Позор рода Фавьен. Хозяйка Пурпурной крепости

20. Ложь в серебре

Медленно опускаюсь обратно в воду. Закрываю глаза. Мир снова глохнет.

Нет… Снова додумала лишнего. Это просто совпадение. Разве могла бы матушка поступить так со своим ребёнком?

Но внутри уже шевелится то самое гадкое ощущение — липкое, словно заноза под кожей: пока не болит, но уже не даёт покоя.

Я судорожно выдыхаю. Мне просто нужно перестать искать двойное дно во всём. Сильрик не стал бы прятаться в полуразвалившейся крепости, притворяясь хранителем и командуя слугами. Это же абсурд.

И всё же…

Я видела императора много раз, но особенно запомнился зимний бал в Цитадели. Когда Сильрик Пламенорожденный вошёл в зал, все разговоры стихли. Не из-за возгласа глашатая, а потому что одно его появление, одна лишь походка и взгляд несли в себе неоспоримую власть.

Высокий, в светлом костюме без лишнего блеска, с расстёгнутым воротом и перчатками, сжатыми в левой руке. Волосы цвета вороньего крыла, но в свете магических сфер на миг вспыхивало золото, как отражение костра в чёрном стекле.

Но в память врезалась не внешность, а походка: не шаги, а полновластное движение сквозь пространство. В каждом жесте чувствовалась спокойная, непоколебимая уверенность. Ни суеты, ни желания произвести впечатление. Только он и его путь.

Зал гудел от сдержанного шепота, но Сильрик Пламенорожденный не удостаивал никого взглядом. Ни одного лишнего движения. Только вперёд.

Но всё же в какой-то миг он обернулся. И посмотрел. Прямо в нашу с Каэлем сторону. И пусть это была иллюзия, созданная светом или воображением — но мне показалось, Сильрик посмотрел именно на меня. На долю секунды. Холодно и отстранённо.

Я помню, как у меня пересохло в горле, а Каэль вдруг прошептал:

— У него нет крыльев, а ведёт себя так, будто он полноправный дракон. Разве бескрылый может править нами?

Воспоминание развеялось.

Я потянулась к губке, густо намылила руку и медленно провела по ключицам.

Хелвар Каэрик Вейл взял имя Сильрик Пламенорождённый — в честь первого человеческого императора правящего после прихода драконов в этот мир.

Сильрик был младшим из Вейлов и взошёл на престол после того, как его брат отрёкся от короны, принес клятву Истоку и стал живым Законом Империи. О Сильрике всегда ходили слухи. Одни шептали, что он слаб. Другие говорили, что он слишком умен, чтобы открыто демонстрировать свою силу. Кто-то считал его недостойным трона, а кто-то — слишком хладнокровным для дракона. Его инициация проводилась втайне. Никому не известно, какие у него крылья. И есть ли они вообще.

Потому Совет давно заглядывается на трон. Их не устраивает, что Вейлы — не чистокровки. Да, они драконы, но в их жилах течёт человеческая кровь. Правда, никто не уточняет, насколько эта кровь одарённая. Вейлы столетиями брали в жёны исключительно тех, кто носил редкую магию. Неважно, человек или дракон: важна была сила. Даже у старшего Вейла, жена с магией воды, столь редкой, что её охраняют лучше, чем Цитадель.

А теперь я вспоминаю Рика. И сравниваю. Прямой взгляд. Властный голос. Слишком странная улыбка у этого хранителя. И слишком уж много совпадений…

Я медленно открываю глаза.

Пар уже начал рассеиваться.

Нет. Это невозможно.

Это только предположение. Но заноза уже пустила корни.

За ширмой вежливо покашливают.

— Всё готово, лиора. Постель свежая, — доносится голос служанки. — Я могу подать полотенце?

— Да, — отвечаю, поднимаясь. Вода стекает по коже ленивыми струйками, будто не желает отпускать.

Нужно просто отдохнуть. А потом разобраться. С собой. С Риком. С этим замком, в котором слишком много тайн и теней.