Практикантка

Глава 27

Примерно час Катерина рыдала, не переставая, и не отрывая лицо от спинки дивана. Она не отвечала ни на какие вопросы, лишь со страшной силой мотала головой, поднимая в комнате ураган, и заново начинала истерически подвывать, словно от неизбывного горя. Примчался срочно вызванные из редакции Евлагин, набрал номер следователя, ведущего дело о стрельбе в моем дворе, но Катя отказалась даже поговорить с ним немного.

- Катя, я на две недели назначен главредом. - сердито сказал Евлагин, когда ему в лицо в очередной раз полетел измазанный слезами и соплями мобильник. - Я тебя уволю, если не начнешь нормально разговаривать!

Рыжая на минуту перестала рыдать, подняла голову и уставилась на него вытаращенными, опухшими от слез глазами.

- Кир, нет, ты этого не сделаешь! - жалобно заныла она, потом вдруг, словно спохватившись, снова закрыла руками лицо, уткнулась в диван и начала судорожно всхлипывать. Евлагин лишь беспомощно пожал плечами.

 -Ладно, дело твое. Не хочешь с нами говорить, не надо. - мое терпение было на исходе. - Тогда позвоню Ковригину. Он теперь в городе власть, ты ведь в курсе. Как думаешь, ему понравится история о том, как ты помогала его женушке уничтожать его же любовниц?

Катя молчала, мигом перестав рыдать, но голову пока не поднимала.

- Наш Дима - человек суровый. - спокойно пояснила я. - Галине он ничего не сделает, но с тобой, полагаю, разберется по понятиям. Звонить?

Не дождавшись ответа, я начала набирать номер, включив телефон на громкую связь. Конечно, Ковригин мог и не ответить, как он делал не раз, но, как ни странно, на сей раз он откликнулся сразу.

- Лара? - в его голосе прозвучала неподдельная радость. - Ты откуда звонишь?

Я хотела было назвать дашин адрес, но внезапно пухлая ручка с невиданной силой выдернула у меня из рук мобильный и бросила на пол. Затем Катерина вскочила и наступила на несчастный гаджет, раздавив его своим немалым весом. Прозрачный экран пошел трещинами и почернел, и раздавашийся изнутри голос Ковригина словно захлебнулся слюной.

- Ты сдурела? - вскрикнула я, со слезами глядя на безвременно скончавшийся телефончик.

- Угомонись ты. - сурово ответила Катерина, блестя абсолютно сухими, хоть и сильно покрасневшими глазами. - Ты же хотела про нашу с Галей дружбы послушать? Вот, слушай, я все как есть расскажу.

***************************

Дружба скромной журналистки с женой всемогущего заместителя губернатора началась примерно полгода назад. Галина Ковригина открывала в собственной галерее какую-то выставку молодых художников, куда Катя прибыла по долгу службы, и, закусив на фуршете бутербродиком с икрой, собиралась уже уходить. 

 Внезапно на ее плечо опустилась женская рука с красивыми сверкающими колечками. Рыжая удивленно подняла глаза, встретив взгляд невысокой, похожей на осунувшегося подростка хозяйки бала. Золотые украшения с драгоценными камнями на ее руках и шее переливались на свету разноцветными искрами, шифоновое бальное платье драпировало стройную, но слишком уж худую фигуру 

Вначале журналистка подумала, что Галина ее с кем-то перепутала. Но она ошибалась.

- Катя… вас ведь так зовут? - спросила жена Ковригина, повергнув Катерину в ступор. - Я вас видела в редакции “Свистка”. А сейчас заметила, что вы уронили на стол вот эту безделушку.

Она ловко достала из кармана изящный браслетик-цепочку со сверкающими кристаллами часиками.

- Это не мое. - замотала головой Катя.

- Как жаль! - казалось, огорчение Галины было искренним. - Но вы стояли возле вон того круглого стола, а потом я нашла на скатерти эти часы Что же мне с ними делать? Давайте все же вы их возьмете.

- Но хозяйка их хватится… - неуверенно возразила журналистка, любуясь искрящимися в свете ярких люстр кристаллами. Часики ей очень понравились, и она прикидывала, за сколько месяцев сможет накопить на такие же, не нанеся существенный урон бюджету.

- Если что, я куплю ей другие такие же. - засмеялась Галина. От ее странного смеха Катю пробрал озноб - Не волнуйтесь вы. Но вообще, редко встречаются такие честные девушки. Давайте отпразднуем наше знакомство!

Знакомство отпраздновали в каком-то безумно дорогом ресторане, где Катя никогда прежде не бывала. Через пару дней она получила приглашение еще в один пафосный бар, потом в речной ресторан “Под парусами”, и другие дорогие заведения. Галина часто смеялась каким-то странным, истерическим хохотом, резавший слух девушки, словно скрип ножика об стекло. Зато она обучала журналистку правильному поеданию китайской лапши ,французских устриц и прочих деликатесов, о которых Катя раньше только читала. Через пару месяцев она уже считала жену Ковригина своей лучшей подругой. И, разумеется, с огромным удовольствием рассказывала ей все сплетни из жизни редакции. Она просто лучилась от самодовольства - это ж надо, ее рассказы интересны самой Галине Ковригиной!

Разумеется, про роман Дмитрия с Дашей она сначала говорить не хотела. Но Галина как-то быстро сумела ее убедить, что у них с мужем свободный брак, и она хотела бы побольше узнать про его любовниц. Должны же у нее в жизни тоже быть какие-то развлечения. Как раз “Под парусами” Катя рассказала все, что знала про роман, и лишь потом поняла, что, пожалуй, поторопилась с подробностями.

- Девочки, вы не представляете, что с ней стало! - взволнованно тараторила она, преданно глядя на меня широко распахнутыми глазами, в которых, несмотря на грустный тон, плясал явный восторг. - У нее прямо припадок начался! Она визжала, ревела, потом начинала смеяться, бросала вилки на пол, потом туда же полетели все тарелки и наши бокалы. Потом сама рухнула на пол и забилась в корче, потянув за собой скатерть с бутылкой шампанского. Я чуть не померла тогда от ужаса.

Истерический припадок длился долго, Кате показалось, целую вечность. Она сидела съежившись, и представляя себя в “обезьяннике”, с выставленным счетом за все безобразия. Но все закончилось хорошо. Клиентов в тот холодный мартовский вечер в ресторане было немного, их столы расторопные официанты мигом перенесли подальше от бесноватой Галины. Ее саму никто успокаивать не пытался.