Правило Купельской ночи

ГЛАВА 3

Дыхнуло жарким летним ветром и Алеся открыла глаза, чтобы тут же сощурить их от яркого солнечного света. Огромное голубое небо было чистым, лишь кое-где виднелись пушистые, словно барашки, белые облака. Вдалеке, где-то над головой послышалось чирикание и вскоре перед глазами, в вышине, пролетел юркий маленький стриж.

Приподнявшись на локтях, девушка увидела бескрайнее золотое поле пшеницы, которое окружало ее со всех сторон. Алеся вгляделась в горизонт - ветер вновь задул и начиная от горизонта, огромной волной, шумя и переливаясь, как морские волны, зашелестели колосья. Шелест все нарастал и нарастал, было чувство, будто золотой океан ей шепчет что-то.

Алеся встала в полный рост – ей даже показалось, что она стала чуть выше, чем обычно. Сделав шаг вперед, девушка тут же упала обратно - босые стопы кололи острые и сухие ростки пшеницы, да так, что идти было больно. Она оглядела красные шаровары и разгладила льняную рубашку с причудливым узором на рукавах, которая была на ней. Девушка подняла ладони на уровень глаз и стала их разглядывать: ее пальцы отчего были длинные и немного мозолистые.

Подул ветер и перед лицом Алеси мелькнуло что-то черное и длинное. Волосы… У нее были черные длинные волосы! Не понимая, что происходит, девушка схватилась за голову и вскоре на ее плече лежала красивая длинная коса, которая слегка отдавала зеленью на солнце. Что-то ей показалось знакомым…

- Цве-етик!

Девушка резко обернулась и увидела маленького мальчика… О, этот мальчик был невероятно похож на маленького ангела! Голубые глаза были ярче от загорелой кожи, пухлые щеки и большая копна кудрявых, золотистых волос. Смотрел мальчик прямо на Алесю и в его глазах была такая укоризна, что девушке от чего-то стало стыдно и захотелось признаться во всем том, в чем она была виновата. К слову, мальчик был одет столь же странно, как и сама Алеся – шаровары, подпоясанная рубашка расшитым поясом.

- Я тебя уже обыскался! Тебя батюшка ищет, старшие снова на тебя наябедничали, что ты всю сушеную полынь истратил! Беги скорее домой, иначе тебя опять хворостиной по спине оприходуют!

«Цветик? Что?»

- Я не Цв… - хотела сказать Алеся, но вдруг изображение поплыло перед глазами. Стало отчего-то темно запястья рук заныли, повяло холодом, а во рту появился солоноватый металлический привкус…крови? Дышать было тяжело, было жарко и влажно, пот тек по телу, лицу, с запястий рук текло что-то вязкое и противное, в рот попали волосы.

Постепенно очертания помещения начали проясняться. Каменные стены, пол, застланный сеном – стало слышно, как в углу что-то скребется и пищит. Появились очертания двери, где было решетчатое окно и неяркий источник света, и глухие шаги, которые усиливались благодаря эху – кто-то шел с той стороны. Шаги остановились прямо перед дверью – девушка сощурила глаза, пытаясь разглядеть за завесой черных волос, кто же стоит по ту сторону двери. Стало слишком ярко, беспокойно, жарко, даже горячо…

Девушка проснулась в холодном поту и резко открыла глаза, сев в постели. Боже, что же это сейчас было?

***

С тех самых каникул жизнь Алеси изменилась. Как и говорил Горицвет – ее желания начали потихоньку сбываться: девушка сменила университет и наконец-то занялась любимым делом, у нее появилось много новых друзей и знакомых, родители стали давать девушке больше свободы и начали поддерживать ее решения. Конечно, все это было не сразу, были и ссоры, и обиды, бессонные ночи и слезы, однако, будто по щелчку пальцев обстоятельства всегда складывались в пользу Алеси, и, казалось бы, вот она – счастливая жизнь. Но не все было так радужно.

Через три месяца, все чаще и чаще Алесе снились странные сны. Темный лес, густой туман и холод. Страшные крики птиц, гудящий ветер в ветвях и почти постоянный дождь преследовал Алесю в этих снах, а еще взгляд. Взгляд глаз цвета плавленого золота. Ей снилась ночь с костром и полная Луна, часто слышала она шепот и звуки барабанов, что некогда заставили ее пуститься в пляс в ту ночь. И касание ледяных рук.

Иногда ей снился в полной темноте леденящий душу крик, громыхание цепей и привкус металла во рту. После таких снов Алеся просыпалась в холодном поту со слезами и, нередко, прокушенной губой. Сны становились все ярче, все страшнее и реальнее.

Первый сон был, наверное, самым страшным для нее и оставался таким для таким до сих пор.

Темный лес, густой, непроглядный туман и холод. Щеки касалось что-то мягкое и мокрое – мох? Страшные крики птиц, гудящий ветер в ветвях – девушка подскочила с места и огляделась. Отвратительно пахло болотом, от ветра шевелился камыш и осока, где-то рядом квакали лягушки и ухала сова – от этого становилось еще хуже. Скрипели деревья, хрустели ветки, шелестели опавшие листья и алели яркие красные ягоды кислой клюквы – единственное цветное пятно в этом странном месте.

Совсем рядом снова раздался хруст и шелест – кто-то шел совсем рядом, но из-за густого серебристого тумана разглядеть было ничего невозможно на расстоянии вытянутой руки.

- Горицве-ет, счастье мое, где же ты прячешься? – раздался сладкий женский голос, - Думаешь, коли в болота ушел, я тебя не найду? Полынь тут разжег, чтобы запах спрятать? – рассмеялась женщина.

Смех ее раздался так близко, что девушка начала топтаться на месте, поворачиваясь вокруг себя – смех раздался эхом, заполняя все пространство и приглушая даже ветер.

Алеся проснулась в своей постели и с ужасом села на постели, зажимая уши и крича. На крик прибежали родители, успокаивая и одновременно набирая телефон скорой помощи – с рук девушки текла кровь от колкой травы болота.