Правдивая история короля Якова

ГЛАВА ВОСЬМАЯ, в которой коварный автор хочет внушить читателям, что даже положительные герои способны на гадкие поступки

Когда Северин вернулся к повозке, было уже совсем темно. Пустырь словно завесили огромным чёрным занавесом, лишь в глубине призывно мерцал большой костёр. К мирному ночному пейзажу должны были прилагаться и соответствующие звуки: стрекотание кузнечиков, шелест листвы, тихий пересвист птиц - и всё это наверняка присутствовало, но заглушалось громким голосом Пармена.

Заметно было, что он уже давно ходит вокруг костра, ругаясь на чём свет стоит - голос его слегка охрип, а дыхание прерывалось, но он ещё не выплеснул наружу всё своё негодование - Северин издалека услышал его крики (тот уже забыл, что недавно просил остальных вести себя потише) и понял причину всего. 

Подойдя, он увидел, что не ошибся: в костре догорала обложка злосчастной книги, а Иларий сидел в стороне на траве, и губа у него подозрительно вспухла. Пармен был скор на расправу, поэтому Северин ничуть не удивился.

Каролина, видно, недавно сняла с костра котелок с кашей и теперь доставала из большой корзины их немудрёную посуду, и, казалось, полностью была поглощена своим занятием. Урош сидел возле Илария, пытаясь приложить к его губе смоченную холодной водой тряпку, но Иларий отворачивался, словно непослушный ребёнок. 

- Да сиди ты смирно! - не выдержал наконец Урош. - С ума с вами сойдёшь! Завтра спектакль. Вот у нас герой будет! С побитой-то физиономией. Пармен, но ты бы хоть о спектакле подумал! 

- О каком спектакле! - загремел вновь Пармен, который прервался на минуту, чтобы перевести дыхание. - Он завтра же уедет отсюда! Завтра же! Пока всех нас не посадили из-за него! Не нужны мне такие помощники! Взял его, думал, научится, хоть какая-то польза от него будет. А он, паршивец, чуть всех не погубил! Чудом спаслись! Чудом! Ведь говорили же тебе, ведь предупреждали умные люди! Нет! Надо по-своему всё сделать. Завтра же поедет обратно! Хватит!

Тут он заметил вышедшего из темноты Северина. 

- Ну что, проводил? - резко, не успев еще остыть, крикнул Пармен.

- Нет, бросил на полдороге, - улыбнулся тот, усаживаясь к костру. - Конечно, проводил. - Он сделал паузу. - И проследил.

- Ага. Молодец! И что?

- Всё очень интересно, - таинственным тоном сообщил Северин. 

- Вовремя пришёл, - сказала Каролина. - Садимся есть. И как раз всё обсудим. Пармен, сядь уже! Выпустил пар? Нет? Ну, врежь ему ещё раз. А ты не смотри на меня так! Был бы ты моим сыном, я бы тебя вообще убила.

Пармен обежал ещё кружок вокруг костра - ему никак не удавалось успокоиться - и всё же сел. Рядом с ним сел Урош.

Иларий остался с обиженным видом, где сидел. Но миску с дымящейся кашей, которую принёс ему Урош, взял. 

- Ну? - уставился Пармен на Северина, едва взяв ложку.

- Вот что, - твердо сказала Каролина, - сначала еда.

Некоторое время все молча ели.

- В общем, зовут её Дарина, - начал Северин, немного насытившись. - А живёт она...

Он обвёл всех многозначительным взглядом.

- Не томи! - не выдержал Урош.

- В замке Арна.

- Что?! - все тут же забыли про ужин.

- Ты уверен? - осторожно спросила Каролина.

Северин кивнул:

- Я проводил её почти до самого замка. Тут она сказала, что, мол, спасибо, дальше я сама. Я удивился. Куда, думаю, она пойдет? Там и домов-то жилых поблизости нет. Но спрашивать, конечно, не стал. Попрощались. Она пошла, а я тихонько за ней. Подошла к замку, а дверей-то там никаких нет. Я смотрю, что дальше будет. А она просто взяла и прошла сквозь стену. 

- Она его дочь! - потрясённо сказал Пармен.

- У Арна есть дочь? - спросил Урош.

- Да, но говорили, что она никогда не выходит из замка. Во всяком случае, никто не видел, чтобы она выходила.

- Но как она оказалась в театре? - придвинулась ближе Каролина.

- Ну вы даёте! - Северин грохнул свою миску на землю. - Она же была на спектакле! Неужели никто не заметил?

- Я, кажется, видел её, - неуверенно сказал Урош. - Она сидела в первом ряду, так? 

- Народу было много, - словно оправдываясь, сказал Пармен. - И темно было. Я как-то особо не различаю обычно зрителей.

- А ты, герой-любовник, тоже её не заметил? - Северин повернулся к Иларию, который подполз поближе к костру и, открыв рот, слушал. - Она же подарила тебе вот такой букетище с какими-то невероятными цветами!

Иларий озадаченно пожал плечами:

- Многие дарили.

- Да вы вообще что-нибудь видите вокруг себя?! Такую девушку не заметить! 

- Раз она его дочь, то понятно, почему она так легко сняла с нас Слово Арна, - задумчиво проговорил Пармен, - но зачем? Почему она нам помогла?

Северин усмехнулся:

- Я могу предположить только одну причину, - он выразительно замолчал.

- Ну?! - закричал на него Пармен.

- Да вот она, причина, сидит рядом с вами с побитым лицом!

- Я?! - Иларий застыл.

- Что? - Пармен посмотрел на сына, потом перевёл ошарашенный взгляд на Северина. - Ты думаешь, что она тоже в него влюбилась?

- А что вас удивляет? Пусть она и дочь ворожея, но всё же она девушка. На вид ей лет семнадцать. Вы видели, как она на него смотрела? Не на спектакле - там вы ничего не видите, - а когда он книжку эту проклятую у неё забирал. Неужели никто не заметил?

- Да, верно, - согласился Урош. 

И Каролина подтвердила:

- И я заметила.

- Да, точно, - Пармен уже напряжённо думал. - Так мы, наверное, можем это использовать.

- Как? - спросила Каролина.

- Боги! - застонал Пармен. - Ну почему она влюбилась не в Северина, а в этого дурака? Тогда бы он мог с её помощью проникнуть в замок. Трава - у нас же осталась Трава!

- Да, ты прав, я мог бы, - подтвердил Северин.

- Я тоже могу! - решился подать голос Иларий. - Папа, я всё сделаю.

- Это мы уже поняли. Какой ты у нас молодец. Помолчи, или я опять не сдержусь!

Но Иларий не сдался. Он отодвинулся от отца подальше и продолжил: