Познай, где свет

Глава 6

В начале осени зарядили бесконечные дожди. Пересветова просыпалась полшестого утра, по-быстрому приводила себя в порядок и сонно топала к метро, благо оно было в пяти-семи минутах ходьбы. Арина жила не очень далеко от университета: вся дорога занимала час с небольшим, по меркам Москвы – почти рядом. По меркам родного города – далековато.

Амалия Густавна, уже давно привыкшая жить в одиночестве, с трудом терпела новую родственницу и несколько раз намекала, что Арине пора определяться с общежитием или съёмной квартирой, ибо живёт у неё уже почти два месяца, а договаривались только на месяц. Пересветова и сама была рада съехать в общежитие – надоело чувствовать себя в чужом доме приживалкой, но нужно было как-то продержаться ещё неделю, пока, наконец, закончится затянувшийся в общежитии, как говорили ребята, капитальный ремонт века. Нет, она не осуждала Амалию Густавну, спасибо хоть дала возможность пожить в человеческих условиях, другим её иногородним однокурсникам повезло меньше, ибо родственники многих вообще отказали в помощи, и ребятам приходилась снимать комнаты почти без мебели, но зато с тараканами и клопами.

Этот день не задался с самого утра: Арина проспала из-за того, что полночи просидела над начертательной геометрией. Утром несколько раз гудел будильник, но Пересветова каждый раз переставляла время ещё на 10 минут. И допереставлялась. Взглянув очередной раз на часы смартфона, она в ужасе подскочила: проспала.

Приехав ко второй паре, Арина на перемене решила скоротать время за просмотром новостей. Достала смартфон и обомлела: пять пропущенных звонков от Ильи, шесть – от Виталия и один – от Ирки. Явно что-то произошло.

– Илья, что случилось? – как можно спокойнее спросила она, заставляя себя смирить эмоции.

– Мелкая, ты только не волнуйся.

– Да скажешь ты или нет? Не нужны эти реверансы.

– У Никиты умерла мать.

– Как? Она же нестарая, ей, по-моему, нет и сорока.

– Попала в аварию, несколько дней была в коме, вчера ненадолго пришла в себя, а потом умерла, – чётко и сухо, будто на докладе, отрапортовал Илья.

– Я домой…сегодня же, – после паузы твёрдо сказала Пересветова.

– Я тоже отпросился. Давай поедем вместе. Встречаемся на Щёлковском автовокзале через четыре часа.

Найдя куратора, Арина под диктовку написала заявление об освобождении от занятий.

– Только начали учиться, уже какие-то семейные обстоятельства, – недовольно пробурчал декан, но заявление подписал. – Даю два дня.

Даже если бы ей не разрешили пропустить занятия, она бы всё равно уехала, никто бы не остановил.

По приезде в родной город Пересветова зашла в пустую квартиру и облегчённо вздохнула: дома. Она побросала вещи в стиральною машину, надела любимые старые джинсы, вязаную кофту, оставалось ещё кое-какое дело минут на сорок. Спустя час Арина шагала к Бернгардтам, не предупредив их о своём визите.

Погода испортилась ещё сильнее: в лицо бил холодный промозглый ветер, приправленный каплями дождя. Остановившись возле подъездной двери и дождавшись Илью, она вдруг засомневалась: а если здесь окажется лишней? Но отбросив всякие непутёвые мысли, решила, что Елена Николаевна ей почти родная, потому что любимая учительница, и позвонила в домофон.

– Кто? – Голос Барби прозвучал неожиданно, как выстрел. Арина не предполагала, что новая подружка Никиты тоже окажется здесь.

– Свои. – Наверное, она имела право так ответить.

– Свои все дома, – хмыкнула Барби, но дверь открыла.

«Твою петрушку. Безмозглая кукла, ты-то точно здесь чужая, – подумала Пересветова, поднимаясь в лифте. – Ладно, ответом будет путь каравана, а не лай собак».

Никита сидел возле бабушки и отпаивал её валерьянкой, Лиза молча плакала рядом, смахивая костяшками пальцев подступавшие слёзы. Елена Николаевна первой заметила Арину с Ильёй и, привстав, обняла их.

– Спасибо, ребята, что навестили нас.

Никита кивнул Пересветовой и молча подал руку Самойлову.

– Приносим свои искренние соболезнования, – с трудом произнесла дежурную фразу Пересветова. – Может, нужна помощь?

– Нет, Никита уже всё сделал сам. Завтра похороны.

Разразившаяся громким плачем Лиза подскочила к Пересветовой и уткнулась ей в плечо:

– Как хорошо, что ты приехала, я так ждала тебя, так скучала.

– Я тоже скучала по тебе, солнышко. – И чтобы отвлечь её, сказала, поглаживая Лизу по голове: – Помню, мы с тобой и Никитой играли здесь в разные развивающие игры, вместе смотрели мультики, фильмы, иногда ты засыпала прямо на этом ковре.

– Я тоже всё помню, даже то, что ты на какую-то выставку шила одежду для моей куклы Барби. – Арина невольно взглянула на новую подружку Бернгардта, пытающуюся не к месту развеселить Никиту какой-то смешной историей. – И вы с братом не давали конфеты из-за аллергии – вели себя, как строгие родители. А потом ты придумала для меня вкусные конфеты из сухофруктов и назвала их неунывайками, потому что они всегда поднимали настроение. У нас с бабушкой такие вкусные не получаются.

– Я и сейчас их принесла, вот они. – Пересветова вынула из пакета коробочку с конфетами, которые приготовила только что из сушёных фруктов, орехов и фиников.