Практикантка для геодезиста

Глава 7. Что-то ужасное или все же прекрасное?

     Внезапно в кармане завибрировал телефон, высветилось «Мама», Ксения встала и хотела просто уйти, но, вспомнив, что не одна, решила предупредить: «Я отойду». В ответ он кивнул. Уже проведя пальцем по экрану, она услышала такое родное: «Привет, дочь, как ты?» Девушка заверила маму, что с ней все в порядке, ответила на пару стандартных вопросов, задала свои. Повисла пауза.

— Ксюш, ты когда вернешься? — ее голос стал тише.

 — Я вернусь послезавтра утром, вы не против, если я сразу к вам, не буду заезжать домой?

— Конечно, мы встретим тебя, позвони, да, я знаю, что ты сейчас будешь делать, присядь, пожалуйста.

— Мама, что случилось? — забеспокоилась Ксения.

— Твоя сестра, наша Кира, разбилась на мотоцикле. Утром мы смотрели новости, и там показали большую аварию, произошедшую сегодня ночью. По предварительным данным не выжил никто, а у нее на мотоцикле не было ни единого шанса, — ее голос сорвался, девушка услышала успокаивания папы, который, судя по голосу, тоже был на грани.

— Нет. Этого не может быть. Произошла какая-то ошибка.

— Ксюш, это правда.

— Нет. Я не верю. Не смейте хоронить мою сестру, она жива! — выкрикнула она напоследок и сбросила вызов.

      Брюнетка быстро набрала в строке поиска «Новости» и открыла первый попавшийся сайт. Прочитала, строчки расплывались перед глазами, решила посмотреть видео с места ДТП. Среди груды покореженного металла увидела черный «Кавасаки» со знакомыми номерами и швырнула телефон в стену.

      По щеке скатилась первая слеза, девушка сползла по стенке коридора. Закрыла глаза и глотала соленые, катившиеся без остановки слезы, оставляющие на щеках мокрые обжигающие дорожки. Ей не хотелось ни о чем-то думать, ни о чем-то вспоминать, она просто сдерживала крик сердца и не заметила, что уже не одна.

— Я… что с тобой? — напротив нее присел Максим.

      Не хотя, брюнетка открыла глаза, увидела его и поспешила пройтись ладонями по щекам, смахивая капли, застывшие на ресницах, и заставляя их остановиться, хотя бы пока не останется одна. Она молча встала и направилась обратно за столик, несмотря на него и на еду, просто сидела и ждала. Только чего? Наверное, пока поест он, и она не смогла бы вернуться в купе. Оглядывая её, он встал, подошел к стойке и, видимо, расплатился. Казалось, она видела это, но сразу забывала, сосредоточившись на больном.

— Идем? — Максим уже стоял возле нее, протягивая руку.

      Не задумываясь, Ксения приняла ее, чтобы подняться, и медленно пошла в обратную сторону, обхватывая себя руками.

      Он не задавал никаких вопросов, за что она была ему благодарна, просто проводил до купе и удалился. Девушка открыла ноутбук, вставила флеш-карту и дала волю слезам после открытия папки с фотографиями.

      В это время Максим шел по коридору, пытаясь понять, что же произошло. Сделав вывод, что возможно парни в курсе, отправился к ним. Они только открыли глаза, но он задал свой вопрос сразу:

— Ребят, что с ней? Все было практически нормально, вдруг звонок по телефону, нахожу в коридоре, сидит, плачет, ни на что не реагирует. Завидев меня, стерла слезы, молча, как привидение, идет туда, куда веду.

— Мы никогда не видели ее в таком состоянии, на работе она всегда сдержанная и требовательная, а вне рабочее время неплохой собеседник. Ее личная жизнь всегда для всех была секретом, поэтому больше тебе никто и не скажет, — задумываясь, произнес Артем.

— И что мне прикажете делать?! — начинал закипать Максим, понимая, что не нужно надолго оставлять ее.

— Не знаю, попробуй выяснить причину и успокоить, — Андрей хлопнул его по плечу.

— Ладно, — Максим вышел, понимая, что нужно и правда выяснить причину, и направился к ней.

