Правила его игры

Глава 14. Эпилог: Своя территория

Прошел год.

Алиса стояла в своей собственной, снятой в аренду студии в Басманном переулке. Пахло свежей краской, деревом и кофе из новой кофемашины. На стене висела светлая деревянная вывеска с логотипом — стилизованное яблоко с откусанным кусочком, из которого прорастал росток. «А.Соколова & Партнеры. Консалтинг и маркетинг».

Она сама была своим главным активом, своим партнером и своей главной сотрудницей. Первые месяцы были трудными. Но слава о «той самой Соколовой из «СтройМеханики» работала лучше любой рекламы. К ней пошли клиенты. Сначала мелкие, потом все крупнее. Она не боялась брать сложные проекты и говорить клиентам неприятную правду. Ее уважали за профессионализм и немного побаивались за жесткость, которую она переняла у своего лучшего и худшего учителя.

Она научилась быть одной. Научилась приходить в пустую квартиру и не чувствовать одиночества, потому что эта квартира была ее крепостью, ее выбором. Она купила себе то самое кресло у окна, о котором всегда мечтала, и могла часами сидеть в нем с книгой.

Иногда она думала о Марке. Раньше эти мысли были острыми, как заноза. Теперь они стали тупыми, как шрам. Он позвонил ей однажды, через полгода. Голос его в трубке был спокойным, деловым.
— У меня есть для тебя проект. Крупный. «Город-спутник». Не хочешь обсудить?
Она вежливо отказала. Она поняла его послание. Это было его способом сказать «я скучаю», его способом предложить перемирие на его условиях. Но ее условия изменились.

Дверь в студию открылась, впуская шум улицы.
— Алиса, курьер привез документы из типографии! — крикнула ее молодая помощница, Катя.

Алиса улыбнулась. Да, у нее теперь была помощница. И бухгалтер на аутсорсе. И растущий бизнес. Она построила это сама. С нуля.

Она подошла к большому окну своей студии. Внизу кипела жизнь. Она смотрела на город, который когда-то казался ей чужим и враждебным. Теперь он был ее территорией. Территорией, которую она отвоевала сама. Не через мужчину, не через связь, не через интриги. А через собственный талант, упрямство и через ту самую жесткость, которую когда-то в ней разбудили.

Она больше не была волчицей, сражавшейся за место рядом с вожаком. Она стала вожаком своей собственной стаи. Стаи из одной себя. И это было самое честное и прочное, что у нее когда-либо было.

Она повернулась от окна к своему новому столу, к своим новым проектам, к своей новой жизни. Больше не было ни жестокого босса, ни измен, ни золотой клетки. Была только она. Алиса Соколова. И этого было достаточно. Больше чем достаточно.

История закончилась. Но ее жизнь — только начиналась.