Познай, где свет

Глава 39

Арина вернулась из тяжёлого рейса и решила отдохнуть. Весь полёт был на нервах: то безалаберные родители не обращали внимания на своих безмерно шаливших детей, то один из пассажиров, не почистивший зубы, с ужасным запахом перегара изо рта пытался с ней флиртовать, то другой требовал положить его ручную кладь на полку.

Пересветова отказалась, ибо в соответствии с должностными требованиями не обязана это делать. Была ещё причина её отказа.

Сегодня ночью в гостинице перед самым рейсом она узнала о приятной неожиданности! Думала, снова задержка из-за переутомления, хотя какое переутомление: целый месяц была в отпуске, а оказалось, это не просто задержка, а беременность! Так показал тест! Восторженный крик сдержать не удалось: «Ура! Ура!»

Арина отлично понимала, что больше летать не будет, во всяком случае года два точно, но нисколько не жалела об этом. Для неё сейчас главным была её семья.

Интересно, что скажет Никита? Она вспомнила их нечаянные разговоры о детях, когда он, заглядывая в её глаза, говорил, что хочет, чтобы Арина родила замечательную малышку, а лучше двух.

Как-то даже спросил, пьёт ли она противозачаточные таблетки, а когда она мотнула головой – нет, обрадовался:

– Уф! Это очень хорошо. Боялся, что таблеточки всякие будешь пить или требовать, чтобы был осторожен… а я хочу настоящую семью, детей не меньше двух. Ну а если не получится естественным путём, ничего страшного, можно действовать по науке, сейчас столько возможностей. Как ты на это смотришь?

Как она на это смотрела? Конечно, положительно.

– Только прежде всё надо сделать правильно.

– Это как?

– Подписать соответствующий документ о рождении новой семьи при свидетелях и плачущих в уголке от счастья родственников.

– Так мы уже на пути к этому, вчера подали заявление в ЗАГС.

Арина улыбнулась, вспоминая тот разговор. Завтра Никита должен вернуться из командировки, и она ему всё скажет. Не хотелось такую замечательную новость сообщать по телефону.

Вскоре мысли начали путаться, и она уснула.

Пересветовой приснился страшный гром, он просто бухал и бухал. Открыв глаза, она поняла, что кто-то стучит в дверь. Подойдя к ней, Арина посмотрела в глазок: Воронцов.

– Что надо? – сказала, не открывая дверь.

– Аринушка, я у тебя забыл флешку с важными документами. Без них не аттестуюсь. Открой, пожалуйста.

– Скажи, где она, принесу сама.

– Ты что, боишься меня? Открой, или хочешь, чтобы соседи были в курсе, где искать мои вещи?

Арина, подумав, распахнула дверь, не убьёт же он её, в конце концов.

– Привет, – сказал Игорь и улыбнулся. Улыбка у него была всё той же, как раньше, до измены: открытой и радостной.

– Привет, – негромко ответила Арина, но входную дверь закрывать не стала.

– Пройду?

– Конечно.

Воронцов проскочил мимо Арины в кабинет, порылся в одном из ящиков стола и, найдя нужную вещь, улыбнулся снова, как в детстве, будто конфеткой, подразнил Пересветову, сотрясая флешкой:

– Вот она. Как же замечательно. Уф, я думал, где-то потерял, хорошо вовремя вспомнил, что положил сюда. – Немного помолчал, сосредоточенно укладывая флешку в барсетку, а потом спросил: – Как дела?

– Нормально.

– А я вот с Барбарой расстался… совсем, – сказал и грустно усмехнулся. – Вот дурак, такую девушку из-за неё потерял. Послушай, я всё осознал и давно понял, лучше тебя мне не найти. Давай начнём всё сначала? – Игорь подошёл к ней и заглянул в глаза.

Арину вдруг замутило то ли от вида Воронцова, то ли от запаха перегара. Сегодня так же было в самолёте. Пересветова понеслась в туалет. Игорь, постояв несколько минут, пошёл следом и затарабанил в дверь:

– Арина открой, тебе плохо? Арина? Что с тобой?

Пересветова распахнула дверь, вытирая рот полотенцем.

– Уходи, Игорь. Не до тебя.

Он отошёл от неё на шаг и окинул внимательным взглядом:

– Ты беременна? – Арина молчала: вот ещё, не хватало ему докладывать о столь интимных вещах. – Ты беременна, – уже утвердительно произнес он. – Какое счастье! У нас будет ребёнок! – Он подошёл к ней и хотел приобнять, но Арина отстранилась.

– Ты ошибся.

– Я не ошибся. За день до моего ухода у нас был незащищённый секс.

– И что? Это ни о чём не говорит. Послушай, – вздохнула Пересветова. – Я отработала почти сутки, устала очень, а на ходу сам знаешь, какая кормёжка. – Не хотела она говорить правду не потому, что боялась его неадекватных поступков, а потому что вторым эту новость должен был узнать Никита, но никак не Воронцов. – Тебе пора.

У Игоря даже губы побелели. Он стоял и глядел на неё, пытаясь поймать любую эмоцию, подтверждающую его слова.

– Я никуда не уйду, давай обойдёмся без актёрства: обиду и гнев излила, хватит. Послушай, мы же любим друг друга, а это выше, чем дешёвая интрижка с Барбарой.