Правила поцелуев с чудовищами

5. Глава, в которой Ханна меняет статус

Добраться до своих комнат удалось только к обеду. Руки к тому времени слегка ломило от непривычной работы. Нет, я знала, что уборка не так и легка, как кажется, но ждала от себя лучших результатов. Ведь я с детства не сидела на месте — и верховая езда, и прогулки по окрестностям пешком, за отцом бегала, в жаркую погоду даже в заводи плавала — но так, чтобы никто не видел, а потом уже книги стопками носила. Не настолько я и изнежена! С выносливостью у меня все было хорошо.

Но оказалось, этого недостаточно — и махать туда-сюда руками кажется легким занятием только первые полчаса. А дальше и взмахи становятся реже, и скорость существенно упала. Но надо мной не смеялись, даже похвалили, мол, недельку ежедневных тренировок — и станет легче.

В общем, это оказался полезный опыт. Когда отец говорил, что мы многого не понимаем, пока не испробуем это на себе, я и подумать не могла, что даже в таких мелочах могла бы ошибиться.

— Кера, как прошло? — прошептала мне Савэ.

Я в ответ кивнула и сразу же нырнула в ванную — туда даже Алика не посмеет ворваться, не то что дядя. Письмо пришлось отложить, сначала стоило убрать все следы — отдать форму служанки, смыть с лица краску. Но взгляд то и дело возвращался к толстому конверту. И наконец я взяла его в руки.

Сначала разогнула и расправила, потом поддела запаянный полоской воска конец конверта и — щелк — он на удивление быстро распечатался. Я полезла внутрь рукой и, взвизгнув, тут же отбросила конверт в сторону. Меня что-то укусило! И что-то вылетело из конверта! Я быстро замахала руками в воздухе, отбрасывая кусачую мелочь, пытаясь защитить хотя бы лицо, а в ванную уже стучалась Савэ…

Но тут все прекратилось.

Я спотыкнулась, наткнулась на стену, быстро ощупала себя руками, поворошила волосы, встряхнула одежду — не осталось ли чего-то с крыльями на мне. А потом осторожно открыла глаза и осмотрелась.

— Кера! Кера! — кричала Савэ, стуча в дверь. Я сделала пару шагов в сторону и щелкнула замком, впуская служанку. Но жестом остановила ее.

— Подожди, все нормально.

— Милость Мирны, ваше лицо, кера! И руки!

Я покосилась на узкую полосу зеркала и скривилась — на лице виднелись красные точечки, на руках их было больше. А виновниками оказались совсем крошечные серые бабочки, их тельца валялись на полу, остатки пыльцы покрывали мои руки.

— Они где-то здесь? — Савэ осмотрела купальню и схватилась за полотенце.

— Не думаю, смотри, — я указала на небольшое окошко под потолком, днем оно было открыто для проветривания комнаты, вот туда рой и вылетел. И как только поместился в конверте? Как только я не заметила? Да и вообще зачем присылать кусающихся бабочек?

— Может, письмо подделка? — Савэ принесла мне палку, чтобы я подняла ею конверт.

— Не похоже, — я поворошила конверт, но оттуда больше ничего не вылетело. Тогда я осторожно подняла его и вытряхнула на пол сложенные листы бумаги и кольцо. Оно со звоном подскочило на плитках пола и поскакало в сторону купальни.

— Задница Керта! — с воплем я бросилась его ловить, а то вдруг назло мне закатиться в сливную трубу. Савэ проворчала что-то о том, что керам не стоит упоминать задницы, пусть это и зад самого Керта. Но меня больше интересовало пойманное кольцо — простое, белое, как будто выточенное из кости, изнутри тонкая работа — вычерченное имя жениха: Корвинус В. Ларко.

— Что делать будете, кера? — выдохнула Савэ. А я решительно надела кольцо на средний палец — и, к моему удивлению, оно достаточно комфортно село, не холодило кожу, не мешало пальцам. Раз — и уже невеста. Даже странно, такое ощущение, что все происходило не со мной. Но такие мысли — приятная обманка, не больше.

— Вот и все, — улыбнулась я и взялась за бумаги. — А теперь прочитаем, о чем мне будущий муж пишет.

Больше всего документ, который попал мне в руки, напоминал стандартный договор о предоставлении услуг. Михал такие заключал, когда наступала пора стричь овец. Тогда приглашали специалистов — лекарей, присматривающих за животными. Что нужно, что не нужно, за что деньги будут платить.

Вот и обещали мне — то есть любой невесте Ларко — все блага Карменгора, статус, денежное содержание, отдельное крыло, столичную недвижимость, разных существ по первому требованию и многое другое. А в ответ от меня или не от меня требовалось — нос в дела мужа не совать, никуда без предупреждения не выезжать и по башне Ларко после заката не ходить. Миленько.

Напротив пункта «дети» значилось «по согласованию сторон». Я даже выдохнула с толикой облегчения. Читала, что в договорных браках бывали требования родить наследника, а то и нескольких, еще и сроки некоторые особо умные женихи указывали. Неизвестно, конечно, что точно имелось в виду, но лично я ни процесс создания ребенка, ни самого ребенка пока согласовывать не собиралась.

— …Какие дети в поместье, по которому свободно перемещаться нельзя? — буркнула я, глядя на кольцо невесты. Я была благодарна отцу, что мне позволялось с детства узнавать этот мир свободно. Ходить, где хочется, делать, что хочется. Конечно, он или Савэ за мной присматривали, но запретов было гораздо меньше, чем разрешенного. И своим возможным детям я желала именно этого.

Я еще раз глянула на скупые строки договора и вздохнула. Не самый плохой вариант, все честно изложено. И лучше уж так, чем меня бы хотели обмануть красивыми словами. Договориться я смогу, а положение будущего мужа применю, чтобы найти отца и спасти Михал. А дальше… Загадывать так далеко не имело смысла, я ведь этого Ларко в глаза не видела. Невеста к тому же — еще не жена.