Позволь прикоснуться к тебе

Глава 2

С каждым шагом за спиной остаются сияющие витрины, зеркальные фасады, шум беспилотных авто и отрывистые объявления дронов. Мы с Келем идём всё дальше. Вглубь района, которого стараются не замечать. Плавно сменяются декорации: стекло и неон уступают ржавчине и плесени. Воздух тут густой, тяжёлый, с привкусом железа и чего-то прогнившего. Пахнет сыростью и воспоминаниями, которые давно никому не нужны.

Перед нами старая заброшенная территория. Город здесь будто забыл дышать. Разбитые окна смотрят на нас, как пустые глаза давно умерших зданий. Плитка под ногами потрескалась, кое-где из асфальта проросли упорные сорняки. Но, несмотря, на кажущуюся мёртвость, здесь всё ещё живут люди — те, кого выгнали за пределы прогресса. Из-за корпораций — жильё. Из-за отчаяния — себя.

Мы идём мимо группы бездомных, их лица — серые, потухшие, скрыты под капюшонами. Кто-то курит что-то едкое, кто-то просто смотрит в пустоту, прижавшись спиной к стене. Замечаю мужчину, который держит картон с надписью: “Я был инженером”.

Иногда кто-то из таких выходит к центру и начинает говорить, пытаться докричаться. Но их быстро “упаковывают”. Кель рассказывал, что таких потом либо вывозят за город, либо оставляют гнить в подвалах. Никто не знает точно, и спрашивать опасно.

Кель ловко перепрыгивает через проржавевший забор, и я, хоть и не с первого раза, следую за ним. Приземляюсь неуклюже, шлёпаюсь на задницу, и он, конечно, смеётся.

— Осторожнее, ты могла бы повредить моё прекрасное лицо, — говорит он с ухмылкой.

Пихаю его локтём в бок и натягиваю капюшон почти до подбородка, стараясь спрятаться от ветра и чужих взглядов.

— Берегись, не то я и правда подправлю тебе личико. И тогда ни одна красотка не подойдёт ближе, чем на пять метров, — усмехаюсь и сворачиваю к ряду старых гаражей.

Ever хочет снести дома в этом районе и построить новый завод. Они уже поставили охрану по периметру, чтобы отвадить таких, как мы с Келем. Только мы выросли здесь и знаем все потайные ходы, нам такие пустяки не страшны.

Раньше из любопытства читала книги: когда-то в этом районе жили обычные люди, и никаких роботов не существовало. Но время стирает память. Сейчас дети в школах изучают создание новой империи, разработки новых интеллектов. Может быть, я хочу увидеть прошлый мир. Может быть, я хочу узнать, как люди жили без новейшей техники. Жаль, что об этом можно только мечтать. Интересно, а люди из прошлого хотели бы заглянуть в будущее? Как иронично, что им бы оно не понравилось.

Нас окружают лицемерие и власть. Бедность и безработица. Сейчас около тридцати процентов людей живут на улицах. Нюикс — безжалостный город будущего.

— И что мы здесь забыли? — Маркел останавливается возле гаража и кивает на него.

— Сейчас увидишь, — улыбаясь, включаю фонарь, открываю дверь и захожу внутрь. Слышу, как друг идёт за мной.

Подхожу в центр и снимаю ткань с машины. Это пыльная LADA Vesta 2025 года серебристого цвета. Когда я нашла её на прошлой неделе, то была удивлена — как её ещё не забрали на переработку? Смотрю на друга и его лицо полное удивления. Азиатские глаза расширились, насколько это вообще возможно, рот приоткрыт. Подойдя к нему, я поднимаю ему челюсть и закрываю рот.

— Осторожнее, муха залетит. Ну как тебе? Можно порыться, вдруг что-то найдём. Может она даже на ходу? — ощущаю как улыбка застывает на моём лице, иду к водительскому месту. Мгновение мнусь, не зная, как открыть дверь, но потом уже сижу внутри. — Как круто. Здесь даже другая панель. А где показатель энергии?

— Они раньше были на бензине, ромашка. Видишь стрелочки и цифры на спидометре? — Кель натягивает маску мудреца, но видно как его уголки губ подёргиваются в улыбке. Говорит, словно с ребёнком, наклоняется и указывает на экран за рулём.

— Эй, не говори так, будто ты самый старший. Ты всего на три года меня старше, — хмурюсь, смотрю на него, затем закатываю глаза и перелезаю на пассажирское сиденье. — Наверное, нужен ключ.

— Даже если найдёшь, сомневаюсь, что она заведётся. Сейчас все машины работают от энергии, — Маркел садится и хлопает по рулю, но в ответ раздаётся внезапный гудок. Мы оба подпрыгиваем от неожиданности, смотрим друг на друга и заливаемся смехом.

***

— Пока, чудик. Завтра обязательно позвони, если не будешь занят красотками! — издевательски протягиваю слова, отбиваю кулаки с ним и расходимся на перекрёстке.

— Ты жестока. Дай мне насладиться десертом между ног прекрасной девушки, — заулыбался он и отсалютывает пальцами у вискА, затем уходит домой и я вижу его удаляющуюся фигуру. Его отец возвращается сегодня с завода и будет дорабатывать новые протезы для Келя. Я до сих пор помню этот жуткий рассказ. Он поехал с отцом на работу и заинтересовался пилой для резки металла. Всё произошло слишком быстро. Кель говорил, что даже не мог слышать собственный крик.

Мы познакомились, когда мне было десять. Моего отца уже арестовали. Стали родственными душами, нашли друг друга и успокоили больные места. Помню, как пришла к нему в гости, хотела поддержать и приготовила ему кашу. Поскольку ягод у них дома не было, я на заднем дворе собрала ромашки и лепестки добавила в тарелку. Было весело наблюдать, как он ест и делает вид, что вкусно. Это продолжалось почти год и только после я узнала, что он просто не хотел меня обидеть.