Правило первого касания

1.6

– Слышь?

В мой мир вернулись осторожные звуки. Где-то кукарекал петух, недалеко проехала повозка, скрепя колесами, а над головой снова раздался чей-то мальчишеский голос:

– Слышь?

Я разлепил веко правого глаза (левый не открылся) и рассмотрел в шаге от себя любопытное лицо подростка лет тринадцати.

– Шел бы ты отсюда, – сказал он мне беззлобно.

Все тело болело, меня мутило, я дрожал от холода. Я попытался опереться на локоть, но резкая головная боль почти лишила меня сознания, и я со стоном упал обратно на землю.

И рад бы пойти, но даже подняться не могу.

– Эй! – мужской недовольный бас раздался чуть дальше. – Что тебе тут надо?

– Да тут у вас это, – ответил парнишка.

Я по-прежнему был не в силах разглядеть, что происходит. Мне хотелось пить, все тело ломило, каждое, даже самое малюсенькое движение, влекло за собой болезненные импульсы во всем организме.

Я не могу никуда уйти, пожалуйста, оставьте меня в покое.

– Позови Йозефа, пусть убирают за собой, – послышалось мужское ворчание, а затем удаляющиеся шаги.

Не подох, подумал я. По крайней мере, пока что. Но это легко решается, ведь за одним из моих мучителей уже отправились, и он сейчас доведет дело до логического завершения. Прости, Пилон, кажется, я не оправдал твоих надежд. Тебе бы следовало исполнить свой долг.

– Да куда он запропастился, – ворчит все тот же неприятный голос, после чего по легкой вибрации земли, на которой я лежал, я понял, что его обладатель также удалился.

Как же холодно. Я обхватил себя руками и нащупал какую-то тряпку. Чтобы хоть как-то согреться, я с горем пополам разгладил ее и накрылся. Это был тот самый плащ, мой роковой подарок.

Услышав приближающиеся голоса, натянул его на голову, и оказался целиком под своим ненадежным убежищем. Однажды он уже испортил мне жизнь. Что ж, если это его предназначение, то вот он я, приступайте. Очень удобно – брызги крови не будут марать ваши одежды, проклятые садисты.

– Ну и где он? – я услышал голос Йозефа прямо над собой и сжался комком.

– Только что лежал здесь, – сказал мальчишеский голос.

– По-твоему, это смешно? – Йозеф злился, а я не понимал причины. С трудом разлепив глаз, сквозь тонкую ткань я хорошо видел крупную фигуру Йозефа в двух шагах от меня.

Он держал за шкирку мальца и тряс его.

– По-твоему, это хорошая шутка?

Мальчишка испуганно таращился то на Йозефа, то на меня, но почему-то он меня не видел.

И тут до меня дошло! Этот чертов плащ был плащом-невидимкой! Хитрая черная магия, чтоб ее!

Я хотел рассмеяться, но вовремя опомнился и затаил дыхание. Все наблюдаемое в дальнейшем подтвердило мои догадки. Меня не видели. Уж не знаю, что было бы, решив они руками прощупать место, где я лежал (по их мнению, еще несколько минут назад), но они этого не сделали. Что ж, немного удачи после столь неприятных событий – скромная компенсация, которую я заслужил.

Плащ не согрел меня, конечно. Сырая от крови и недавнего дождя одежда была ни на что не годна. Но зато теперь меня никто не видел.

Как только двор опустел, я ползком, еле сдерживая крики от саднящих ран, переполз в самый дальний угол двора, где за двумя небольшими кучами песка густо росла крапива. Пробравшись к самому забору, я завалился на землю, свернулся под плащом калачиком и позволил себе провалиться в забытье.

Не знаю, сколько времени я провел в отключке. Придя в себя, я ощутил тепло солнечных лучей. Светило блистало в чистом небе – судя по его положению, перевалило за полдень. В желудке громко забурчало, я с удивлением понял, что очень хочу есть. Радость от того, что ко мне возвращаются свойственные живому организму желания, омрачилась осознанием потери своих вещей. Нет волшебного мешочка снеди, нет фляжки (как пересохло во рту!)… Нет ничего, кроме моего подарка – подарка, трагически изменившего мою жизнь.

Похоже, настала пора примириться с реальностью. Если я черный маг, нет смысла избегать заряженных черной магией предметов и вещей. Тем более, плащ, вероятно, спас мне жизнь.

Я представил, какие возможности дает мне невидимость. Пропитание с таким помощником вряд ли будет проблемой. Пожалуй, я смогу раздобыть все вещи, которые мне нужны. «Для этого придется воровать», – прозвучала в голове совесть голосом мамы. «Ах, ну тогда, конечно, лучше я умру с голоду», – подумал я зло, подавив дальнейшую мысленную дискуссию в самом зародыше.

Этот дрянной городок уже заставил себя ненавидеть, а вместе с ним и всех его жителей. Что за стража, которая развлекается унижением одиноких путников? Что за порядки в тавернах, где за разбитую кружку избивают до полусмерти? (Кстати, как все-таки она разбилась?). Будь мужиком, прервал я поток сочувствующих самому себе мыслей.

Да, я буду! И пусть Темный Владыка гордится мной, подумал я злобно и уверенно. Превозмогая боль в ребрах, держась за забор, я поднялся на дрожащие ноги. На них уцелели мои сандалии – и на том спасибо.

Голова закружилась, но немного погодя самочувствие стабилизировалось. Я надел плащ по-человечески, просунув руки в рукава да накинув капюшон, и потихоньку двинулся через двор к небольшой калитке – мимо уже знакомой помойной лужи, будь она неладна.

Плащ доставал до самой земли, надежно скрывая мои ноги. Обширный капюшон был настолько глубоким, что, свисая вперед, полностью закрывал лицо. Рукава закрывали пальцы. Если бы я примерил его раньше! Сколько неприятностей мог бы избежать!

Немного устав, я остановился, чтобы отдохнуть. В этот момент резко открылась калитка, с размаха стукнувшись о забор, чуть не задев меня. Показался Йозеф со своим другом-громилой – они втаскивали во двор ящик с овощами. Пронеся его до входа, поставили у дверей и вернулись за следующим.

В щель забора я увидел телегу, набитую ящиками. Кучер лениво прохаживался взад и вперед, пока шла разгрузка.