Pr-директор для беременной Яги

Глава 5.3

У спальни я нос к носу столкнулся с Котом, который, на минуточку, мог материализоваться в любой комнате в доме, но из принципа не делал этого в покоях Ядвиги. Тут прямо на нас вынесло Марту — и на секунду мне показалось, что вместе с дверью. Настолько стремительно она распахнулась.

Всю последнюю неделю Марта, занимаясь работой по дому, повадилась носить чепец — это частично приучило нас всех к порядку. Если девушка в головном уборе, значит, у нее «прислужные» часы. Может белье погладить, какао сделать и даже в комнате прибрать. Случалось и такое, когда остальные поручений надавать не успели.

Встретить Марту с непокрытой головой — напороться на сотрудника, а с сегодняшнего дня уже и руководителя, нашей газеты. Обращаться к ней с просьбой бесполезно, а вот сама прилипнуть может, не отдерешь.

Сейчас чепец болтается где-то за ухом, глаза — как блюдца, руками машет. Она сделала отчаянную попытку протаранить меня своей, эммм, кормой, отступила и врезалась в Кота. В такие минуты Глазик становился непроходимым и, подозреваю, пуленепробиваемым. Марту откинуло обратно в комнату.

Она неловко повалилась на стену, поднялась по ней обратно и предприняла попытку вступить в диалог:

— Там… не я это, барин. Ой, свалят все на безупречную нашу фамилию. А ведь только дядько грешен как следует. С топориком да на честных людей: пьяненьких раздевал, шинковал. Не бывало случаев других. Мы бы знали.

Как только я заскочил в комнату, то сразу принялся искать глазами Ядвигу. ГлазГора явно сделал то же самое, потому что такого очевидного облегчения на кошачьей морде мне видеть не доводилось.

Ядвига сидела на кровати, ошалевшая, но живая и, по всем признакам, вменяемая. Она переводила взгляд с меня на Кота и потом на Марту, как раз набиравшую воздух для еще одной вдохновенной тирады. Ночнушка распахнута на груди, пожалуй, больше, чем требовала ситуация, по подолу и на одном рукаве — ядовито-зеленые пятна. Несколько штук. Ох, мама миа, они дымятся!

Я подбежал к ней и не нашел ничего лучшего, как рвануть эти тряпки в зоне декольте в разные стороны, чтобы быстрее освободить ведьму. Раздался треск, с которым сдается только очень натуральный и очень старый хлопок.

Что в Белогорье делают в случае химического ожога? Я и на Земле-то не помню. Записывался на курсы по оказанию первой помощи и забил на них, потому что подстатилась халявная подработка. Под сорочкой оказалась еще одна нижняя майка из более мягкого и деликатного материала.

То есть ведьма, она как капуста и как Шрек, не торопится обнажаться сразу — батенька, да у вас натуральный шок… Но, правда, зачем укладываться в постель, нацепив на себя столько одежды — она что, и в самом деле собиралась спать?

— В камин это, а то траванемся, не ровен час. Но рукавчик оторви, надо произвесть опыт и определить, что это за дрянь, — Кот, спасибо ему, сохранял хладнокровие. Единственный среди нас.

— Что, что — чай это. С брусничным листом, зверобоем и чабрецом. Чтобы хозяйка перед сном расслабилась. И немножко имбиря, чтобы ласковее стала, — на последнем предложении Марта заголосила, наверное, в красках представив, как именно эта зеленая жижа могла простимулировать наши с Ядвигой отношения. На том свете, не иначе.

Что-то Ядвига подозрительно долго молчит. А вдруг все-таки глотнула и повредилась разумом, для начала без заметных проявлений. Я постарался придать голосу твердость и одновременно искал глазами ёжкин халат по всей комнате:

— Расскажи, только спокойно, вот не надо падать на колени, что здесь произошло. Ты приготовила чай, а дальше? Яга его выпила, пролила сразу? Каждая мелочь важна.

Я не нашел халат, но схватил флисовое покрывало и укрыл им плечи своей ведьмы. Блин, да ее в собственном доме травят даже чаще, чем мы занимаемся сексом. Этак у меня все меньше шансов войти в местное общество знатной шишкой. А невенчанным и безутешным вдовцом я отказываюсь. Ядвига слегка дрожала под моими руками.

— Кот, доставь сюда воды. Только чистой и самой обычной. Обильное питье не помешает, даже если выяснится, что Ядвига вне опасности. А такая штука как универсальное противоядие тут случайно не существует? У нас назначают чистку желудка и вводят препараты для дезинтоксикации.

У Марты от незнакомы слов случилась паника. Она села на стул и стала раскачиваться туда-сюда повторяя «нет», «нет», «нет», а я рассчитывал на ее помощь.

— Не надо чистку, — подала голос Ядвига, самостоятельно укутываясь в плед чуть ли не до подбородка. — Воды можно, но только из рук, то есть из лап, Глаза. Я не верю, что это сделала Марта. Может, конечно, она у нас великая актриса и способна сыграть такое — тогда тем более, этот талант, его надо беречь.

Я опустился рядом, и она обессиленно уткнулась мне в грудь. Мы с Котом не перестали задавать вопросы и уже через несколько минут смогли собрать внятную картину. К нашему стыду, если бы убийца достиг успеха, то за это время Ядвига бы успела два раза отойти в мир иной.

Марта принесла хозяйке вечерний чай, перед этим получив от нее распоряжение, какие травы добавить, и решившись на собственный экспромт — имбирь. Она почему-то решила, что чем жарче будут наши с Ядвигой объятия, тем прочнее окажется фундамент у газеты.

О ней единственной боевая фройляйн пеклась более всего. Я считаю, это ее красит.

О газете же шла речь, пока Ядвига этот чай пила. Марта рассказывала госпоже, что не все материалы укладываются в формате листков и надо бы приступить к изданию «толстой» газеты. Слова «журнал» здесь еще не знали. Обе сошлись на том, что как минимум полчашки княгиня за это время употребить успела.

В этом месте мы с Котом переглянусь, но Ядвига нас затормозила:

— А ну-ка хватит! Я в порядке. Если сомневаетесь, давайте вызовем эскулапа, а Кот пускай измерит пульс и проверит одним из медицинских амулетов. Они сразу хворь кажут.

— Ёженька, но как такое возможно? Это зелье-перевертыш, я по нескольким каплям учуял. Его смешали с той отравой, что ты пила ранее — поэтому сразу не выявила, вкус привычный. Но лошадиная доза должна была если не убить сразу, то заставить за домочадцами гоняться, растопырив когти. После такого количества ты бы скорее всего в рассудок не вернулась. Но я не понимаю…