Позволь этому случиться

- 18 -

Дни шли. Отношения с мамой оставались натянутыми. Санька таила обиду, куда больше моей. Я посчитала, что не в праве так остро реагировать из-за своего возраста. В маме проснулась женщина. Пусть не в той ситуации, которая могла бы это предполагать. Пусть дети ее достаточно выросли, чтобы понимать ее обиду. Пусть это был ее день рождения. Так много «пусть», сказанных в оправдание, и так мало простого понимания. Ничто не мешало в тот момент ей утешить своё уязвленное женское «я» любовью дочерей, которые так старались сделать ее счастливой в тот день.

Однако, она выбрала роль обиженной жены, но не матери. Не могу винить ее за это, потому что не была в ее шкуре. Не могу винить ее за это, потому что я ее дочь, а она моя мать. Не должна винить ее за это, потому что люблю ее, вопреки всему. Не должна, но вид Саньки давал понять, что и у нее в теле поселился паразит, что прогрызал дыру в ее груди.

После очередной смены в «КнязьЧае», в голове гудел рой мыслей. Настя в чайной перестала появляться так часто, как она это делала ранее. Денис на мой вопрос о подруге, лишь уклончива пожал плечами и искусно ушел от темы, предлагая мне в качестве премии солидный пакетик чая «Сны оливкового цвета». Такая премия пришлась мне по душе, потому что этот напиток был прекрасен. Про Егорову мы больше не говорили, что несказанно радовало меня.

Автобус остановился на моей улице. Я посмотрела время на телефоне. До начала занятия с Тимофеем было еще минут двадцать. Как раз хватит времени, чтобы добежать до дома Поклонских. С чего-то Тим попросил подойти меня на час пораньше. Прислал смс в обед, написала, что на поздний вечер у него имеются планы. Без лишни слов, поняв, какие именно, я без раздумий согласилась.

Во дворе своего дома поздоровалась с соседками, которые примостились на лавочке у подъезда. Вопреки всем предрассудкам, бабулечки нашего двора были Божьими одуванчиками. Я была для них Лилечкой, а не проституткой, несмотря на поздние возвращения. Санька для них была Сашечкой, а не наркоманкой, несмотря на своих соответствующего вида друзей. Мне нравился этот район, тем печальнее мне было покидать его.

Финансы теперь позволяли мне снять собственное жилье, поиском которого я и занималась последние несколько дней и ночей. Студии, что казались мне удобными для одиночного проживание, оказались дороже однокомнатных квартир. Каждое мало-мальски подходившее под мои критерии объявление казалось мне тем самым, так что поиски я грозилась прервать каждые две три странички на поисковом сайте.

Холодало. Изо рта повалил пар. Природу лихорадило, то в жар, то в холод. Утро было солнечным и жарким, вечер походил на фригидную невесту в первую брачную ночь. Бррр.

Подпрыгивая на ступеньках в жалких попытках согреться, оказалась на пороге дома братьев.

Позвонила в дверь.

Тишина.

Постучала.

Ответ тот же.

Сценарий самого первого занятие повторялся один в один.

Вот уже я, не прекращая, стучу костяшками о дерево. Подошвы ботинок стучаться одна о другую. Холодно. Нос превратился в ледышку.

За дверью послышались шаги и какие-то слова. Голос был женским и до боли знакомым.

Когда перед моим замерзшим носом показалась она, я сначала не поверила своим глазам. Но моргнув один, два, три раза, поняла, что зрение меня не обманывает.

- Егорова? – голос дрогнул на высоких нотах. – Ты что здесь забыла?

- Настенька, – протянул Поклонский младший где-то за спиной у моей подруги. – Ты куда пропала?

Его кудрявая голова оказалась в поле моего зрения. Наши взгляды встретились, и Тимофей замер. Из одежды на нем были только серые спортивные брюки, и только они, натянутые наспех. Висели они очень низко, были видны косые мышцы внизу живота.

- Сенсей, ты чего так рано? – его глаза судорожно забегали из стороны в сторону. Он явно не ждал меня так рано.

Я достала телефон из кармана.

- Я так понимаю, никаких сообщений ты мне не присылал, – мой злобный взгляд полоснул по нахально улыбающейся роже Егоровой. Знаю я ее любовь к чужим телефонам. Не удивлюсь, если клептомания у нее в анамнезе.

Тимофей непонимающе уставился на смартфон у меня в руках.

- Привет, подруга, – ласково пропела Егорова, упиваясь своим превосходством. Ее руки плавно сложились в замок на груди. Только сейчас я заметила алую шелковую сорочку на ней, которая выгодно подчеркивала все ее выпуклые достоинства, коими она славилась еще в школе.

Радушное приветствие решила пропустить мимо ушей и обратила все свое внимание на Поклонского младшего.

- Можем перенести занятие на более удобное для тебя время, – злиться было бесполезно, но в голос так или иначе просачивался яд.

Тимофей вправе проводить свое свободное время с тем, с кем посчитает нужным. Пусть это будет даже Егорова. Невозможно, но это оказалась действительно она.

- Нет, – Тим затряс ладонями перед моим лицом. – Ни в коем случае, – он посмотрела на Егорову. – Настя уже уходит.

Мне показалось, или он произнес это сквозь зубы? Наверное, мне просто хочется, чтобы так оно и было. Как он может выгонять ту, что подарила ему минуты наслаждения. Или часы, судя по тому времени, когда было отправлено сообщение. А Поклонский, как оказалось, не врал о своих достижениях в постельном спорте.