Позиция номер два

Шоколадный ликёр

Всё произошло из-за неё. Нет, не из-за Ленки. Она сто раз ко мне вечером без приглашения заявлялась. И вот — сто первый!

— Неужели я хуже татарина? — блестят озорные глазки.

Иногда действительно хотелось открыть дверь и увидеть вместо неё симпатичного татарина. Он бы точно ругаться со мной из-за пустяков не стал.

— Что здесь? — трясёт она цветастым пакетом.

— Колбаса! — ничуть не стесняясь, озвучиваю мечты.

Время было полуголодное. Есть хотелось всегда.

— Почти угадала, — говорит она, выкладывая на стол два шоколадных батончика.

Марс и Сникерс — закуска. Ленка до ужаса предсказуема.

— Приз в студию, — пародируя Якубовича, извлекает она на свет бутыль с притягивающей взор этикеткой.

Что-то новенькое. Похожие видела в магазинах на верхних полках. Не ширпотреб. На любителя с достатком.

— Шоколадный ликёр, — объявляет Ленка.

— Ноль-семь? — морщусь я для приличия.

— Не на ёмкость, а на крепость смотри, — советует она. — Максимум пятнадцать.

Позже я заметила, что на этикетке было «двадцать», но стоп-кран к тому времени не работал.

— Не бухло, а лакомство, — пробуя, заключает подруга.

— За что пьём? — наслаждаюсь я шоколадным ароматом.

— За лето. За следующее. Это так себе пролетело. Ни одного знакомства нового.

— Загореть не успела, — жалуюсь я.

Ленка переходит с глоточков на глотки.

Следую примеру. Пьётся легко. В горле не стоит. Настоящее блаженство.

— Знаешь, как парни ликёр обозвали?

Ой, где я и где алкосленг. Знала, что водку «белой» называют. Поэтому отрицательно мотаю головой.

— Бабоукладчик, — без смущения сообщает Ленка.

— В точку, — соглашаюсь с чьей-то иронией. — Этот ликёр нас тоже уложит. Ночевать останешься?

— Не порть настроение, — фыркает подруга. — Ещё матрас выбрать предложи. Сейчас гулять на бульвар пойдём. Думай не о том где ночевать, а как утром проснуться довольной.

Дальше у меня начались провалы в сознании. По какому поводу мы поспорили, не помню, но в конечном счёте всё свелось к сильному полу.

— ...да хоть на белой «оке», — дерзю я Ленке в ответ. — Не жду никого. У человека всё предрешено. Суждено — найдётся. Это ты принцев на белых кобылах ждёшь, квартиру с машиной подавай. Мне важно, чтобы я единственной была. Чтобы на других даже с балкона не засматривался.

— Ладно, успокойся, — одёргивает она меня. — Что разошлась-то? Жди своего сантехника, никто не мешает. Я прогуляться хочу. Скоро дожди пойдут. Опять на улицу носа не высунешь.

— А почему накрасилась хищно? — интересуюсь я.

— Выделиться хочу. Центр города всё-таки, — продолжает она обмен колкостями.

— Андрей не против, что ты так выделяешься?

— Он на смене. Ему без разницы.

— Как это «без разницы»? — укоряю её. — Вы же спите с ним периодически.

— Ты тоже с кем-то спала, — словно ножом полоснула Ленка в ответ.

— Я по любви... — мгновенно ощущаю ком в горле.

— А я по хотению, — усмехается она, наслаждаясь победой в словесной перепалке. — Захочу, с Андреем сплю, захочу с Сергеем. Могу и с Ашотом. От настроения зависит.

После таких откровений я без труда проглатываю ком, но теряю дар речи.

— Собирайся быстрее, — торопит она. — Пару проходов по бульвару сделаем и по домам. Прилюдно никому не отдамся. Честное пионерское.

«Пару проходов и по домам». Ага, святая простота...

Ликёр своё дело сделал. Время перестало существовать. Привычный серый мир на бульваре заиграл красками. Люди навстречу сплошь улыбчивые стали попадаться.

— Расслабься и наслаждайся жизнью, — наставляет она меня. — Жопа и сиськи есть. Остальное догонится. Уже пятерых ох... вших от нас насчитала.

— А я только трёх, — признаюсь я.

— Вон, даже баба с ребёнком на нас запала, — шепчет захмелевшая Ленка на ухо. — Пялится внаглую.

— Я знаю, как она нас отыметь хочет, — без стеснения утверждаю я. — Плёткой по пятой точке.

Ленка демонстративно хохочет. То ли ещё будет. Шуточки скабрёзные полезли.

Ничего и никого заслуживавшего внимания вокруг не наблюдалось. Взгляд инстинктивно цеплялся за снующие туда-сюда полупустые автобусы и троллейбусы. Вечерний час-пик проходит. Скукотище. Лишь компании малолеток из подъездов высыпать начинают...

— Нас за проституток, наверно, принимают, — подаю я голос. — Все по делам спешат, а мы шляемся взад-вперёд. Будто клиентов ждём.

— Клиентов на площади у гостиницы цепляют, или в кафешках возле Центрального рынка, — обнаруживаются удивительные познания у Ленки. — Можно прогуляться.

— У тебя сегодня мысли не в ту сторону, — равнодушно отвечаю я, чувствуя что не иду, а плыву по асфальту.

Скоро отпустит. Главное — не допустить продолжения банкета.

— Помнишь фильм «Авария — дочь мента»? — спрашиваю у подруги.

— Ещё бы, — кивает Ленка. — Три раза на него ходила.

— Валерка эта тоже по проспекту рассекала... и нашла приключения на одно место.

— Это в Союзе было. Сейчас такие приключения прямо за дверью. У нас в четвёртом подъезде девчонку в ночь на пятницу изнасиловали. Кричала, на помощь звала. Жильцы в милицию позвонили, а там сказали, что бензина нет. Бегите, мол, к участковому и адрес дали. Никто не пошёл, конечно.

— Кошмар, — чуть не приседаю я. — Стреляют, насилуют...

— Нормальная жизнь, — не соглашается с выводами подруга. — Секса у тебя давно не было, вот и нервничаешь понапрасну.

— У тебя всё к одному сводится, — прихожу я к озорному выводу.

— Ты права, одной не хватило, — подмигивает окосевшая Ленка. — Вторую возьмём?

— Нет, хватит, — возражаю я. — Пойдём лучше в парк.

— Вот туда точно идти не надо, — упрямится Ленка. — Там из-за деревьев темнеет быстро. И го... онов разных немерено. Ограбят, изнасилуют, и закопают в кустах. Пошли к кинотеатру. У фонтана посидим.

Ладно, пойдём к кинотеатру, в котором уже три года как фильмы не показывают, и посидим у фонтана, где вместо воды порожние бутылки из-под пива и прочий сопутствующий мусор. Когда-то это место было центром притяжения всего микрорайона. Дискотеки в фойе проводились. Вся юность там прошла.