Правилами строго запрещено

Глава 7. Игра в четыре руки

Со Ён посмотрела на часы, что висели на стене, и нахмурилась. Время, назначенное заказчиком, неумолимо приближалось, наращивая и без того зашкаливающее раздражение.

Когда дверь вдруг открылась и на пороге появился Марк, почувствовала, как между лопаток пробежал ток.

– Готова? – увидев его улыбочку, едва сдержалась, чтобы не сказать что-то колкое.

Спокойно собрала все необходимое и встала. Поправила волосы, которые распустила специально для ужина.

– О-у! – застыл на мгновение от увиденного. – Отлично выглядишь.

– Спасибо, хоть это и неудобно, – вынуждена была признать, услышать комплимент было приятно.

– Машина ждет, – произнес тихо, пропуская ее вперед, и задержал дыхание, когда она прошла мимо.

Ресторан “Сакраменто” встретил их навязчивой, но сдержанной роскошью. Высокие потолки, приглушенный свет от бронзовых бра. Откуда-то сверху тихо играла джазовая мелодия. Воздух пах дорогим парфюмом, выдержанным мясом и деньгами. Со Ён, в своем темно-синем костюме, чувствовала себя здесь свободно. Это была ее стихия – порядок, предсказуемость, тишина. Она сделала глубокий вдох, восстанавливая контроль.

Марк открыл ей дверь и пропустил вперед. Он стал сосредоточенным, привычная развязность куда-то испарилась, сменившись настороженным вниманием. Он выпрямился, став еще немного выше.

Господин Ким, немолодой мужчина с седыми висками и пронзительным взглядом, уже ждал их у столика с панорамным видом на ночной город. При их появлении он поднялся.

– Госпожа Чхон, господин Кан, – улыбнулся – улыбкой человека, который покупает и продает целые компании за завтраком, – благодарю, что нашли время для встречи в такой поздний час.

Обменялись рукопожатиями, уселись. Со Ён положила на колени сложенную вчетверо льняную салфетку, ее папка с брифингом легла рядом, на идеальном расстоянии от края стола. Марк отодвинул вазу с цветком, что стояла напротив, чтобы та не загораживала обзор, и положил рядом скетчбук.

– Начнем, пожалуй, с ужина, – предложил господин Ким, взяв в руки толстую кожаную карту.

Сделали заказ.

Пока ждали закуски, говорили о незначительных мелочах, особо не вдаваясь в подробности. Когда пришло время горячего блюда Со Ён кратко и четко изложила ключевые пункты своего брифинга. Марк молчал, изредка попивая воду и глядя в окно. Казалось, он полностью отстранился.

– Как приложение будет конкурировать с гигантами рынка? – спросил господин Ким. И в этот момент произошло неожиданное.

– Гиганты думают цифрами, – вдруг сказал Марк, поворачиваясь к ним. В его глазах снова горел тот самый огонек. – Они оптимизируют конверсию на доли процента. А мы будем думать сердцем.

Он взял свой скетчбук и быстро набросал несколько линий.

– Представьте, что приложение – это не инструмент, а друг. Друг, который всегда понимает, что ты чувствуешь, даже если ты сам этого не осознаешь. Мы не будем продавать функцию, мы будем продавать… состояние души.

Со Ён показалось это чистейшей воды водой, поэтическим бредом. Она уже открыла рот, чтобы вставить данные об удобстве использования и возможной конверсии, но вдруг увидела, как глаза господина Кима загорелись. Его это зацепило? Невероятно!

И тогда, движимая чистейшим инстинктом, она парировала:

– Именно поэтому архитектура выбора должна быть интуитивной, гениально простой, – её голос прозвучал твердо. – Чтобы “друг” не надоедал сложными вопросами, а предугадывал желания. Алгоритм, который мы предлагаем заложить, основан на…

Она на секунду запнулась, подбирая слово.

– … на эмпатии, – закончил за нее Марк и посмотрел прямо на нее. И в его взгляде не было насмешки. Было что-то вроде удивленного признания.

– Да, – выдохнула она. – На эмпатии, подкрепленной поведенческой аналитикой.

Они проговорили еще десять минут. Это было похоже на танец. Он бросал свой яркий, хаотичный образ. Она тут же одевала его в стройную, логичную структуру. Он парировал новой метафорой, она прикрепляла ее данными.

Господин Ким слушал, зачарованный, периодически одобрительно кивая.

– Потрясающе, – наконец произнес он, когда официанты поставили перед ними главные блюда. – Такая… синергия. Редко вижу, чтобы технический и творческий подход так идеально дополняли друг друга.

Оба замерли, только сейчас осознав, что только что действовали как единый механизм. Марк медленно опустил взгляд на свою тарелку с ростбифом. Со Ён потянулась за бокалом с водой, чтобы скрыть легкую дрожь в пальцах.

Неловкую паузу прервал телефонный звонок. Господин Ким, извинившись, встал и направился в сторону.

Стоило ему скрыться за углом, как воздух за столом снова сгустился.

– “Эмпатия, подкрепленная аналитикой”? – тихо прошипел Марк, отодвигая тарелку. – Звучало почти по-человечески. Я удивлен!

– А я-то как удивилась, что ты смог просидеть двадцать минут, разрисовав все салфетки, – парировала Со Ён, но в ее голосе не было прежней ледяной злобы. Была усталость. И легкое смущение.

– Он купился, – констатировал Марк, глядя на ее побелевшие костяшки пальцев, сжимающих бокал. – На наш… дуэт.