       Оставшись одна, она дала волю слезам и эмоциям, открыла папку с фотографиями, какая же она на них счастливая. Арафатка, ее подарок в день отъезда. Ксения достала из рюкзака эту порванную тряпочку и прижала к груди, как самое ценное сокровище. Каким-то шестым чувством брюнетка осознала, что уже не одна, но ее это не волновало, перед глазами воспоминания, она не хотела расставаться с ними. Чье-то надоедливое потрясывание за плечи возвратило ее в реальность. Перед глазами все расплывалось, долгое время она не могла сфокусироваться. Постепенно увидела обеспокоенное лицо Максима. Похоже, он уже несколько раз повторил ее имя и задал один и тот же вопрос.

— Ксюш, что случилось?! — потряс ее двумя руками за плечи.

— Ничего. Пожалуйста, оставьте меня, — отвернулась, смахивая слезы, которые предательски не останавливались.

— Зачем тебе эта испорченная арафатка? — попытался забрать её Максим.

— Это вы лишили меня последнего подарка сестры! Кто мне вернет арафатку?! Кто мне теперь вернет мою сестру?! — совершенно забывая, кто перед ней, прокричала Ксения. Он встал и молчал, как столб, видимо, хотел собрать свои мысли в кучку, но это происходило ужасно медленно.

      «Мне надо побыть одной! Я не буду плакать в присутствии этого! » — мелькнула первая мысль в ее голове.

      Она резко встала, перед глазами поплыло, но совладала с собой и ринулась к двери. В последний момент он схватил её за запястье и притянул к себе на грудь, ее рука непроизвольно осела на его плече. Он смотрел на девушку, не отрываясь, Ксения видела в его глазах лишь желание защитить и укрыть от всего. Почувствовала нежное прикосновение на затылке, Максим гладил ее по голове, на минуту она закрыла глаза и забылась, но потом попыталась вырваться. Он быстро сжал руки на ее спине и сдавил в объятиях, тем самым не давая совершать какие-либо движения. Она сделала еще несколько попыток, но ничего не вышло, сдалась, отдаваясь чувствам и эмоциям, бьющим через край. Обняла его и прижалась, пряча свое лицо у него на груди. Девушка чувствовала сильную и такую надежную ладонь на своей спине. Рядом с ним ей хотелось быть слабой и не прятаться за маску независимой и неприступной женщины.

— Что случилось? — ощутила его горячее дыхание и невероятно нежный баритон возле самого уха.

— Моя сестра… Кира… — выдавила она еле слышно.

— Что с ней? — он убрал с ее лица рассыпавшиеся пряди волос.

— Она… Она… Погибла… В автокатастрофе… Сегодня ночью… — ее заглушил новый порыв слез, который она была просто не в силах сдерживать.

— Бедная моя девочка, сколько же ты пережила, — Максим коснулся губами её лба и продолжил гладить по волосам. В другой ситуации Ксения бы мгновенно вспыхнула, и ему бы пришлось несладко, но сейчас он был ей необходим, как кислород. Силы стремительно покидали ее, и она начала оседать, лишь Максим не дал этого сделать. Он почувствовал, что ее руки больше не сжимали ткань его рубашки, а лицо стало мертвенно-бледным, поэтому легко подхватил и прижал к своей груди, как беспомощного котенка. Опустился вместе с ней на полку и начал разговор, который подарил ей ничтожную надежду.

— Откуда ты это узнала? Ты уверена? — он стирал катившиеся слезы большими пальцами.

— Мама… Позвонила и сказала… Утренние новости… Большое ДТП… — каждое слово давалось ей с трудом, поэтому он приложил указательный палец к ее губам. Ксения даже не обратила внимания, что полулежала у него на коленях, а он придерживал ее другой рукой за плечи, как ребенка.

— Тшш. Я понял, где твой телефон? Ты же швырнула его в стену, главное, чтобы сим-карта осталась цела. Скажи мне, ты звонила своей сестре? — он определенно решил взять ситуацию в свои руки.

