Практика, археология, любовь

6.3

Абрашкин не успел ничего предпринять, как между нами возникла крепкая фигура Ильи. 

— Фёдор Архипович, не заставляйте меня причинять вам боль, - произнёс он тихо, но твёрдо. Стрельников не угрожал. Он просто предупреждал и давал право выбора, готовый голыми руками пойти против ножа.

И Абрашкин опустил руку. 

И добровольно сдался полиции, поведав события прошлой ночи. Вместе с этим исчезла и Абрашкина.

Археолога увезли, затем приехал автобус и за нами. 

— Вы отправляйтесь, - раздавал указания Кузнецов на правах старшего, - а мы с Викой закончим здесь все дела.

Кто бы знал, как мне хотелось сесть вместе с другими студентами в тот автобус. Вместе с Ильёй. 

Теперь он стал ближе Кузнецова. А может он и был всегда ближе, просто я отрицала это. Из-за старой надуманной вражды.

Стрельников кинул на меня долгий прощальный взгляд, а затем был утянут заливисто смеющейся Мельниковой. Я с тоской провожала автобус, обхватив себя руками. Стоило ему скрыться за поворотом, как повеяло холодом и одиночеством.

— Вика, нам пора, - за спиной стоял Кузнецов с лопатой.

— Вещи собирать? - поинтересовалась уныло.

— Забудь про вещи, - отмахнулся преподаватель, - сокровища искать!

Наверное, вид у меня тот ещё был. В голове совсем не укладывалось, как в такое время можно шутить про какие-то мифические сокровища. Но Кузнецов был крайне серьёзен. 

Мы шли по знакомой тропинке. Только на этот раз завернули не в деревню, а к озеру, от вида которого сердце забилось сильнее. А потом преподаватель совсем сбил меня с толку.

— Осмотрись по сторонам. Куда бы ты спрятала сокровища?

Кузнецов так пристально вглядывался в меня, что по спине побежали мурашки. 

— Я не знаю, - чуть повела плечами, чтобы сбросить напряжение. Но это мало помогло.

Роман Викторович подошёл вплотную, пожирая меня безумным взглядом. 

— Это очень серьёзно. Подумай лучше!

Мне стало страшно. От его просьбы, от места и вообще от вида самого Кузнецова. 

Я всё-таки попробовала сконцентрироваться над поручением. Прикрыла глаза, а затем распахнула их и указала под кривой дуб, наполовину иссушенный. 

С каким-то звериным выражением преподаватель бросился копать под ним, не заметив, как из кармана что-то выпало. Я подошла чуть ближе и подняла с земли овальный серебряный медальон. Аккуратно раскрыла и увидела собственный миниатюрный портрет. Хотя нет, это была девушка из моих кошмаров. У меня никогда не было таких длинных волос. Под портретом красовалась подпись - Елизавета.

Пазл медленно складывался в голове. 

— Здесь ничего нет! - со злостью развернулся ко мне Кузнецов.

— Вы убили ту старушку? Она узнала вас и пыталась меня спасти...

В горле пересохло.

Кузнецов неприятно усмехнулся. Скорее даже, оскалился.

— Я же обещал, что вы больше не встретитесь...

— Кто вы такой?

— Кузнец! - неожиданно из-за дерева послышался чужой голос с хриплым акцентом. Мишель вышел из тени, - крепостной, влюбившийся в генеральскую дочь.

— И она меня любила, пока ты не явился, - Кузнецов даже посерел от напряжения.

— Она просто дружила с тобой. Кто ты, и кто она...

— Теперь это не важно. Лиза мертва.

Я от испуга вжалась в твёрдую кору дуба, желая слиться с ней.

Мишель сжал руки в кулаки:

— Да, ты её убил. А теперь нашёл копию. Только Вика не знает, где сокровища. И не может знать, потому что спрятал их я!

Стоило французу закончить говорить, как Кузнецов с диким рыком кинулся на него. Они схватились, а затем кубарем покатились в озеро, из глубин которого поднялась фигура.

Я закричала, пока тяжёлая рука не закрыла мой рот. Я узнала его по запаху. Илья прижал меня к себе, а затем и вовсе оттеснил, пряча за дерево. 

Мишель и Роман Викторович вдвоём уставились на Елизавету, идущую к ним сквозь волны. 

— Лиза, - прошептал с горечью француз.

В то время как его противник молчал. 

Призрак подплыл к ним, а затем окалился. И девушка схватила прозрачными руками Кузнецова за шею, увлекая под воду. Он забарахтал руками, но справиться с ней не смог. Они скрылись под водой, оставляя лишь круги.

— Лиза! - закричал Мишель, - забери меня с собой... Я так долго ждал...

И она снова выросла из-под озера. Только уже другая. Нарядная и красивая. С улыбкой на губах. И венком на голове. Протянула ему руку, и француз с готовностью ухватился за тонкие пальчики. И они ушли в глубь озера.