Правила поцелуев с чудовищами

2. Глава, в которой Ханна выбирает из зол лучшее

Я переоделась, нырнула в дверцу для слуг, прошла небольшую комнатку с мелочами для уборки и остановилась около старого шкафа. Когда отец показывал мне потайной ход — это был скорее элемент игры. Коридор был частично разрушен и, увы, за пределы поместья больше не вел. Разве что в кухню можно было выползти, но там дверца открывалась чуть ли не под потолком, и в подвал. Но все эти проходы пришлось замуровать лет десять назад, после того как один из поварят решил найти на зад приключений и вывалился в каморку, где в холоде хранилось мясо. А еще по всему проходу были трещины в стенах. Прижавшись к ним, можно было позвать на помощь или тихонько слушать — например, возле кабинета отца.

Зачем такой странный потайной ход?

Все дело в том, что поместью Михал всего-то сто с хвостиком лет, а построено оно на руинах крепости тех лет, когда не было Карменгора, а земли были поделены между военными и торговыми союзами. Постоянные стычки, предательства и желания получить выгоду привели к тому, что эти земли остались без защиты против завоевателей. Северные хетты промчались лавиной, и все здания выше двух этажей, все стены шире плечей мужчины сносились — что-то рушили руками и деревянными таранами, где-то действовали шаманы. Нет, последние не приносили жертв, хотя и шептались карменгорцы об этом, им достаточно было своих камней — тяжелых, почти неподъемных. Телеги с этими камнями тащили большие мохнатые буйволы. Шаманы пели песни, заставляя камни издавать жуткий гул — и земля тряслась.

Так, по крайней мере, писали очевидцы.

Когда нашествие северных хеттов было остановлено, из крепостей и высоких башен осталось едва ли пятая часть. Поэтому я так хотела как-нибудь попасть в Кармен — столицу наших земель. Отец показывал мне гравюры и иллюстрации, а в библиотеке у нас висело полотно с видами на окрестности башни Ларко — таинственное, даже ужасающее, но такое притягательное место.

Войлочные тапочки мягко скользили по камню, в проходе было холодно, я тут же закуталась в верхнюю тунику сильнее. Савэ осталась снаружи сторожить, если что, она даст знак мне, стукнув несколько раз деревяшкой по камню.

Я почти сразу обнаружила огнемушек — это было к удаче, значит, спокойно пройду и вернусь, не боясь переломать ноги. Насекомые вяло ползали по камням и отлично подсвечивали дорогу.

Отец много раз пытался выяснить, где же их гнездо, чтобы взять часть и расселить их в подвале. Все-таки редкое существо, такое даже купить у мастеров сущностей редко когда получится, не то что найти. Совершенно безопасно для людей, живет спокойно в полной темноте и питается влагой на стенах и частичками плесени. Умели же раньше создавать!

Легкий бег по коридору, приложить стакан к нужной щели и прислушаться. Я, кажется, была вовремя.

— …Налей и мне, — это голос двоюродного брата.

— Мал ты еще грегг пить, Соэр, — проворчал дядя, но чаша глухо звякнула. Значит, все-таки не отказал наследнику.

— Вот это я понимаю! — причмокнул губами Соэр, но секунду спустя закашлялся. Я мысленно захихикала: грегг — жуткое пойло, и это притом, что у отца стояла бутылка одного из самых лучших сортов. Специально держал для гостей-любителей.

— Что ты понимаешь, а? Пить ты теперь будешь только в моем присутствии!..

— Отец, да что ты начинаешь! — простонал Соэр. А я попыталась поймать нить их разговора. Что, Соэр опять где-то провинился?

— Дочь настоятельницы храма Керта? Очень смешно было сорвать с нее юбку и с гоготом промчаться по центру города, да?

У меня глаза на лоб полезли. Нет, я слышала от отца, что Соэр периодически чудил в компании своих друзей, но мне не сообщали подробности.

— Что дальше? Ограбить сущностника? Вымазать дерьмом ступени Королевской управы? На что еще ты и твои дружки готовы пойти, залив в себя какой-то бормотухи?

— Мы больше не в Хидри, я остался сам, — попытался оправдаться Соэр.

— Я на это и надеюсь. Что у тебя фантазии не хватит на очередную глупость, — простонал дядя и, судя по скрипу, рухнул в отцовское кресло. — Скажи мне, что ты все сделал.

— Сделал. Встретил посланцев, письмо получил, ответ сразу же передал.

— Никто лишних вопросов не задавал?

— Не-а, я сразу ответил, что невеста приболела! И что у нее уже есть жених, тоже сказал.

— И никто не допытывался больше? — продолжал расспросы дядя. Но Соэр только хохотнул.

— Я там был один из многих. Письмо-то с предложением привезли всем керам из владеющих родов. А их вокруг Михала немало, человек десять было представителей. И все отказом ответили. Кому оно надо — с Ларко связываться! Если не он сам сожрет, то какое-нибудь чудище в башне удавит! А что с последней его женой было…

— Хватит смаковать дурацкие сплетни, — перебил его дядя. — Спрыгнула дура — и все. Сама же согласилась на этот брак, чего потом-то рыдать? В род Ларко насильно не приходят. Главное, чтобы нам не помешал этот Ларко. За ним король, родственники же, а королевской власти не перечат.

— И твари у него, твари!..

— Груди Мирны, ты когда-нибудь станешь умнее? — простонал дядя. — Когда тебе понадобится скаковой верх, ты пойдешь к сущностнику. Если денег хватит — то закажешь у отличного мастера. А если много денег и положение имеется, то придешь к Ларко и будешь смиренно просить аудиенции.