— Нет. Но та авария… Черный «Кавасаки»… — ее взгляд скользнул на столик, где стоял ноутбук, и крупным планом были они с сестрой, как раз тот момент, когда она дарит ей арафатку.

       Она отвернулась от него, прячась в Максима. Он следил за каждым ее движением и закрыл ноутбук, скрывая от нее очередное напоминание. Хотел переложить ее на одеяло, но она ухватилась за его руки и, не позволяя этого сделать, прошептала:

— Не уходи… Пожалуйста… - она посмотрела на него умоляюще.

— Я только схожу и заберу запчасти от твоего телефона, мне нужна сим-карта. Я хочу… - Максим прервался, читая в её глазах мольбу.

— Пожалуйста… - словно в подтверждение.

— Не бойся, я никогда не оставлю тебя. Прости меня, — возвратил ладонь на ее щеку.

— За что?.. Ты ни в чем не виноват… - она потерлась о его пальцы.

— Это же я испортил твою арафатку, — выражение лица стало виноватым.

— Ничего… Я… Простила тебя… - она крепче обняла его за шею и почти достала лбом до щетины, когда он наклонился к ней. 

      Ей было хорошо рядом с ним, и Ксения невольно призналась себе в этом, так тепло и уютно. Внезапно раздался стук в дверь, который доходил сквозь полусон, точнее попытку принять невозможное. Полуоткрыв глаза и повернувшись, она увидела Андрея, он что-то держал. Максим что-то прошептал ему, тот послушно оставил все на столе, бросил взволнованный взгляд на девушку и ушёл. Максим осторожно освободил одну руку, взял кружку со стола и поднес к ее губам.

— Я не хочу, — чуть отстранилась она.

— Это чай с мелиссой, хорошо успокаивает, тебе надо попить, ты с утра ничего в рот не брала, так нельзя.

— Я не буду, — как упрямая маленькая девочка, но ей действительно кусок в горло не лез.

— У тебя начнется обезвоживание. Сама будешь пить или мне самому поить тебя? Учти, я не уверен, что тебе это понравится, — Максим осторожно надавил на скулы, чтобы приоткрыть рот и вновь поднес кружку, но она вскрикнула.

— Что случилось? Тебе больно? — обеспокоенно дотронулся большим пальцем до нижней губы.

— Горячо, — выдавила она, сдерживая дрожь от его прикосновения.

      Внезапное воспоминание, они с сестрой были маленькие и хотели понять, как это, пить на брудершафт, и тренировались на кружках и обожглись, когда вливали друг в друга чай. Новая волна уже начинающих отступать слез.

— Извини меня, прости, я не хотел. Тебе очень больно? — видимо, он принял ее слезы на свой счет.

— Ты здесь… Ни при чем… Все дело во мне… Мои воспоминания… — из груди вырвался стон, сердце не могло принять такой жестокий удар и отказывалось с этим мириться. Он взял ложечку, налил немного чая, подул на нее, тем самым остужая, и потом дал ей. Этим способом Максим влил в нее половину кружки, затем она почувствовала, как веки потяжелели, и впала в тревожный сон.

      Максим незаметно написал сообщение Андрею, где попросил принести чай не только с мелиссой, но и небольшой дозой снотворного и забрать останки ее телефона. Тот сделал все довольно быстро. Максим не хотел прибегать к снотворному, но видя, в каком она состоянии, просто был вынужден. Может внешне ей стало лучше после его манипуляций в виде объятий и еще некоторых приемов, но он прекрасно осознавал, что творится у нее на душе. Рука, сжимавшая ворот сзади рубашки, ослабла, и он переложил девушку на подушку. А сам сел за стол и рассматривал уцелевшие детали. Ему повезло, сим-карта и карта-памяти оказались целы и, недолго думая, он вставил их в свой телефон, все контакты были на месте. Он без труда нашел «Кира» и позвонил, шли долгие гудки, никто не отвечал, набирал повторно, но слышал лишь: «Абонент не может ответить на ваш вызов. Перезвоните, пожалуйста, позже.»

