Пожирающие жизнь 2

Глава 1

— Мама!!

— Милана, тебя ведь так зовут? — странная тётя опустилась на корточки, чтобы быть со мной на одном уровне.

Я быстро-быстро закивала, вытирая слёзы липкими от леденца руками: его дала мне мама, тихо плача и целуя меня в тёмную макушку.

«Эта тётя. — Мама посмотрела на высокую худую женщину с тёмными глазами. Они были очень добрыми, тётины глаза, но смотрела она недобро. — Эта тётя тебе всё объяснит», — сказала мама и отдала меня ей.

— А мама скоро придёт? — спросила я, но страшный зал, в котором мы находились, передразнил меня эхом.

Он хотел меня напугать? Не получилось! Он только разозлил.

— Папа будет очень зол, если я опоздаю к ужину! — предупредила я и даже притопнула ногой.

— Милана, скажи, — начала тихим голосом тётя, чуть поддавшись ко мне, — ты видишь кого-нибудь в этой комнате?

Эта тётя такая же смелая, как мама: все боятся папу, но не мама и не эта тётя.

— Кого? — испуганно спросила я и посмотрела по сторонам.

Я заметила, что мы в этой большой комнате действительно не одни. Зацепившись взглядом за мальчика, ненамного старше меня, который прятался в дальнем тёмном углу и без слов просил меня промолчать, я вернулась взглядом к тёте.

«Он её боится? Но если он её боится, то и мне стоит?!»

Я немного помялась, переступая с ноги на ногу. Взглянула снова на мальчика, потом на тётю. Кивнула и, сделав робкий шаг назад, уверенно ответила:

— Нет!

Чуть подумав, уточнила:

— Тут никого нет!

— Ты уверена? — Мне кажется, тётя мне не поверила. Она подозрительно прищурилась и улыбнулась.

— Очень! — окончательно убедила я её и затем спросила: — Теперь вы вернёте меня домой?

Мальчик в углу хмыкнул, да так громко, что я испуганно ойкнула.

— Не пугай нашу маленькую видящую, — ласково произнесла тётя.

— Мама и папа меня ждут! — заявила я, стараясь говорить твёрдо, но… но хотелось плакать, и я заплакала.

— Милана, не плачь! — голос тёти стал строже, и я тут же перестала громко всхлипывать, но плакать не перестала.

— Да ты нюня! — воскликнул мальчик, тыча в меня пальчиком.

Его пальчик меня отвлёк: он был каким-то не таким… не таким, как у всех. Словно ненастоящий. Нет, не игрушечный! Я не понимаю, как такое возможно и как это объяснить…

Вспомнила ту страшную тётю с круглыми чёрными глазами… У… у неё тоже были такие пальцы!

— Я!.. Хочу к маме! — прохрипела я, вытирая липкими от леденцов пальцами лицо.

— мама!
Прокричала я, пробуждаясь.

— Ты чего? — безучастно поинтересовался Иван.

— Нечего! — ответила я, разминая затекшую шею и поправляя одежду. — Давно я заснула?

— Минут десять назад. Судя по описанию, мы прибыли.

— Это то место?

«Раньше тут было гораздо симпатичнее», — с грустинкой выдал Роналис.

— Раньше…

«Прошло шесть лет!»

— И ты за это время ни разу не задумался, что стало с твоим храмом?

«Только о нём и думал! Но, ног у меня, как видишь, нет!»

Мы подъехали к обветшавшему храму, который, к слову, был маленьким по сравнению с теми, где мне удавалось побывать. Глубоко вздохнув, я сказала Ивану:

— Подожди здесь. — Тот молча кивнул и продолжил разглядывать заросшие плющом стены.

Я отворила тяжёлую каменную дверь. Привыкнув к темноте, огляделась: высокие потолки, каменные своды… В общем, ничего необыкновенного.

Странность была в том, что храм словно застыл, заморозив своё существование за время отсутствия Роналиса. Вокруг ни пылинки, всё лежит на своих местах. Такое ощущение, что вот-вот из комнат появятся сонные от сна жрицы и продолжат работу.

— Почему ты не рад тому, что вернулся? — спросила я, чувствуя тревогу и даже страх от книги. Но страх был не за себя, а за родной дом.

«Его не спасти», — отвергнутый голос разорвал оглушительную тишину в моей голове.

«Храм», — предугадывая мой вопрос, пояснил Роналис.

— Я хранитель неопытный…

«Партнёр! Мне хранители ни к чему, ты мой партнёр!»

— Я партнёр неопытный и, более того, безграмотный. Так что прошу, поясни: почему не спасти? На мой взгляд, всё не так уж запущено, — произнесла я и снова огляделась.

«В том-то и дело, что запущено. Но не физически, а духовно. Храм осквернён. Зло давно обосновалось здесь».

— В другие храмы зло день и ночь входит внутрь, где его искореняют.

«Ты и правда безграмотна. И за что ты мне приглянулась?!»

— Поясняй! — потребовала я, едва не притопнув ногой.

«Я защитник храма, чтобы его не осквернило зло. Я не даю храму “потемнеть”. Так как в храме день и ночь уничтожают нечисть, он не может оставаться один!»

— Значит, здесь, наверное, перестали это делать… тебя-то нет?!

«Тут что-то произошло… что-то тёмное».

— Проверим древо жизни?

«Давай».

Миновав несколько небольших холлов, я попала к дереву.

«Поверни меня к нему!» — потребовал Роналис, висевший на кожаных ремешках, закинутых мне через плечо.

— Ну что скажешь? — спросила я, глядя на треснувший Камень Смерти и почти погибшее Древо.

«Дело дрянь!»

— Лучше и не скажешь! Может, из-за этого тёмные внезапно стали бунтовать?

«Бунт — неправильное слово. Война! Им нужен главный храм. В этом я уверен. Мой храм — лёгкая добыча, даже несмотря на то, что меня сожрать они не смогли».

— Ты думаешь, что всё из-за тебя?

«Нет. Но беззащитный храм дал большой толчок к их действиям. Я чувствую, что повеселились они на славу, глумясь над святыней», — злобно прошипел Роналис и замолк.

— Почему я не чувствую?

«Ты неопытная, тебе пока рано. Я буду постепенно открываться тебе».

— Что нам с этим делать? — кивнула я на искажённое дерево.

«Поставим несколько свечей — ты и Иван. У вас души чистые. Это ненадолго, но поможет дереву продержаться в этой среде».

— Просто поставить свечи?

«Каждый раз, когда вы поджигаете свечу и делаете это ради кого-то, вы заряжаете её огонь энергией своей души».