недалеко от знаков и, сложив руки на груди и запрокинув голову, произносила непонятные слова. В этот раз заклинание не просто открыло портал в Инферно, но и отозвалось у Натаниэля в голове каким-то смутным узнаванием. И дело было не только в том, что, вероятно, это же заклинание ифрит говорила, когда они провожали анакши у Тенистого леса. В этот раз лорд был готов поклясться, что некоторые слова он будто бы понял. Он точно знал, что она говорила о двери, о слуге и о силе, дарованной кем-то – а вот кем, он как раз не понял. Помимо того, что эта внезапная лингвистическая образованность подтверждала, что Берсерк набирает силу, Натаниэль ощутил приятное возбуждение от происходящего. У него даже кожа покрылась мурашками от удовольствия, когда голос ифрита пронесся у него в голове, эхом повторяя инфернальное заклинание.

Портал в Гейдес не долго пустовал. Скоро из него показалась огромная фигура Последнего гостя. Дуб вышел и медленно огляделся. Отыскав красными огнями глаза Некрис, он пристально уставился на нее.

— А когда было самое время? — отмахнулась ифрит. — У нас тут вообще-то вопрос жизни и смерти. Мы узнали, что в парнишке засел Берсерк.

Дуб совсем чуть-чуть качнулся, вероятно, так выглядело его полное изумление с головы до ног. После чего он повернулся в сторону Натаниэля и покачал головой.

— Именно что! Как, откуда и почему мы не знаем. Я хочу показать его Золотым эльфам. Но мне нельзя появляться на их земле, сам знаешь. Проводишь парня? Я, как всегда, подстрахую.

Она не стала дожидаться, когда Дуб в своей неспешной молчаливой манере даст ответ. Ифрит подошла к анакши и хлопнула его по спине, чего он, кажется, совсем не заметил. Некрис переключилась на Натаниэля.

— Помни, что я тебе говорила об этих сияющих зазнайках. У каждого вместо головы задница. Они не то чтобы злобные, но глупость порой хуже гнева. Расскажи, что с тобой, расскажи кто ты, требуй встретиться с Князем или кем-то могущественным, иначе прогонят и глазом не моргнут. Дуб с этим поможет. Когда надо, он умеет стоять до конца. — она тепло посмотрела на громилу, который в свою очередь, продолжал сверлить Натаниэля красными огнями глаз. — А вот Берсерка сдерживай, как можешь. И хоть я уверена, что эта фитюлька, полная пустышка, — она подцепила прохладным когтем веревочку на шее и выудила медальон. — но, если веришь, что она помогает, съешь ее если придется, но Берсерка не выпускай. Я предупреждаю, потому что знаю, как эти засранцы умеют выводить из себя. — она улыбнулась и снова сделалась серьезной. — Но если погибнет хоть один из них, – откроют охоту. А с их магией и репутацией…