      «Первый раз вызов прошел вполне успешно, можно попробовать запилинговать номер» — Самойлов уже набирал своему другу и по совместительству начальнику службы безопасности. Тот пообещал, как можно быстрее, все сделать и сразу отправить ему. В этот момент сдавленный крик разорвал тишину, он бросился к девушке, которая в полузабытье металась на кровати. Взял ее ладонь в свою, убирая пряди со лба, но она продолжала выкривать имя сестры и местами непонятное бормотание. Он пытался ее успокоить и, наконец, взял на руки, прислонился к стене, на которую крепилась полка, чтобы спина не сильно затекала. Положив свою голову на его предплечье и, видимо, подсознательно чувствуя защиту, она продолжила спать уже спокойно.

      Прошло часов шесть-семь, когда Максим почувствовал движение на своей груди. Он незаметно задремал, но периодически просыпался, чтобы посмотреть на спящую девушку. Ксюша умудрилась обхватить его руку, которую он не убирал с ее щеки, и подложить себе под голову, вероятно, плечо показалось ей жестким. Он просто улыбался, глядя на сонное чудо, лишившее его почти всех возможностей размять затекшие конечности. Но он даже не пытался освободиться, наслаждаясь таким моментом. Максим больше не спал, он много думал о той, что сейчас находилась в его объятиях и мирно посапывала, но далеко не все мог понять, она оставалась для него загадкой.

      Минут через двадцать ему на почту пришло письмо. Аккуратно приблизившись к столу, вместе с ней это было сделать не так просто, открыл вкладку на ноутбуке. Сообщение от Миши, скриншот, свидетельствующий, что данный объект в лагере «Жемчужина», находящемся на берегу пруда. По строкам, написанным ниже, он узнал, что она там уже несколько недель и никуда не выезжала. Также можно связаться с директором лагеря, который соединит их с одной из своих вожатых. Максим широко улыбнулся после столь приятных новостей и держался, чтобы не разбудить Ксюшу и не рассказать ей все.

      Прошло еще несколько часов, он внимательно изучал документы, присланные недавно его секретарем. Внезапно телефон завибрировал, затем еще и еще, странно, ведь ему редко писали сообщения, он взял его в руки, пару движений по экрану, и он увидел, что смс не ему, а на ее номер. Поначалу держал себя в руках и не открывал, но после продолжающейся вибрации ему это надоело, он начал читать. Внутри вспыхнула ярость, он увидел то, что не должен был. Переписка с контактом по имени «Забавный парень». Уже от приветствия ему стало не по себе «Привет, моя красавица» и чем дальше тем хуже. «Прости, разрядился телефон, всю ночь смотрел фильм, а утром забыл подключить. Кстати, называется «Я –Четвертый». Тебе должно понравиться, снято в твоем любимом жанре Боевик. Когда вернешься, можем вместе посмотреть. Да, я прочитал твои сообщения, действительно, проще отдать парням, а они передадут, но как быть с личными вещами на рабочем месте? Или тебе друзья — коллеги передадут? Если так, то все складывается замечательно, но ты точно уверена, что хочешь этого и потом не пожалеешь? А еще, я и раньше не сомневался, что у тебя красивый почерк, но, когда увидел документы, потерял дар речи. Конечно, как у такой девушки может быть плохой и корявый почерк. Сегодня ты долго не отвечаешь, он что снова заставил тебя делать отчет? Если так, то я мысленно с тобой.» Через некоторое время еще пару. «Почему ты не отвечаешь? Что-то случилось? Ты в порядке?»

