Правило первого касания

1.18

Крот мне не очень понравился. Он шел впереди достаточно уверенно, несмотря на плохую видимость, но что-то в его фигуре, выражении лица, что мелькало, когда он оглядывался на нас, настораживало.

Около часа мы шли до гор, затем некоторое время поднимались в гору. Где-то среди крупных камней мы прошли в узкий вход. Я подумал, что это пещера такая, но короткий тоннель распахнулся в ночь, и далее мы пробирались по узкой расселине. Казалось, еще шаг, и на нас свалится огромный камень либо горы просто сомкнутся, раздавив незадачливых путников.

Стояла глубокая ночь. Вопреки прогнозу, снег падать перестал, никакой метели не наблюдалось, наоборот, небо очистилось. Недостатка в освещении не было, так как луна светила ярко, и ее свет отражался от заснеженных вершин. В какой-то момент Крот исчез из виду, а когда мы шагнули в узкий проход вслед за проводником, то вышли на небольшой в диаметре участок, открывавший выход сразу к трем путям. Но Крота нигде не было, а следы на тонком снегу вели сразу в три прохода.

Мы с Морсом потоптались на месте, оглядываясь по сторонам. Из-за растерянности минут пять совсем не разговаривали. Я надеялся, что проводник просто отошел по нужде, но время шло, а он не возвращался.

Морс развел руками.

– Куда пойдем? – он указал на три варианта пути.

Сверху послышался шорох, и мы увидели Крота.

– Обычно человек замерзает в этих горах за три-пять часов, – сказал он медленно.

– Но? – спросил Морс.

– Но для вас могу сделать исключение.

– Дай угадать, – решил я вступить в разговор, – один золотой?

– Нет, – улыбнулся проводник, – всего лишь…

Я не дал ему договорить. Моя рука быстро и изящно начертила жест немоты, и заклинание молниеносно достигло цели. Крот хватал ртом воздух, как будто задыхался, а я мельком отметил, как слаженно получилось – опыт давал о себе знать. Не без тревоги я осознал, что успех и четкость магического действия имели причину – мою сильную злость, вспыхнувшую после сознания того, что нас опять пытаются обмануть или ограбить. В этой стране остались честные люди?

С удивлением хмыкнул Морс, а проводник требовательно уставился на меня, и его взгляд громко спрашивал: «Маг? Как так?».

– Значит, так, – я придал голосу важности, – обычно после моих заклятий люди умирают, но для тебя, как видишь сделано, исключение.

Морс усмехнулся.

– Всего лишь за один золотой, – я заметил недоумение своего спутника, – один золотой каждому я позволю тебе проводить нас согласно обговоренному плану. А там, глядишь, и немоту сниму.

— А я бы не хотел его больше слышать, – пожал плечами Морс, наигрывая ситуацию. – Сам посуди: зачем такому человеку оставлять возможность разговаривать.

Пока я изучал реакцию Крота, почему-то читая, как открытую книгу, его лицо, Морс продолжал вещать про пользу тишины. Я же мог поклясться, что проводник был шокирован произошедшим, оно стало для него полнейшей неожиданностью. Он согласен заплатить, и жаждет вернуть себе возможность произносить звуки.

– Пусть подумает обо всем этом, пока ведет нас дальше? – предложил я Морсу.

Изобразив на секунду неуверенность, Морс, наконец, как бы согласился.

Проводник ловко спрыгнул с возвышенности, и мы продолжили наш путь – в полнейшей тишине, не считая сопения Морса. Я, к собственному удивлению, чувствовал себя превосходно. Энергично плескался источник, показывая, что он готов действовать. Крот то и дело оборачивался, глядя на меня просящими глазами. И когда он снова заговорил, то я чуть не испугался от неожиданности, но быстро взял себя в руки.

На вопросительный взгляд Морса ответил:

– Еще бы немного, он бы прожег во мне две дыры своими глазами.

– Любезный, долго еще? – ворчливо спросил Морс.

– Пришли, – выдохнул Крот, и через пару шагов мы вышли на равнину, поросшую редким лесом.

– Вон, огни вдалеке, это Предмысье, от него рукой подать до Старого Мыса.

Новый пейзаж я впитывал всем сердцем, стараясь удерживать безразличный вид равнодушного мальчишки. Вдалеке отчетливо виднелось море – темная гладь воды, в которой ровной дорожкой отражался лунный свет. Я обратил внимание на воздух – солоноватый привкус почувствовался намного раньше, но теперь перед нами красовалась наглядная его причина. Единственное неудобство – мокрый холодный ветер.

– Вот, – Крот протянул мне две монеты, которые беззастенчиво забрал Морс.

Я кивнул, и проводник поторопился убраться. Отголоски совести, шептавшей, как нехорошо я поступил, запугав парня, были бесцеремонно отвергнуты.

– Значит, примерно час? – спросил Морс.

– Получается, так.

Моего заклинания хватило на час – буду иметь в виду. Немного постояв, глядя на ночное море, мы засеменили в Предмысье. Пронизывающий колючий ветер не располагал к долгим любованиям пейзажем. К тому же, мы устали, хотелось спать – ночь была на исходе.