Прах и судьба

Глава 4. Ложь во спасение

Я стояла и бездумно разглядывала противоположную стену коридора. После того, как Севера ушла, а за ней – и удивленный ее решением Дамарис, вышел напряженный Кодрус.

Увидев меня, он преодолел расстояние между нами в пару шагов и крепко обнял. Несколько минут мы стояли молча, переваривая пережитое.

– Что теперь… Что теперь будет?

Кодрус нарочито лениво повел плечом. Я знала, что он прекрасно осведомлен о решении Северы взять меня на свой факультет, и теперь явно гадал, чем же я взяла эту холодную женщину.

А я догадывалась. Но делиться своими размышлениями с родным братом отчего-то не хотелось. Пусть это останется между нами, женщинами.

– Получается так, что ты с этого момента – адептка факультета некромантии. Думаю, твой первостепенной задачей будет выжить.

– Я не знаю, готова ли я, – прошептала я.

Это было чистой правдой. Теперь, когда задуманное свершилось, я совсем не знала, хочется ли мне по-прежнему быть здесь или нет. Кодрус чуть наклонился и улыбнулся.

– Никто не бывает готов. Но ты уже здесь, Мира. И теперь у тебя только один путь – идти вперед. Вряд ли ты захочешь сломя голову бежать в объятия того старика…

Я глубоко вдохнула.

Кодрус еще раз обнял меня, а затем, подхватив за локоть, повел в сторону от приемного отделения, где часом раньше я мучилась и выдавала что-то невероятное, что-то, что я явно не смогу повторить вновь.

И если Севера в курсе правды, то что думают остальные?

***

Коридоры Академии тянулись длинными, холодными тоннелями.

Я шагала рядом с братом, прижимая к груди книги и сверток с формой, и чем дальше мы уходили от приемного отделения, тем сильнее меня накрывала тяжесть происходящего.

– Здесь будто лабиринт, – бормотала я, с тревогой оглядываясь на одинаковые двери и лестницы, уходящие в разные стороны. – Я никогда не найду дорогу обратно.

– Так и задумано, – усмехнулся Кодрус, сверяясь с табличкой у стены. – Чтобы новички сразу поняли, что Академия не отпускает тех, кто в нее вошел.

Его слова кольнули меня, и я резко остановилась.

«Не отпускает», – отозвалось в сердце странным ощущением.

До сих пор я бежала вперед, не оглядываясь, лишь бы успеть, лишь бы попасть сюда, но впервые в голову закралась мысль: а кто остался позади?

Я прикусила губу, замедляя шаги.

– Кодрус… – мой голос прозвучал глухо. – Ты думаешь… они ищут меня? Родители?

Брат обернулся и долго на меня смотрел, будто подбирая слова. В его глазах мелькнула тень, которую я уже знала – тень правды, которую не хочется произносить.

Да и я не была готова. День оказался слишком тяжелым и уже давил на плечи. Неприятной мыслью оказалось и то, что я сама все это провернула и это был строго мой выбор.

– Не знаю, – признался он наконец. – Может, и ищут. Думаю, они сразу догадались, куда ты отправилась. Но сейчас, когда зачисление произошло, ты под защитой Академии и тебя никто не посмеет тронуть. Даже родители. А за шесть лет… Чего только не произойдет, верно?

Я поморщилась.

– Если он найдет меня… – прошептала я, – Такой скандал устроит. Как же это все отвратительно.

Брат едва кивнул.

– Скандал как скандал. Наша матушка и похлеще закатывала. Не думай даже. Тем более ты на факультете Смерти, что с тобой станется? После выпуска к тебе на пушечный выстрел не подойдут.

Немного погодя мы свернули за очередной поворот и увидели широкую арку, ведущую во внутренний двор общежития.

Сквозь открытые створки веяло холодом и запахом мокрого плюща. Над воротами высился герб факультета, черный с золотыми нитями.

Мне подумалось, что на нем не хватает стандартного черепа, совсем как в Бухте Пиратов, но быстро отмела эту мысль.

Под аркой открывался просторный двор общежития – сырой, вымощенный грубыми плитами, заросший по краям плющом, чьи темные листья блестели от дождевых капель.

Воздух был пропитан смесью мокрого камня, кострового дыма и магии – той особой, едва уловимой дрожью, от которой кожа покрывалась мурашками.

Я остановилась, глядя на здание, куда нам предстояло войти: массивная башня с узкими окнами, чьи стены поднимались высоко в небо, будто готовились сомкнуться над студентами тяжелым куполом.

Мой новый дом.

От осознания этого по спине пробежала дрожь.

Кодрус легко подтолкнул меня вперед.

– Ну? Что застыла? Это всего лишь стены. Внутри все проще.

Но «проще» не было. Когда мы переступили порог, нас обдало запахом старого дерева и воска. В высоком холле темнели массивные лестницы, которые расходились в разные стороны.

Там, под самым сводом, шептались голоса. Лиц разговаривающих было не разглядеть, и на секунду мне показалось, что их и нет вовсе.

Свет факелов плясал на каменных плитах, и казалось, что само здание наблюдает за каждым нашим шагом.