Правило первого касания

1.21

– Смотри-ка, Кир, сработал, а ты сомневался, – сказал шагнувший из кустов брюнет, которого я моментально вспомнил. Он же из той троицы, что напала на нас перед перевалом.

Морсу угрожал коротко стриженый блондин. Кир оказался тем самым рыжебородым, а в руках у него была все та же дубинка, утыканная гвоздями.

Взгляд Морса упрекал: «Говорил же, их надо было убить», а вслух он произнес:

– Любезные, какие-то вы оказались злопамятные.

Троица дружно рассмеялась, а Кир угрожающе рявкнул мне в лицо:

– Щенку что-то нынче не смешно?

Он дал мне легкую пощечину, а я рефлекторно ответил ему кулаком в лицо, и когда его страшная дубинка уже поднялась, собираясь меня атаковать, между нами влез брюнет:

– Кир, ты забыл, зачем мы здесь?

– Да плевать на деньги! Давай убьем этих шакалов! Наверняка у них есть что-то ценное.

– Полегче, любезный! – раздался страдающий возглас Морса – это блондин связал ему руки за спиной.

– И этому давай, – брюнет подтолкнул меня к Морсу, – артефакт не вечный.

Мы с Морсом переглянулись.

– Шамал, ты бы меньше трепался, – упрекнул Кир.

Мне связали руки за спиной так крепко, что веревка, казалось, вот-вот отрежет запястья. Затем нас увели с дороги в чащу и толкали куда-то минут двадцать то пинками, то подзатыльниками, пока мы не вышли на обустроенную поляну с парой поваленных деревьев и следами костра в центре.

Толкнув нас на бревна, где мы кое-как расположились, троица начала обсуждать нашу дальнейшую судьбу без всякого стеснения.

Блондин, которого звали Орно, предлагал выполнить договоренность, отдав нас за предложенные деньги некоему заказчику. Шамал предполагал, что можно выручить за нас больше, особенно за молодого не белого мага, продав в рабство.

– Какое рабство? Он бредит? – спросил я шепотом Морса.

– Мой любезный друг, – начал Морс, но увидев мое нетерпение (даже в такой ситуации этот гуманитарий не мог отказаться от лишних вступительных конструкций), быстро ответил, что мы рядом с портовым городом, и здесь делаются и не такие грязные дела.

То, что раньше казалось страшными сказками, которыми пугали детей, вдруг обретало реальную угрозу. В своем далеком Белом Виду я жил, как у Албума за пазухой. А теперь с мира, который я когда-то нарисовал себе полностью безопасным и добрым, как будто слетала обманчивая светлая труха, как с моего рокового подарка-плаща, и он представал в совсем другом цвете.

– Хорош шептаться! – рявкнул Кир, который не отводил от меня своих злобных глаз.

– А кто, позвольте спросить, ваши заказчики? – спросил Морс. – Если уж нам все равно пропадать, может, откроете эту тайну? Крайне интересно узнать имя идиота, желающего за нас заплатить.

Троица уселась напротив, подкатив бревно.

– Это вы нам расскажите, – с издевкой в голосе предложил Шамал, – почему Цитадель готова заплатить за розыск двух неудачников?

Цитадель! Маги столицы узнали, что Пилон меня отпустил? Представление с казнью в Травинке никого не убедило? Как обидно быть схваченным, когда мы почти добрались! Нам ведь оставалось только сесть на корабль…

– Мальчишка нечаянно околдовал Пилона Мудрого, но я-то ту при чем? – Морс зачем-то начал пудрить нашим похитителям мозги, но я не понимал, куда он клонит. – А я могу откупиться, зачем Цитадели обычный историк?

Шамал о чем-то размышлял:

– Что-то ты хитришь, пузатый. Совсем-то уж за глупых нас не держи.

– Да Шамал, дай я их просто грохну, – Кир поднялся на ноги.

– За мертвых дают меньше, забыл?

А я проглотил ком в горле. Значит, платят и за мертвых… Скорее всего каким-то образом в Цитадели узнали, что Пилон не убил черного мага, как требовал закон.

– Орно, доставай! – Шамал пихнул приятеля локтем.

– Ну нет, там почти закончилось, – заупрямился Орно, а я понятия не имел, о чем речь.

– Давай, на один нюх обоим, минут на пять-десять хватит, успеем.

Я заволновался, Морс попытался порвать узы, но не тут-то было.

– С тебя золотой, – проворчал Орно и выудил из глубокого кармана пудреницу. Он осторожно открыл крышку и кивнул Киру. Тот грубо схватил голову Морса двумя руками, зафиксировав ее, а Орно поднес пудреницу к носу Морса. В момент, когда навстречу к нам подался и Шамал, видимо, чтобы помочь подельникам провести подобную процедуру и со мной, я изловчился и пнул пудреницу снизу, достав ее носком сапога.

Содержимое плотным облаком зависло в воздухе, и мы все невольно его вдохнули. Кир выругался, отвесив мне тяжелую оплеуху. Морс чихнул.

Орно и Шамал переглянулись.

– Это нам не помешает, – заявил Шамал и уселся обратно.

– Два золотых, – буркнул Орно.