      Дальше Максим читать просто не стал, его начала мучить совесть и перед глазами до сих пор стояло фото документа с заявлением на увольнение, которое он обнаружил в галерее с карты памяти. Она даже не предупредила его о своем решении, а он ее босс. Одного он понять не мог, почему к Дику она относилась по-другому? Может быть, между ними что-то есть? Дик знал о ее любимом жанре фильмов, любимого актера, как так? Откуда? Максим осознавал, что на эти вопросы ему могут ответить только два человека — она и Дик. К сожалению, свои внутренние переживания и негодования пришлось отодвинуть на задний план, Ксюша просыпалась и ерзала у него на коленях. Мгновенно переключившись с беспокоящих его тем, он стал наблюдать за ней и просто умилялся. Когда он придерживал ее за плечи, чтобы ей было удобнее спать, нечаянно надавливал на лямку, и та буквально впивалась в кожу и сильно натирала. Под действием снотворного девушка этого не замечала, но, когда сон стал естественным, почувствовала. Еще во сне она расстегнула верхние пуговицы рубашки и просто отцепила доставляющую дискомфорт лямку. Если бы она знала, что сейчас натворила и у кого на коленях лежит, не простила бы себе никогда, но в этот момент просто на автомате обняла шею Максима, как подушку, и продолжила спать, ничуть не смутившись. Если бы можно было передать словами состояние Максима, но рот у него определенно приоткрылся. Взяв себя в руки, взглянул на часы, уже вечер, желудок решил, что сейчас самое подходящее время, и напомнил о себе. «А Ксюша ведь даже утром не позавтракала», — подумал он и вызвал проводницу. Она уже не раз его выручала, особенно, когда Ксения, во что бы то ни стало, захотела сменить двухместное купе и ехать, где угодно, но лишь бы не с ним. Подкупив и договорившись с проводницей, он растоптал все планы Ксении. Полушепотом попросил принести две порции ужина, девушка спросила, чего конкретно они хотят. Кивнув на посапывавшее тело, произнес: «То, чем можно накормить ее в таком состоянии». Через полчаса все было у них на столе, Максим пробовал осторожно разбудить ее.

— Рекс, перестань, я уже встаю, сейчас пойдем гулять, — Максим аккуратно теребил ее плечо. 

      Открывая глаза, она не сразу поняла, где она. Но память быстро все восстановила, и девушка ужаснулась от мысли, что ее сестры больше нет, и сейчас Ксения на коленях какого-то человека. «Кстати, кто это?» Подняла глаза, но сразу зажмурилась, надеясь, что это просто иллюзия. Но нет, это реальность, девушка лежала на коленях у Максима, и это он тряс ее за плечо.

— У меня отличные новости! — радостно сообщил он.

— А у меня нет. Отпустите, — все холодным и требовательным тоном, откидывая назад воспоминание о том, что именно он ее поддержал в трудную минуту.

— Нет, никуда я тебя не отпущу, — сжал кольцом руки на ее талии. — Сейчас мы сядем ужинать, затем я расскажу тебе кое-что о Кире, там далеко все не так, как ты думаешь.

— Скажите мне, вы не можете скрывать от меня, — непроизвольно она ловила его взгляд. — Хотя, что здесь скрывать, я все и так знаю, — опустила голову почти на колени, смахивая непрошеных гостей на ресницах.

— Ты многого не знаешь, но если поешь, то я открою тебе секрет. Согласна? — босс взял за подбородок и развернул к себе.

— Моей сестры больше нет, что может быть хуже? — полностью севшим и дрожащим голосом.

— У меня есть доказательства, что твоя сестра жива! Не плачь, больше для этого нет причин. А теперь я тебя отпущу, и мы поедим, — расслабляя руки, но она не спешила этим пользоваться.

— Мне кусок в горло не лезет, — честно призналась Ксения. - Вы обязаны показать мне эти доказательства! Сначала я хочу узнать, что с моей сестрой! 

— Сначала поешь. Повторим дневной трюк, — еле слышно пробормотал он себе под нос.

— Что? — ее прервали, осторожно пододвигаясь к столу. 

      Максим взял ложку в руки, зачерпнул немного бульона, затем остудил и надавил на ее скулы, после чего рот открылся. Она сидела в полнейшем шоке, да, как он посмел? Но сейчас не было сил сопротивляться, поэтому пусть делает, что хочет. Ксения немного облегчила ему задачу, уже самостоятельно открывая рот. Она даже стерпела, когда он прикоснулся к ее губам, чтобы стереть капли, вот-вот готовые сорваться.

