Прах богов

Рабочая гипотеза

Они остановились на уровне выше, в помещении, которое уже было обследовано и признано относительно стабильным. Здесь не было ниш, следов или странных символов — только камень, вода и пустота.

Марко первым снял шлем и сел у стены.

— Если кто-то сейчас спросит, зачем я вообще в это ввязался, — сказал он, — я скажу, что хотел спокойной офисной работы.

— Поздно, — ответил Алексей, стягивая перчатки. — Офис остался там, где стены не пытаются тебя напугать.

— Пока не пытаются, — уточнил Элиас. — У офисов тоже есть потенциал.

Это был первый смешок за несколько часов. Короткий, нервный, но настоящий.

Виктор открыл контейнер с оборудованием и начал раскладывать приборы.

— Шутки — хорошо, — сказал он. — Но давайте зафиксируем, что мы видели, пока мозг не начал это… упрощать.

— Уже начал, — сказал Джун. — Я всё ещё пытаюсь убедить себя, что те следы — результат сложной эрозии и плохого освещения.

— Отличная гипотеза, — сказал Марко. — Особенно часть про плохое освещение, когда у них было шесть пальцев.

— Пять с половиной, — поправил Элиас. — Один, скорее всего, редуцирован.

— Вот, — сказал Марко. — Уже лучше. Почти как человек.

Аурелия сидела отдельно, просматривая снимки. Она не улыбалась, но слушала.

— У меня вопрос, — сказал Алексей, после паузы. — Мы ведь всё ещё придерживаемся версии «древняя цивилизация с плохими решениями», да?

— Пока да, — ответил Виктор.

— Хорошо. Потому что версия «что-то пошло не так и теперь это здесь живёт» мне нравится меньше.

— Не живёт, — сказала Аурелия, не отрываясь от экрана. — Функционирует.

— Спасибо, — сказал Алексей. — Теперь стало спокойнее.

Они вернулись к обсуждению. Символы, архитектура, следы. Каждый говорил осторожно, не делая окончательных выводов.

— Если это была лаборатория, — сказал Джун, — то не в нашем понимании. Здесь нет разделения на «пациент» и «персонал».

— А если это был культ? — спросил Марко.

— Тогда самый странный культ из возможных, — ответила Аурелия. — Они не поклонялись. Они готовились.

— К чему?

— К контакту. Или к изменению. Возможно, они не видели разницы.

Наступила тишина.

— Знаете, — сказал Элиас, — я много лет работаю с мутациями. Обычно они выглядят как ошибка. Здесь… ощущение, что это был запланированный процесс.

— Отлично, — сказал Алексей. — Значит, это не катастрофа. Это дизайн.

— Плохой дизайн, — заметил Марко.

— Это мы так думаем, — ответила Аурелия.

Рация снова подала помехи. На этот раз — сильнее. Голос с поверхности был слышен обрывками.

— …уровень сигнала… нестабильный… возможно… помехи…

Виктор отключил связь.

— Ладно. Это мы обсудим позже. Сейчас главное — решить, что делать дальше.

— По протоколу, — сказал Джун, — мы должны остановиться.

— По опыту, — добавил Марко, — если остановимся, будем жалеть.

— А если не остановимся, — сказал Алексей, — будем жалеть быстрее.

Никто не рассмеялся. Но напряжение чуть спало.

Виктор посмотрел на всех по очереди.

— Мы спустимся ещё на один уровень, — сказал он. — Без героизма. Без самодеятельности. Если там будет хоть один признак активного присутствия — уходим.

— А если он уже знает, что мы здесь? — спросил Марко.

Виктор пожал плечами.

— Тогда будем вежливы.

Это была плохая шутка.
Но почему-то именно она показалась самой уместной.

Они начали собираться. Ни у кого не было ощущения, что следующий уровень принесёт ответы. Скорее — подтверждение того, что город не закончил с тем, кем он был.

И, возможно, ещё не решил, кем станут они.