Pr-директор для беременной Яги

Глава 4.3

Андрей: журналист, хранитель, начинающий сыщик

— У нас кончились новости!

Я поднял глаза на Марту, которая энергично раскачивалась в кресле-качалке, обмахиваясь подшивкой старых газет. Утром девушка совершила очередной опустошительный набег на чердак, вынеся оттуда кресло, «чихательный» торшер (тканевый абажур требовалось срочно постирать) и несколько коробок с откуда-то взявшейся периодикой.

Сама она таскать, конечно, не таскала, а подрядила под это дело посох и Кота, которые соревновались в пилотировании старья на нижние этажи. Они разбили деревянный пуф с плюшевой сидушкой, потому что взялись переносить его одновременно.

Мне не повезло. Я слышал каждое слово почтенных артефактов за работой:

— Ну как, идиот, с ушами чувствуешь себя незаменимым?

— До тебя, полено, далеко. Плющишься, как юная верба в марте. Надо просить Андрея, чтобы тебя осмотрел.

— Разуй глаза, в доме неучтенные артефакты хозяйничают. Возможно, имеет место сговор с кем-то из наших.

— Я бы знал, для меня их мысли — открытая книга. Да не пинайся ты так, в твои я даже не лезу… Связался с ведьмой, силу объединил, а еще палкой мудрого царя называешься.

В этот момент пуфик и рухнул. Почти мне под ноги. Крышка отлетела и расквасила журнальный столик из переливчатого стекла, слишком хрупкий в наших реалиях. Меня так и подмывало вмешаться в диалог двух приятелей с нецензурными комментариями. Но я сдержался, потому что очень хотел послушать продолжение, и они не подвели.

— Заводишься, как всегда, с пол-оборота. Ты ее спас тогда. Я, правда, первый, потом эти бабки подключились. Не было у меня воплощения лучше Барсика — это вот никуда не годится. Одна надежда, что хранитель толковый попался.

Тут я заподозрил, что меня разводят: сливают то, что и так должен был узнать. Но посох, молодец, гнул свою линию и с темы не свернул.

— Зеркальные здесь замечены. Ты что, не чуешь?

— С чего бы? Остатки амулета найдены и уничтожены. Вампирский охраняет сама Тьма.

— А наш?

— Обижаешь. Хозяйка на связи с ним, как и с тобой. Он же родовой. Единственный, который принадлежал Гаевским.

— Ты кот, а не страус, вытащи голову наружу. Как еще ввести в заблуждение Ядвигу? Она читала намерения каждого прежде, чем пустить за десять верст к избушке. И конюха, и вертихвостки этой, и пяти садовников, и каменотесов, сколько их там было, — и черт знает кто еще ни пожаловал к нам в этом месяце.

— Намекаешь, что осколков зеркала сохранилось несколько?

— Именно. Несколько маленьких неправд сподручнее протащить в дом, чем одну большую.

— Но как они умудряются действовать в доме незамеченными? Здесь у каждого предмета — глаза. Система слежения, да в Белогорье не догадываются, что что-то подобное может существовать…

— Ага, чтобы следить за собственной хозяйкой.

Я поежился, вспомнив некоторые подробности вчерашнего дня и ночи. Не возбуждает меня мысль, что за нами постоянно наблюдают. Однако прятаться под одеялом в темноте тоже не буду и Яге не позволю. Пора принять эту новую жизнь селебрити.

Тут в мои мысли, а также в душевную беседу Кота и клюки ворвалась наша королева, собственной персоной. Она с порога закатила скандал и ровно три минуты — я засекал — отчитывала нас троих за то, что полезли на чердак вместо того, чтобы заняться инвентаризацией.

Оказывается, пока я отдыхал в коме, в избушке процветало планирование. И в свете последних событий Яга решила, что продолжить опись нужно немедленно, а не через неделю, как это значилось в составленной ею разнарядке.

Глаз с посохом тут же об этом напомнили, а так как жезл вслух не умел, воздух накалился от его разъяренного жужжания. Марта всю эту бурю пропустила, потому что в это время находилась в кабинете — видимо, прикидывала, куда поставить пуфик.

Я тоже в дискуссии не участвовал, валял дурака, глядя на раскрасневшиеся щеки Ядвиги. Встала она поздно, прикидывал я, значит, и спать пойдет сильно за полночь. Как бы склонить ее закончить дела раньше, под каким предлогом.

Покраснев еще больше, ведьма отправилась наводить порядок по маршруту. И ни одного ехидного замечания в мой адрес. Возможно ли, что секс так быстро меняет характер в лучшую сторону? Со двора раздался ее зычный голос. Теперь она отчитывала ландшафтного дизайнера. Вот и ответ.

— Андрей, ты меня слышишь? Весь день вы, барин, словно в облаках. — Марте снова удалось пробиться сквозь мои размышления, которые, что и скрывать, сегодня крутились не вокруг газеты.

Девушка спокойно переходила с «ты» на «вы» и обратно, но мне лично это не нравилось. И сам статус Марты, когда она и кофе подает, и постели застилает, и статьи пишет, тоже не проясняет для нее, какое место в доме занимает.

— Марта, я же просил сколько раз. Пожалуйста, не зови меня ни «барин», ни «господин». Я собираюсь передать тебе техническое управление газетой — ты будешь отвечать за статьи, за темы, за подбор авторов. Чтобы человек брал в руки новый номер и не мог оторваться, в смысле прочитывал три-четыре текста за раз.

— Я буду очень важная служанка?

— Ты будешь важной госпожой. Эта должность называется выпускающий редактор. Ты фактически и вступила в нее, пока я лежал бревном. Только, прошу тебя, забудь про барина.

— Конечно, барин.

Нет, она издевается. Я нанял на работу десятки журналистов и сразу вижу потенциального сотрудника. За словом в карман не полезет, горящую избу найдет.

— Вы не подозреваете, что это я опоила госпожу?, — тон спокойный, но все равно нервничает.

— Эх, Марта, разве человек, способный написать хороший репортаж с гребных гонок в университете и не ударить в грязь лицом в тексте о начале посевной, может оказаться дрянью? Гений и злодейство не совместимы.

— Андрей, ты странный.

Я пожал плечами.

— Я не виноват, что мы читали разные книжки.

Марта захохотала так, что я испугался, что ее качалка все-таки перевернется.