Pr-директор для беременной Яги

Глава 3.3.

На этот раз ведьму разбудил громкий стук в дверь. Она осторожно выскользнула из объятий Андрея — точнее, так это могло бы выглядеть со стороны, ни окажись она так основательно прижата.

Сначала пришлось вытянуть руку, обвившуюся вокруг его шеи. Потом отжать обратно ногу, на которую он сложил обе свои. И дальше ползти через всю кровать в нужном направлении, лихорадочно соображая, куда запропал халат.

Встречать гостей, завернувшись в простыню — да это сразу ставит верховную ведьму в щекотливое положение. С чего бы почтенной женщине спать голой, да еще и не помнить, куда сунула одежу.

Кого принесла нелёгкая, Ядвига старалась не думать. На пороге могло поджидать как легкое недоразумение, так и серьезные неприятности.

Когда она все-таки как следует запахнулась в видавший виды стеганый халат, то встретила, отворив дверь, целую делегацию. Причем ее состав опять-таки не отвечал на главный вопрос: не случилось ли чего?

Ближе всех стояла Марта. За ней на расстоянии не более локтя — Василиса, чуть дальше, но руку протянуть хватит, Берендей, а замыкал процессию, маячивший в районе лестницы Асклепий. Только Кота не видно — нет, все в порядке, спрятался за Мартой.

— Чему обязана? — получилось хрипло и неприветливо. А как еще отвечать среди ночи. Яга широко зевнула, вежливо прикрыв рот ладошкой.

Она загородила проход так, чтобы комнату и, главное, кровать ровно по центру, им было не рассмотреть. Для этого пришлось нелепо расставить локти, продолжая придерживать полы халата в районе талии, так как пояс от него быстро не отыскался.

Кот, тем не менее, сразу просунул морду в комнату, обнаружил раскинувшегося, как на пляжу, абсолютно голого Хранителя, которого то тут, то там украшала сбившаяся простыня и вместо того, чтобы успокоиться, занервничал.

— А чего он там делает, Ёженька? Ты же до свадьбы ни-ни.

Ядвига чуть не прикусила язык от такого хамства. Нет, все-таки в их тандеме с журналистом КотоКот по наглости несильно проигрывает новому хозяину.

— А чего вы тут? Не помню, что кого-то звала, хотя, разумеется, всегда рада видеть. — Она улыбнулась дочери и кивнула Берендею. Теперь их очередь расшаркиваться. И Ядвига не собиралась облегчать им эту задачу.

У Андрея, который выбрал ровно этот момент, чтобы пробудиться ото сна, тоже нашлись свои доводы.

— Ух ты, какое собрание, — он по-хозяйски обнял Ядвигу за талию. — Куда бежать? Кого спасать?

Скосив глаза, ведьма увидела, что он-то недолго раздумывал, в каком виде предстать перед гостями. Замотался в грешную простынь и с ухмылкой вылезшего из бани римлянина обозревает вытянувшиеся перед ним лица. И ведь, наверняка, у нее выражение еще более ошалелое, чем у остальных.

— Андрей, — заголосил Кот, беря необыкновенной чистоты высокую ноту. — Ты три часа не откликаешься. Я взываю, и тишина. Исчез, провалился. Что я должен предположить?

— Что я поругался, а потом помирился со своей невестой? Уж тебе ли не знать, Кот, что, когда милые бранятся, то не надо крутить рядом огромным пушистым хвостом!

Марта смотрела на них спокойно, словно наслаждалась происходящим. Василиса и Берендей заметно смутились и даже встали рядом, готовые морально поддержать друг друга.

— Мне начал написывать Кот, мама. Не люблю переводить стрелки, но он твердил про разрыв помолвки, особенно упирая на то, что в сердцах у тебя опять произошло обращение, — она чуть-чуть понизила тон. — И от Андрея останется мокрое место.

— Василиса, я вижу, расслабься. Спасибо за понимание и за то, что не привела жениха искать бездыханное тело в доме чокнутой ведьмы.

— Ну что ты такое говоришь, мама. Кощей не враг тебе. Если бы ты пообщалась с ним больше, чем те полминуты, то считывала бы его, как открытую книгу.

— А ты Берендей, кого защищать пришел? Не заметила между тобой и Андреем особой теплоты. Вижу неприятности в семье, проблемы в княжестве — и все о чужих делах заботишься…

— Не серчай, Ядвига. Все взволновались дюже крепко, когда Кот передал картинку, на которой обручальное кольцо валялось на полу.

Понятно, кто кинулся от изгнания спасать — хотя куда уже дальше-то отправить, только на тот свет, — кто переживал за Андрея. В любом случае все согласны, что журналист и ведьма — одна сатана. Вон даже Василиса все больше помалкивает.

— Я в полной мере удовлетворил любопытство каждого из вас. Теперь мы свободны? — небрежно спросил журналист, но спорить бы с ним сейчас не стала даже Яга.

— Я смею поздравить, тороплюсь засвидетельствовать… Вы счастливая женщина, Ядвига. Если честно, не ожидал благоприятного финала, когда увидел вторую половину вашего совместно артефакта, полностью дезактивированную, — пустился в объяснения Берендей. Он сам не замечал, что свободно перескакивал с «вы» на «ты» и обратно.

Мря, да, их здесь свели неслучайно. Разобраться бы кто был заинтересован, чтобы их конфликт с Андреем виделся как настоящая катастрофа. Марта по-прежнему изображала, что не понимает единый язык, стреляя глазами в разные стороны.

Тем не менее, именно ее выбрали заговорщики, чтобы побеспокоить Ядвигу, которая, согласно их предположению, от пережитого потрясения временно превратилась в монстра. И ведь они были не так далек от истины.

— Вообще-то не я передал тебе картинку с кольцом, — обратился ГлазГора к Берендею. — Я отправил ее Василисе, чтобы она быстрее мчала к нам. Прости, княже, но какой от тебя прок? Что ты сделаешь супротив вошедшей в раж ведьмы.

— Какая-то ерунда выходит, — открыла рот Марта. — В доме только свои, а новости вышли за пределы семьи. И если бы, чур меня чур, с нашим хранителем и, правда, приключилась беда, то о ней мигом бы узнало все Белогорье.

Василиса скорчила милую гримасу, спрятав за ней растерянность:

— Это еще не все. В кабинете в маминой чашке я обнаружила следы зелья. Вряд ли бы ты стала его разбавлять, снижать градус. Я предполагаю, что его туда кто-то подмешал. Доза не велика, ее бы не хватило в нормальных обстоятельствах, но с учетом, мама, пережитого тобой стресса… Это ровно столько, чтобы ты утратила контроль над эмоциями.