Правда между строк

Глава шестнадцатая

Дмитрий

Суббота. Май, 2029 года

Третье свидание Димы и Влады

На следующий день я пришёл к подъезду Влады, дожидаясь её для того, чтобы отвести в парк. С собой я взял сумку для пикника, чтобы перекусить (хоть рядом и были ларьки с всевозможными яствами, мне хотелось проявить заботу о Владе, чтобы она знала – рядом со мной ей будет комфортно и уютно).

Она вышла в своих неизменных кедах, джинсах и тёмно-зелёной футболке (я отметил про себя, что оттенок футболки схож с моим цветом глаз) на подоле которой заметил вышивку (но не разобрал что там вышито).

- Мы на пикник? – Спросила Влада, оглядывая меня и заметив сумку-холодильник.

- Почти. – Уходя от прямого ответа, проговорил я. – Пошли.

Когда мы пришли в парк, Влада оглядывала местность, будто бы пыталась догадаться, в какой части парка мы будем устраивать пикник.

- Нам чуть-чуть дальше. – Взяв её за руку и ощутив тот самый импульс от близости рядом с ней, как и в доме с зеркалами, я повёл Владу дальше – в глубь парка, где располагалась зона для художников.

Влада заметила охранника, которому я кивнул, и мы прошли к двум стоящим рядом мольбертам с чистыми холстами, а рядом были небольшие столики, на которых стояли ёмкости с водой, кисти и краски.

- А зачем нам тогда сумка для пикников? – Уточнила Влада поняв, что я привёл её рисовать.

- Там перекус. Как только проголодаешься, пойдём к столикам и пообедаем. – Пояснил я, убирая сумку-холодильник подальше.

Влада присела за мольберт, взяла в руки кисть и краски (сразу видно художника – он почти без карандаша и набросков, которые нужно стереть ластиком, работает цветом и тоном).

- Что будем рисовать? – Спросила Влада, хотя по тому, как она взяла кистью зелёную краску я понял, что она решила нарисовать пейзаж, который ей очень понравился.

- Всё, что твоей душе угодно.

- Даже если это будет какая-то мазня?

Это слово (мазня) задело меня тем, что таким образом Даня охарактеризовал первый рисунок Влады на школьной выставке. Видимо она была рядом, когда такое произошло.

- Ты умеешь рисовать – это я знаю наверняка. Твои работы Нина Александровна выставляла на всеобщее обозрение. Но не для того, чтобы похвастать или унизить нас. Просто показывала то, что ты выразила через цвета свой внутренний мир. А слова Дани не принимай близко к сердцу. Он иногда бывает таким…

Подобрать слова без мата я не мог.

- Я поняла, что он твой лучший друг.

- Да, лучший друг, который иногда перегибает палку. Так что… рисуешь то, что тебе нравится.

- А ты что будешь рисовать? – Поинтересовалась девушка.

- То же самое. – Уклончиво ответил я, присаживаясь напротив Влады (пришлось немного переставить мольберт, чтобы смотреть на неё. Ведь идея моего рисунка пришла внезапно: то, что мне нравится. А мне нравится Влада).

Отложив кисть с краской, которую Влада даже не заметила, как взяла (привычка художника), она собрала свои светло-каштановые волосы в небрежный пучок (как делают многие художники), заколов его карандашом, хотя у неё на запястье была резинка. А затем приступила к наброску пейзажа, который наверняка увидела по дороге сюда.

Я же внимательно (но по-шпионски) наблюдал за Владой и делал наброски её лица (даже на секундочку представил себя Джеком, который рисовал портрет Роуз в фильме «Титаник»). Небрежный пучок с карандашом придавал ей какую-то таинственность и очарование. Падающие на глаза прядки, которые она сдувала не со злости, а по привычке, дополняли образ милой девчонки.

Янтарные глаза Влады светились счастьем, ведь она занимается любимым делом (наряду с чтением книг). Фон я решил сделать таким, словно Влада лежит на траве, лицо крупным планом с немного испачканным в краске носиком, руки под головой, а в янтарных глазах отражается небо. Она слегка щуриться от солнца, и красиво улыбается манящими губами.

Арт-терапия прошла плодотворно. Я закончил портрет, а Влада… она стояла позади меня и рассматривала мой рисунок. Молча рассматривала. Я так погрузился в прорисовку губ краской, напоминающей спелую клубнику, что даже не заметил её присутствия за плечом.

- Почему ты нарисовал меня? – Шепотом спросила девушка, так как за то время пока мы делали наброски на холстах, в «студию» набежало много людей, занявшие почти всё пространство вокруг нас.

- Я ведь сказал, что буду рисовать то, что мне нравится.

- И я тебе нравлюсь? – Посмотрев в мои глаза, спросила Влада.

- Думаю, это очевидно. – Ответил я, указав на рисунок.

- Тогда… – она резко замолчала, словно я опять ляпнул что-то не то. – Почему ты так себя вёл в конце прошлого свидания?

Я понял о чём она.

- Не здесь. У нас обед по расписанию. Собираем наши вещи и идём к столикам.

Я мельком успел разглядеть рисунок Влады: это действительно был лес. Тот самый, где мы ночевали в лагере. Тот самый, где мы с ней вместе спали в одном спальном мешке (этот самый мешок я тоже разглядел посреди кострищ и палаток). Это ли не признание? Но сомнения всё ещё имели место быть в моей голове.