— Молодец, ты съела весь бульон, за это обрадую тебя, сообщив, что твоя сим-карта уцелела и нормально функционирует. Я поставил ее в свой телефон, держи, можешь проверить, все ли контакты на месте. Да, и тебе приходили смс, — на этом его радостный и довольный тон сменился какой-то горечью в голосе. Она внимательно посмотрела на него, понимая, что здесь явно что-то не так, и взяла телефон в руки. Все смс были открыты. Теперь все ясно, телефон оповестил о новых сообщениях и, возможно, на автомате, возможно, из любопытства, прочитал то, что она старательно скрывала столько дней.

— Вы все знаете? — наконец, дошло, что надо слезть с его колен. Но теперь он даже не пытался ее остановить, чем подтвердил ее предположения.

— Не все, но многое. Я не хотел читать твои сообщения, просто некий «Забавный парень» буквально закидывал тебя письмами.

— Он беспокоится за меня. Это Дик. Я думаю, это вы уже поняли. Можете отдать мою симку? — она возвратила ему телефон, было бы невежливо самой начать разбирать его.

— Зачем? Твой телефон восстановлению не подлежит, — удивился Максим, продолжая держать в раскрытой ладони.

— Пойду, спрошу, когда следующая станция и сколько времени будет стоянка. Если повезет, куплю новый, без телефона я не смогу, — взялась за ручку и открыла дверь.

— Можешь воспользоваться моим, к чему такая спешка? — он предложил помощь, но уже без прежней заботы и внимания.

— Нет, спасибо, просто верните сим-карту, — она вышла и ощутила себя последней стервой. Ксению саму от себя тошнило, что же он чувствовал, когда прочитал это? Как минимум, ему неприятно, надо было попросить прощения, конечно, с одной стороны он не должен был совать нос в чужое дело, а с другой, он ведь пытался восстановить данные ее мобильного. Он же хотел ей что-то рассказать по поводу Киры! Забыв, зачем шла и куда, девушка вернулась обратно.

— Максим Витальевич, я… То есть вы хотели… — ее речь прервалась, когда она увидела глаза Максима. Непонимание, смешанное с попыткой безразличия и апатии, без труда читалось в них.

— Вы пришли спросить про сестру? Вот, можете все посмотреть, — он повернул к ней ноутбук и встал, собираясь уходить.

      Ксения, следуя какому-то шестому чувству, схватила его за запястье и не дала этого сделать. Резко развернула его к себе и захлопнула дверь перед носом.

— Не смей мне выкать, ты в курсе, что тем самым намекаешь на возраст?! И я не собираюсь самостоятельно вооружаться с твоим ноутбуком! Сейчас ты сядешь и сам мне все покажешь и расскажешь! Да, и про заявление, оно нужно, чтобы меня перевели на новую должность, и даже не вздумай льстить себе мыслью, что я решила уволиться из-за тебя! Тем более, мне очень надо было, чтобы ты подписал мне эту практику для моего диплома магистра! Я зайду, когда ты перестанешь утешать свое задетое мужское самолюбие!

— Что?! Значит мне выкать нельзя, почему тебе можно?! Зачем такие сложности с документами, я бы все равно узнал!

— Ты мой босс, поэтому я выкаю! Ты узнал бы не сейчас, когда мы в поезде, где я в принципе не в своей тарелке, а по приезду в офис! Тогда я бы лишила тебя малейшего шанса устроить мне веселую жизнь, добиваясь твоей подписи!

— Ты такого мнения обо мне?! Действительно, думаешь, что я на такое способен?

— А разве нет?! Потрудись и вспомни, что делал, когда я несколько раз при тебе исправляла отчет!

— Но во всех последующих вариантах была ошибка!

— Я знаю! Я специально ее делала! — выпалила она, забывая, что это должно было остаться в секрете.

— Зачем? — его тон стал сразу поразительно спокойным и довольная улыбка заиграла на губах.

— Не важно. К тому же, я забыла, у меня дела, — ответить девушка не могла, пришлось импровизировать.

— Если ты не хочешь лишить этот вагон еще одной нормальной двери, то лучше даже не пытайся проникнуть к ней.

— Что?! Думаешь, я хочу сбежать? — она демонстративно отступила, мысленно кусая губы.

— А разве не так? — Максим вскинул одну бровь, а на лице упорно поселилась довольная ухмылка.

