Позволь тебя не разлюбить

Глава 2

— О, господи! — выдохнула я.

Придурок улетел с моста?

Я в ужасе смотрела, как река перекатывается через капот, в открытую дверь заливается в салон и медленно, но верно утягивает железную махину в стремнину.

Открытая дверь, — мелькнуло вспышкой. Водитель выбрался?

А потом я его увидела.

Мужчина лежал навзничь: головой на каменистом берегу, ногами в воде, и коварная вода понемногу стягивала его обратно.

— Держитесь! — крикнула я.

Поскальзываясь и чертыхаясь, побежала вниз, под мост.

— Эй, вы живы? — потрясла его за плечо.

Он был без сознания. Видимо, хватило сил выбраться на берег, а потом он отключился.

Я пыталась поднять его за руки, за ноги, подмышки, но он был неподъёмным.

Всё, чего я добилась — лишь слегка отвернуть его ноги от воды.

— Просыпайтесь, пожалуйста! — похлопала я его по щеке. А когда это не возымело эффекта, отвесила оплеуху.

Мужчина застонал и очнулся.

— Ох и тяжёлая у тебя рука, — скривился он, потрогав щёку. — Ты кто? — уставился на меня.

— Э-э-э… — не знала я, что ответить. — Вивьен.

Не уверена, услышал ли он, — мужик скривился от боли и сменил вопрос:

— А где я?

— Затрудняюсь сказать точнее. В воде под мостом. Ваша машина упала в реку. А вы… вы как-то выбрались. И вы должны мне помочь, сама я вас не подниму.

— Хорошо, — он сел. Застонал. Покачал окровавленной головой. Выразительно оценив мою комплекцию, отказался от протянутой руки. Встал. Покачнулся.

— Я помогу, — подлезла я под его руку, чтобы он опёрся на мои плечи.

Скользкие камни осыпались под ногами. Вода, разбиваясь об опору моста, окатывала брызгами. Но совместными усилиями мы справились — поднялись по насыпи.

— Вы были один в машине? — тяжело дыша, я смотрела, как его джип уносит по течению, и с ужасом думала, что я до него не доплыву.

— Один, — к моему облегчению ответил мужчина.

Насколько я видела, довольно молодой мужчина.

В строгой белой рубашке, чёрных брюках, красивых туфлях. Сейчас грязное и мокрое, но всё это было при нём. А ещё кубики пресса и рельефная грудь, к которой липла ставшая почти прозрачной от воды белая ткань.

«Ви, о чём ты думаешь?» — оборвала я себя, невольно залюбовавшись.

Красивый мужик, чего уж. Он без сил опустился на камни, мотнул головой. На лоб упали мокрые русые кудри, на меня посмотрели зелёные, с золотыми искрами глаза.

В жизни не видела таких красивых глаз.

«Ви!» — одёрнула я себя. Никогда бы не подумала, что в экстремальной ситуации можно обращать внимание на такие вещи и даже испытывать вполне определённые чувства.

Мужик был чертовски привлекательным.

— У вас кровь, — показала я на текущую от виска вниз струйку.

— Ерунда, царапина, — стёр он кровь рукой.

— Проверю, есть ли связь, — полезла я в карман за телефоном. — Надо вызвать спасателей.

С удивительной проворностью для контуженного он перехватил мою руку.

— Не надо никого вызывать, Дюймовочка.

Дюймовочка? Телосложения я, конечно, была хрупкого, роста небольшого, но не настолько же.

— Почему не надо? — удивилась я.

— Потому что не надо, — сказал он уверенно.

— Вы ударились головой и, наверное, не совсем адекватно воспринимаете ситуацию, но вам нужно в больницу. И ваша машина…

Он именно на неё и смотрел.

Я повернулась по направлению его взгляда.

От огромного чёрного джипа осталась видна только крыша с блестящим на солнце хромированным багажником. На него приземлилась какая-то легкомысленная птица, чистила пёрышки и дрейфовала по реке.

— Значит, так тому и быть, — как-то уж очень спокойно заявил он.

— В каком смысле? — не поняла я. — Вас же, наверное, где-то ждут, будут искать, волноваться.

— Конечно, будут, — опёрся он руками о камни и тут же скривился от боли. — Чёрт! — схватился за плечо.

— Вот именно об этом я и говорю. Ушибы, внутренние повреждения, сотрясение мозга. А ещё вы, наверное, наглотались грязной воды.

— М-да, — улыбнулся он. — Перспектива обосраться, конечно, так себе, но, кажется, это не худшее, что могло со мной случиться. Ты всегда такая зануда, Дюймовочка?

— Сам ты зануда! — встала я.

Тоже мне, весельчак нашёлся.

— Ладно, не обижайся, — схватил он меня за руку. Словно не он только что выбрался из ледяной воды, рука, что сжала моё запястье, была горячая и сильная.

— А ты далеко ехала?

— Нет, — ответила я. — А что?