Правила поцелуев с чудовищами

9. Глава, в которой Ханна едет в ночь

— Как твои дела, девочка? Соскучилась? — я обняла Волну за шею и прижалась лицом к теплой коже. — Извини, что меня долго не было. Не могла встать с постели! Уже и забыла, когда так сильно болела. Может, никогда?

Волна шумно выдохнула мне в волосы и ткнулась в щеку носом — она тоже была рада меня видеть, пусть я и отвратительная хозяйка, которая о ней забыла и совсем не навещала. Ей пришлось терпеть конюха и его помощников, еще и выбегать размяться вместе с остальными конями. А ведь она не просто какая-то лошадь!..

Конечно, всего этого мне никто не сказал, только обнюхал, возмущенно фыркая. Но я знала характер своего верха, поэтому представила как нельзя ярче, какой скандал она бы мне устроила.

— Все, теперь не уйду, теперь у нас будет долгое путешествие, — обрадовала я ее. И Волна тут же выпрямилась, изящно, с кошачьей грацией, потянулась, хотя в ней ни грамма не было от кошачих.

Я бы залюбовалась ею, но времени не было, поэтому сразу же приступила к делу — нужно было закрепить все свертки. Волна понимающе согнула ноги, чтобы мне было удобнее.

Верхи вообще были крайне удачными, хоть и своеобразными существами. Стоило начать с того, что внешний вид и умственные способности верха зависели от желаний хозяина и способностей мастера сущности. А верхом получившееся существо называли, потому что оно предназначалось для верховой езды, так-то иногда оно не особо на лошадь было похоже — я как-то раз видела шестилапого верха и верха, покрытого чешуей.

Моя Волна была похожей внешне на лошадь, только хвост имела длинный, покрытый короткой шерстью, с кисточкой на конце. Еще была очень сообразительной, я не раз замечала, что она полностью понимает меня — не только интонации того, что я говорила, но и слова. Возможно, выучила слова-команды, ведь я с ней с первых дней ее жизни, и в большей степени я относилась к верху как к другу, а не просто существу.

Сегодня я отдала указание покормить ее отдельно. А еще поменять прогулочное седло на более крепкое, подходящее для долгих переездов. Собранные вещи устроились удобными свертками по обе стороны от седла, небольшой ящичек с книгами и лекарствами я привязала за седлом, а ценности — документы, деньги, украшения и мой брачный договор — переложила в сумку, повесила через плечо и спрятала под курткой. Нож я закрепила на поясе и наконец взяла Волну за поводья. Тут-то меня и догнало ощущение того, что с этого момента начинается что-то новое для меня.

Неизвестное.

Ну что ж, это не так и плохо. Особенно когда я делала шаг в будущее добровольно и осознанно.

— Тише, девочка, — попросила я Волну, когда мы покинули стойло и зашли за здание. Поместье оставалось за спиной — светились некоторые окна, несмотря на поздний час, и до меня долетали редкие звуки. Даже показалось, что я слышала рев Тельбина. Должен же он отреагировать, когда ляжет в постель с лягушками. Но проверять, так ли это или моя фантазия, я не стала: под прикрытием деревьев запрыгнула в седло и движением бедер послала Волну вперед. Покидать поместье я решила через яблоневый сад.

Волна тронулась быстрым шагом, она знала, куда ехать. Это был один из привычных нам маршрутов. Конечно, на пути будет заборчик, который не по силам преодолеть лошади, но не верху. Волна привычно сделала пару пробных прыжков — и взлетела над забором. Опустилась она мягко, тряхнула головой, хвост хлестнул по поклаже. Я погладила ее по шее, шепнула пару слов благодарности — и Волна тут же понеслась между деревьев. Я сразу же пригнулась к ее шее, чтобы не поцарапать лицо о ветки.

Пока мне думать не нужно было, куда ехать. Все равно сначала нужно было сделать немалых размеров круг и выбраться на основную дорогу. Из поместья я выехала так легко еще и потому, что охрана в эту ночь старательно смотрела куда угодно, но не в мою сторону. А если дядины наемники и заметят что, то будет уже поздно. Да, Волна была быстрее и ловчее лошади, но я не хотела рисковать — лучше тихо объехать опасную часть маршрута.

На удивление было не так темно, как я думала. Дальше от поместья звезды казались огромными светильниками, а белесый серп ночного солнца расчертил небосвод почти пополам.

Я почти не трогала поводья, чуть корректировала направление движения коленями или прикосновением к шее верха. Сложно сказать, что бы я делала без Волны. Наверное, придумала бы другой план, но просто уже бы не было.

Пробираться вокруг поместья пришлось по краю леса, было немного не по себе. Где-то вскрикнула ночная птица, ей вторил скрип дерева. Над головой пронеслась большая тень…

Не просто большая, огромная! Такая и меня утащит!

Я тут же дернула Волну в сторону, чтобы она скрылась между деревьев. Не хватало еще попасть в когти какой-нибудь лесной дикой сущности. Их после войны с северными хеттами расплодилось немало. Мастера сущностей создавали их бесконтрольно, нужно было защищать жизни, другие были времена. А после, когда пришел мир, не сразу обратили внимание, что место зверей кое-где заняли сущности. Их новые поколения больше не подчинялись сущностникам, были дикими и продолжали плодиться. Одно нас в большинстве случаев спасало — дикие не особо любили людей и обходили поселения стороной. Но все равно нужно было быть осторожнее ночью.

— Лучше бы нам не попасться на обед такой пташке, — пробормотала я, посматривая по сторонам.

Ночь снова стала тихой. Уже не было видно и намека на поместье. По моим расчетам я была где-то посередине между ним и ближайшим селом. Скоро наткнусь на поля селян и местную дорогу. Мерное покачивание в седле убаюкивало, навалилась усталость. Я снова чувствовала слабость, болезнь все же не отступила полностью, а я к тому же два дня подряд сильно нервничала и не сидела на месте. Пришлось взбодрить себя щипком и занять голову планированием: в который раз обдумать, что будет дальше.