Практический английский

10. Долгие проводы – лишние слезы

Близились зимние каникулы. Ну, то есть, сначала близилась сессия, но студенты утешали себя тем, что, если ее пережить, наконец наступит долгожданный отдых. Мы с Лесей по вечерам, вместо того чтобы гулять по красивому и заснеженному в это время городу, зависали в комнате, вооружившись миллионами распечаток с конспектами, кофе и энергетиками.

От кофе и энергетиков, впрочем, толку было столько же, сколько от козла молока, но мы цеплялись за все варианты. С парнями – Ламаром, Шакиром и Николасом – виделись реже обычного. У тех тоже был завал с учебой, а кто-то плюс ко всему еще и активно ударился в личную жизнь.

Мы все чаще начали видеть Шакира в компании невысокой шатенки. Если честно, на его бывших пассий та совсем не походила – далеко не модельная внешность, всегда неброский макияж, стиль кэжуал в одежде, что совсем не вязалось с картинкой, что мы наблюдали раньше. Шакира всегда сопровождали статные красотки, а-ля женщины-вамп: яркие, роскошные, умеющие себя подать и явно рассчитывающие на особое внимание и, что весьма немаловажно, на дорогие подарки. Кристина, девушка, с которой проводил все последнее время наш друг, была их полной противоположностью. Ну или, по крайней мере, казалась таковой. Свой стиль у нее, конечно же, имелся, но все же непривычно было видеть ловеласа Шакира рядом с такой симпатичной, но лишенной всякой надменности и чопорности девушкой. На ее фоне и его аристократические черты будто чуть сглаживались, делались нежнее и уязвимее.

Знакомить нас с ней он, однако, не спешил. Мы с Кристиной и до него знали друг друга, так как некоторые занятия наших групп проходили на одних и тех же этажах университета.

Как-то мы столкнулись у буфета, гадая, что бы такого вкусненького прикупить – у обеих вместо пары неожиданно образовалось окно. Я рьяно перекапывала содержимое своего рюкзака в поисках ста рублей – точно же помнила, как кинула туда купюру в спешке, а теперь она вдруг испарилась, будто у меня там не два полупустых отдела, а Нарния какая-то. Вы вообще замечали, что с женскими сумочками вечно творится какая-то магия? Я уже потеряла таким образом свои любимые солнцезащитные очки, дешевый браслет из бисера и столько мелочи, что, кажется, к этому времени вполне могла бы стать уже миллионершей. Я в тот день ничего не ела с самого утра, и мне до жути хотелось попробовать хрустящий круассан с сыром, который так и манил с полки буфета. Виолетта Рустамовна, женщина-божий одуванчик, стоявшая у прилавка, терпеливо ждала, пока я закончу со своими махинациями.

– Как в воду канул, – причитала я.

Перед глазами внезапно появилась изящная рука с пригоршней новеньких десяток в ладони:

– На, возьми, я угощаю.

Кристина улыбнулась и дернула рукой еще раз, будто торопя.

– Спасибо большое, я завтра обязательно верну!

После мы запивали круассаны дешевым кофе в бумажных стаканчиках, и, думалось мне, ничего вкуснее в этой жизни и быть не могло. Разговорились, обсудили учебу, преподов. Оказалось, что историю у обеих на первом курсе вел один и тот же мужчина, которого все недолюбливали за несправедливое занижение оценок – Виссарион Севастьянович Сыров (ударение на первый слог). Он не то чтобы знатно мне нагадил, но за незаслуженную четверку на экзамене, к которому я готовилась почти без сна два дня накануне, было обидно.

Кристина сразу расположила к себе своей открытостью и дружелюбием. Мне в принципе не очень легко сходиться с новыми людьми – с ней же ощущение было, будто мы сто лет знакомы. С тех пор при встрече мы всегда друг с другом здороваемся и часто обмениваемся парой слов, когда время позволяет. Я все собиралась пригласить ее в гости в общагу, но никак не получалось. И вот, благодаря Шакиру, был реальный шанс, что мы все же соберемся уже в более широкой компании.

На зимние каникулы я собиралась домой, к родителям. Соответственно – в другую страну, поэтому экзамены сдавала заранее. Мне было одновременно и сложнее, и легче, чем остальным. У меня было меньше времени на подготовку, чем у моих одногруппников, но зато мои мучения должны были закончиться быстрее – я сразу собиралась отстреляться по всем зачетам и экзаменам, и впереди меня ждал отдых подольше.

В эти дни я была похожа на диснеевского Друпи – такая же вялая, унылая и сонная. Внешне тоже было не то чтобы много отличий – недосып отрицательно сказывался на моем лице и состоянии кожи и волос – все было настолько плохо, что, мне казалось, всем хотелось меня пожалеть, но они сдерживали свой порыв, чтобы не усугубить мой и без того нерадужный настрой. Я старалась избегать встреч с друзьями, если на то не было острой необходимости – хватало уже сочувствующего взгляда Леси.

С Николасом после того неловкого случая в его комнате мы пересекались нечасто. Во мне все еще слабыми угольками тлело смущение, хоть я и напускала на себя равнодушный вид. По нему же, как обычно, ничего нельзя было понять. Он вел себя как всегда, все так же шутил на любые темы, без границ, а один раз даже хотел познакомить меня с Лолой.

Мы сидели у нас в комнате и пили чай. Леся жаловалась на ссору со своим Костей, который хотел, чтобы они праздновали Новый год с его родителями, а она была согласна, скорее, побриться налысо, чем слушать постоянные упреки со стороны потенциальной свекрови. Как-то они не ужились характерами с самого начала. Но что поделать – любовь зла: любишь парня – изволь терпеть и его мать.

Шакир с улыбкой слушал Лесины излияния, а Николас смотрел в свою чашку и изредка окидывал меня странными взглядами. Я заерзала на стуле и, притворно зевнув, посмотрела на экран телефона и поспешила сворачивать посиделки: был уже первый час ночи, а мне нужно было вставать к первой паре.