— Конечно, нет, — отвернулась она к окну.

— Ну, раз ты никуда не собираешься уходить, то ответь на мой вопрос, — он незаметно загнал ее в угол. Справа стол, слева полка-кровать, впереди стекло, а сзади он. Максим приблизился, склоняясь к ее уху. — Не надо продумывать пути отступления, они отрезаны, только если ты начнешь делать опрометчивые шаги от отчаяния.

— Какой вопрос? — брюнетка будто пропустила его последние слова.

— Играешь в непонимание? В эту игру можно играть вдвоем. Зачем ты допускала ошибку в отчете?

— Какую ошибку? В каком отчете? — девушка прикинулась дурачком.

— В квартальном отчете, девочка моя, перед экспедицией, припоминаешь? — в глазах пылал огонь, но Ксения нашла в себе силы не смотреть в них, к сожалению, после его фразы пришлось.

— Нет, и никто не смеет меня так называть!

— Значит, я буду.

— Никогда! Только через мой труп!

— Не стоит бросаться такими словами, девочка…

— Не смей! — ткнула в него указательным пальцем, но мгновенно об этом пожалела, он перехватил ее ладонь.

— А мне нравится выводить тебя, что теперь будешь делать?

— Пойду к проводнице, чтобы узнать о стоянке поезда, а что? — она понимала, что бросила ему вызов.

— Очень любопытно, как ты это сделаешь.

— Как все, дойду до конца коридора, постучу, извинюсь за беспокойство и спрошу. По-моему, все просто, может быть, я не права?

— Чтобы выйти отсюда, ты должна отдать долг и ответить, забыла?

— О каком долге вы говорите?

— Штраф за нарушение одного из пунктов моего утреннего желания. Ты бессовестно нарушила все аспекты. Но ты слишком много раз это сделала, поэтому предлагаю тебе начать сначала, а за то, что я ждал этого весь день, подаришь мне один поцелуй. Сдаешься?

— Никогда. Но у меня есть два условия.

— Какие же?

— Вы закроете глаза и покажете информацию, касающуюся моей сестры. Она ведь жива? — надежда и боль сквозили в последнем предложении.

— Чем скорее выполнишь условия, тем скорее узнаешь. Еще раз обратишься на «вы», отвечу тем же.

— Хорошо, закрывай глаза, — ей было дико и непривычно к нему на «ты», но, в конце концов, все когда-то идут на компромисс.

— Ага, — он рассмеялся. Не выполнить условия — значит, проиграть. Она этого не допустит, собравшись с духом, чуть-чуть приподнялась на цыпочки и почувствовала щетинистую щеку губами. Все, Ксения выдохнула и опустилась, но обнаружила сомкнутое вокруг кольцо, медленно, но оно становилось уже, тем самым прижимая ее к нему.

— Эй, мы так не договаривались, — она пытаюсь расцепить его руки.

— Правила создаются, чтобы их нарушать, — ей пришлось развернуться к нему. В этот момент в глаза бросился главный козырь.

— Так, да? Заметь, это ты сказал. Рекс, ко мне! — этот огромный мохнатый милашка мгновенно материализовался между ней и Максимом, вставая на задние лапы, а передними облокотясь на нее. Тому ничего не осталось, и он отпустил их с Рексом.

— Садись, — он указал ей на кровать.

— Что?

— Я всегда держу слово, садись и пододвигай ноутбук. У тебя такой взгляд, как будто я что-то непристойное предложил.

— Неправда, я просто… Вдруг вспомнила, что целый день не кормила Рекса и Баську, — как он легко загонял ее в тупик, это раздражало.

— Отмазка на три с минусом. Более того, я их кормил, целых два раза, поэтому повода для беспокойства нет.

— А витамины?

— Рекс вытащил баночки, я прочитал инструкцию и выдал необходимые дозы.

      Ее пес оказался проворнее нее и уже устроился на кровати Максима.

— Слезай немедленно, мохнатая морда, здесь нельзя лежать.

— Пусть лежит, просто тебе снова придется сесть ко мне на колени.

— Я постою, стоя тоже можно смотреть.