Правила выживания

Глава 47

Через пятидесятник я искупанная, переодетая,  расчесанная и накормленная стояла в портальной комнате. Кроме меня в комнате находились еще маг-портальщик, генерал Давур и несколько офицеров. Пришли за мной в четко указанное время, приказали закрыть глаза, подняли на руки и куда то понесли. Когда попросили открыть глаза я была в кабинете короля,  теперь уже нашего.

- О,  Единый! Жива,  жива, Дитрих,  она жива, - ко мне бросилась королева. Она обняла меня и расплакалась.

- Бедная моя,  на кого же ты похожа? Дитрих,  ты только посмотри. Худая то какая.

Меня быстро потащили в покои королевы. Но не тут то было.

- Так! - рявкнул  король, - быстро оставили графиню в покое. Не до этого сейчас.

- Ваше Величество, ее хотя бы кормили?

- Ари, поверь, твой отец обо всем позаботился.

Я стояла и безучастно смотрела на все происходящее вокруг меня. Люди бегали,  суетились. Меня куда то вели,  потом везли. В Академии меня, как оказалось, ждали маги. Теократ несмотря на свой возраст шустро порысил к нам на встречу. Меня сдали на руки Амелису и еще одному высокому и крупному мужчине, оказалось это и есть Герд,  декан огневиков .  Меня опять отвели в комнату с алтарем и как в прошлый раз уложили на него. Там меня и нашел муж.

Астан рванулся ко мне, раскидывая всех на своем пути. Но его быстро остановили и Теократ, отведя в сторону,  стал быстро что-то нашептывать на ухо. Муж стоял окаменело, смотря в одну точку перед собой. Он все  равно подошел ко мне и склонился,  заглядывая мне в глаза.

- Маяна,  девочка,  как ты? Ответь. Ну ответь  же, - я лежала и смотрела в потолок. Не было ничего,  ни мыслей,  ни эмоций. Муж растеряно смотрел и не знал,  что делать. Ситуацию разрешил Теократ.

- Амелис,  уведи графа. Герд, мне нужна Ваша помощь. Леди,  закройте глаза. Лежите и не шевелитесь.

Чьи-то теплые руки легли мне на виски.

- Герд,  видите как наложены заклятия?

- Да, ректор.  Силы вложено много, но работа топорная.

- Я думаю иначе, работа неплохая.

- Не соглашусь с вами. Заклятия снимутся легко,  только по времени на месяц или два затянется. Хотите, даже скажу кто умелец.

- Рискните, коллега.

- Орс-чернокнижник. Его рук дело. Что, не прав?

- Правы. Предлагаете снимать ступенчато?

- Да. Понемногу.

- Резон есть. Девушка ослаблена. Скорее всего они держали ее в оковах. Видимо боялись, что она будет использовать магию.

- Вы правы, она нестабильна.  Тут по другому и не выйдет. Снимаем слой за слоем и все. Она даже не поймет и не пострадает. Но она должна быть здесь все время. Будет необходим надзор целителей.

- Согласен. Начинайте,  Герд. Графа оставьте мне.  И все таки как она его вытащила, Герд. Ее ни в коем случае нельзя оставлять без внимания.

- Жаль, что она не огневик...

- А вот Амелису повезло.

Мужа ко мне так в этот день и не подпустили . После сеанса меня унесли к целительницам. Девушки быстро меня устроили.  Как стая веселых птичек они носились вокруг меня и хлопотали как няньки. Искупали, сделали массаж. Потом накормили легким ужином и уложили спать.

Утром меня  разбудили и опять началось все с начала. Девчонки радовались как малые дети. Видимо в куклы не доиграли. Но Теократ быстро все пресек и меня увели на этот раз к огневикам. Герд занимался мною лично. Астана ко мне не пустили. Лишь иногда ему позволяли издалека посмотреть на меня, чтобы удостовериться что со мной все в порядке.

Со стороны снятие заклятия выглядело как простое сканирование. Декан укладывал меня на алтарь, становился к его изголовью и его ладони обхватывали мою голову. Первые несколько дней ничего не происходило, разве что мужчина после сеанса выходил бледный и немного пошатывался. А вот на шестом сеансе пришла боль. Мою голову просто разрывало от нее, а слезы градом катились по лицу. Первое время я молчала, декан меня уговаривал кричать, выплескивать эту боль, увещевал, он говорил, что слезы смоют все, а крик позволит запустить процесс восстановления, но меня что-то сдерживало. Ну не могла я, кусала губы, корчилась, но не кричала. И все же Герд был упорен и добился своего, в какой-то день я начала издавать звуки. В начале просто очень тихо стонала. Потом все громче и громче, а чуть позже, дней через пять закричала в полный голос.  Декан в первый раз остановил процедуру минут через пятнадцать, усадил меня, обхватил руками и прижал к себе. Я плакала как маленькая, слезы катились по лицу градом, меня дико  трясло. Декан что-то кому-то объяснял, кого-то подзывал, давал указания. Он обтирал мне руки, лицо и шею салфетками, смоченными в каких-то настоях. Чуть позже он меня отпустил и передал другому человеку. Тот, другой, шептал мне на ухо, как я ему дорога, какая умничка, какая смелая, какое мужество я проявила спасая его из темницы. Он рассказывал мне о моих детях, а я сидела, сжавшись клубочком на его коленях, и выплакивала ему в плечо всю свою боль.

- Все будет хорошо, милая, все будет хорошо. Мы выдержим, мы все сможем.