Практика, археология, любовь

4.1

Экзамены позади, а вот практика нет. Я тряслась в старой буханке, которая везла нас к месту раскопок, и не могла сдержать улыбку. Моя жизнь начала играть красками. А всё из-за него, обладателя глаз цвета виски.

Кузнецов ехал с нами, только сидел впереди с Абрашкиным. Так странно было видеть его не в строгом костюме, а в не формальных джинсовых шортах и белой футболке. Хорошо, что на меня никто не смотрел, потому что я не могла отвести от преподавателя глаз. Целый семестр я держалась, а вот под конец все барьеры разом рухнули. 

Фантазия рисовала радужные картинки наших частых встреч на практике. Кто знает, может он поцелует меня. Или вообще признается в чувствах. 

Об Абрашкиной думать не хотелось вовсе, и я настойчиво гнала из головы зелёные глаза, излучающие искры ненависти. Юлии Григорьевны с нами не было, у неё дипломники. 

— Минуточку внимания, - призвал студентов Фёдор Архипович, встав с сидения и обернувшись к нам, - в этом году администрация области позволила нам провести раскопки в бывшем имени генерала Воронцова. Посмотрите направо, мы как раз проезжаем мимо усадьбы.

Я с интересом посмотрела на дворец, построенный в стиле раннего классицизма с колоннами и лепниной. На несколько секунд глаза затуманились, и я будто оказалась там, в цветущем саду, верхом на белом коне.

Видение исчезло, также быстро как и появилось. Внутри что-то перевернулось.

— С этим местом связано много легенд, возможно мы сумеем договориться, чтобы вам провели экскурсию.

Он продолжал говорить, а я озиралась по сторонам. Казалось, я уже была здесь. 

Кто-то пристально смотрел на меня. Кузнецов, сщурив глаза, не сводил настороженного взгляда. Что это с ним?

Не удержавшись, я улыбнулась, и преподаватель сразу расслабился, улыбнувшись в ответ, отчего от уголков его глаз расползлись лучики морщин, совершенно не испортив притягательной внешности.

— Приехали, выходим, - оповестил Абрашкин, и студенты постепенно вывалились наружу, вдыхая свежего лесного воздуха.

Автобус остановился на поляне, где, наверное  и будет наша стоянка. Только я успела осмотреться, как начался кошмар. А точнее труд. Нужно было обустроить места нашего пребывания: и парни, и девушки под руководством Фёдора Архиповича начали ставить палатки. Точнее, палатку для девочек, палатку для мальчиков и две юрты - одну для преподавателей, вторую под хранение вещей и инвентаря.

— Какая же ты криворукая, - не выдержал Стрельников, наблюдая за моими неумелыми попытками закрепить палатку, - дай сюда.

— Тоже мне пряморукий, - фыркнула я, отступая, - сам-то в первый раз также мучался.

— Ничего подобного. Мы с отцом в походы часто ходим.

— С моим отцом.

— С твоим отцом. Могла бы с нами ходить, а не в комнате над книгами чахнуть.

Стрельников помог нам с палаткой, отчего первокурсницы в качестве благодарности чуть ли не запрыгнули на него. Однако Мельникова была настраже и быстро отогнала соперниц.

— Илья займись холодильником, а Марат - столом. Остальные разбирают вещи, - раздал следующие поручения археолог, - ещё нужно туалет и душ соорудить. 

Брр, туалет на улице... А мыться из ведра. Да уж, вот тебе и гигиеническую процедуры. Я уже представила, как лицо покроется прыщами, волосы испортятся от солнца, а ноги обрастут волосами. Такая дикарка вряд ли Кузнецова привлечёт. 

— Роман Викторович, - снова заговорил Абрашкин, - возьмите одного из студентов и сходите в деревню за продуктами. Мы договорились с одной бабкой, что она каждый день будет нам продавать молоко, масло, сыр, ну там ещё что-нибудь. 

Я замерла. И, не удержавшись, посмотрела на Кузнецова. Он пожирал меня глазами. 

— Викторию, например, - вдруг предложил сам Фёдор Архипович, даже не смотря на нас, - деньги только не забудьте. 

Сама судьба сводит нас.