Пожирающие жизнь 2

Глава 13

Дальше путь мы продолжили верхом — так мне было проще не думать о том, что Виктор услышит своего сына.

Тот, к слову, не проронил ни звука, прекрасно понимая, чем это может грозить отцу. Это далось ему непросто, поэтому он донимал меня мелкими пакостями, например, внезапным появлением из головы лошади, пугая ее так что она каждый раз бросалась в галоп.

— Может, пересядешь на моего? Этот какой-то нервный, — предложил Виктор, в очередной раз успокаивая скакуна.

— Нет, всё в порядке. Я справлюсь. Спасибо.

Он недовольно поджал губы, смерил меня подозрительным взглядом, но расспрашивать не стал.

Путь оказался не то чтобы лёгким, но размеренным и спокойным. За три дня мы добрались до храма, останавливаясь в основном в деревушках у гостеприимных жителей — постоялых домов в тех краях не водилось.

Элизабелла встретила нас с лёгкой растерянностью — не ожидала увидеть меня с Виктором.

— Светлого дня вам, — произнесла наставница, задумчиво хмурясь и оглядывая меня с ног до головы, словно сверяя прежнюю и настоящую. Затем взглянула на Виктора с немым вопросом в глазах: мол, а вы-то тут что забыли?

— Хм… Элизабелла, могу я позже всё объяснить? — спросила я, привлекая её внимание к себе.

— Можешь. Вы, судя по всему, все решили парами ко мне явиться, — произнесла наставница строгим тоном, но мелькнувшая хитрая улыбка красноречиво говорила о другом.

Она развернулась грациозно и быстрым взмахом руки призвала следовать за ней.

Мы с Виктором переглянулись, и я неосознанно начала искать его руку. Он понял и крепко взял меня за руку.

«Как маленькие, ей-богу», — подумала я, входя в храм.

Только большие храмы имели пансионы для маленьких видящих, и этот был именно таким. Нас провели по до боли знакомому высокому холлу. Этот храм был в точности таким же, как и тот, в котором я выросла. Мы спустились по лестнице, затем поднялись и вышли в здание пансиона. Здесь сейчас располагались жилые помещения, спальни, кухня и лазарет.

— Мужчины живут на третьем этаже, — не оборачиваясь, сообщила наставница, обращаясь, судя по всему, к Виктору.

Он кивнул в знак понимания, несмотря на то что наставница этого не видела.

— Спальни младших групп больше, поэтому мы решили, что так будет правильней, — зачем-то добавила она.

Дойдя до лестницы, ведущей к вышеупомянутому этажу, наставница резко остановилась и так же резко обернулась. Её взгляд зацепился за наши руки, но не настолько, чтобы это могло смутить.

— Милана, ты пойдёшь со мной, — строго произнесла она, глядя на меня. — Вы можете идти располагаться, обед будет через час.

Я аккуратно освободила свою руку, которую Виктор не желал отпускать, и, тихо шепнув не столько ему, сколько себе:

— Всё будет хорошо, — пошла за наставницей.

Храм был и правда точной копией моего, но что-то всё же было не так… Хотя я сомневаюсь, что это что-то изменилось после начала войны. Я в этом уверена. Это ощущение было совершенно неуловимым, словно ускользало из-под пальцев, как бы крепко ты их ни сжимал.

Раньше все пансионы, в которых мне доводилось бывать, казались мне невообразимо скучными. Собственно, таковыми они и являлись. Всё на самом деле интересное происходило в самом храме, а в пансион попадали лишь жалкие отголоски.

Сейчас в это место выплеснули рутину?

Я не знала, как точнее описать это чувство. Будто вошла в здание, давно заброшенное, но теперь в нём ведётся интенсивный ремонт. Хотя здесь ничего не ремонтировали, но все ходили спешным, почти бегущим шагом взад-вперёд, а то и вовсе выпрыгивали из окон — такой случай я уже наблюдала.

— А чего это он?! — воскликнула я, кинувшись к окну.

— Не обращай внимания. Это Жар, у него линг воздуха. Проверяет какую-то свою теорию. Я в подробности не вникала. Если станет интересно — можешь спросить у Дилз, это она его привела.

— Какое необычное имя для воздуха, — почему-то моё сознание зацепилось именно за это. — И как его теория поможет в схватке с тёмными?

— Спроси у Дилз, — поморщившись, ответила наставница. — Где она его откопала?..

Вопрос был риторическим, потому что я только что узнала о его существовании.

— Куда мы идём?

— Нужно поговорить о твоей тайне.

Мы пошли дальше. На этот раз Элизабелла ускорила шаг до почти бега.

Мы миновали деканские помещения, откуда доносилась вся возможная палитра звуков — от «Ура, всё-таки жив!» до «Почему я ещё не умер?»

— Виктор хороший лекарь, — зачем-то сказала я, проходя мимо.

— У него линг здоровья? — без особого интереса спросила наставница.

— Нет, огня.

Она резко остановилась, и я чудом не врезалась в её спину.

— Но он скорее специалист по зельям, — добавила я.

— Огонь? — наставница задумчиво посмотрела на меня. — Это хорошо.

— Да, неплохо, — зачем-то выдала я.

Наставница слегка удивлённо посмотрела на меня, ничего не ответила и продолжила путь.

Мы шли молча, я разглядывала стены чужого, но… такого родного храма.

Я впала в какую-то ностальгическую меланхолию, поэтому звонко ойкнула, когда из стены вышел Виктор.

— Привет, Мила, мне надоело молчать, вот я и пришёл к тебе.

— Кто этот мальчик и почему он привязан к тебе? — тут же посерьёзнела наставница.

— Я не скажу ни слова без своего адвоката! — заявил мальчик с важным видом, видимо, посчитав, что вопрос адресовался ему.

Наставница посмотрела на меня, словно ожидая поддержки, но, осознав, что её не будет, вернулась к духу.

Дальше последовал разговор о справедливости, после чего мы вошли в маленькое помещение со столом и двумя обычными стульями. Чуть поодаль в углу стояла маленькая незаправленная кровать.