Правило первого касания

1.29

Я вновь оглядел «поле» боя. Часть матросов были ранены, бесчувственного Морса два пассажира затаскивали вовнутрь. И тут я обратил внимание, что выскакивающие в районе носа корабля гарпуны игнорируют нападавших на них людей, а упрямо бредут в мою сторону, и только действия Сандро, Диего и прочих бравых ребят останавливают их.

– Сандро! – требовательно крикнул я. – Послушай меня! Пушечный залп в центр воронки!

Я ловко прыгнул на палубу и устремился к самой высокой мачте. Не менее ловко начал карабкаться вверх по вантам, стремясь достигнуть марса. Взобравшись на площадку, крикнул оттуда:

– Не останавливайте их! Пушку!

Наконец, капитан кивнул. Да и какие он мог видеть варианты? Корабль к центру воронки несло все быстрее, мы пропадем там целым судном!

Мой план работал, гарпуны потянулись к мачте, создав толчею у ее основания. Твари оказались достаточно тупыми, чтобы мешать друг другу. Те, что поудачливее, начинали ползти прямо по стволу мачты, но соскальзывали по нескольку раз, пока не приспосабливались или не догадывались использовать, как и я, ванты. Однако очень медленно соображали, то и дело застревая между веревок. Зато появились «прыгуны», которым удавалось взлететь из воды четко в моем направлении и уцепиться за брамшкоты или реи. Но и здесь дальнейшее передвижение вызывало трудности, и часто гарпуны либо срывались в воду, либо разбивались о палубу.

Некоторое время я находился в относительной безопасности, просто удерживаясь на марсе. А внизу уже вовсю настраивали одну из подружек «Лизаветы». Секунды тянулись, как длинные зимние месяцы в Тенимерии, подо мной росла толчея склизких тел. В какой-то момент эта куча показалась мне одним организмом, противно шевелящейся живой массой, которая вот-вот заполонит все вокруг и поглотит меня, как мамино желе из ягод, что она любила варить ко Дню урожая.

Грянул выстрел. Затем второй и третий. И моментально корабль качнуло – воронка исчезла, вернув галеону равновесие, обретая которое он чуть не зачерпнул воды правым бортом.

Большая часть гарпунов при этот попадала за борт, а остальные превратились в безвольных кукол. Они стояли, слегка покачиваясь, ничего не предпринимая. Очень скоро команда выбросила за борт одного за другим.

Я слышал, что капитан командовал, но не мог сконцентрироваться на содержании приказов. Краешком сознания я осторожно радовался, что опасность миновала. «Грехи Темнейшего» безмятежно держались на волнах, а хотелось бы побыстрее убраться прочь от проклятого места.

Не помню, как я спустился на палубу, но очень хорошо помню дрожь в руках и ногах. Об этой схватке я буду рассказывать своим внукам, если доживу до преклонного возраста… Подумать только, вот это битва!

Я, пошатываясь, дошел до перил и вцепился в них мертвой хваткой. Матросы завершали очищение палубы от склизких тел. Детские страшилки оказались реальностью, кто бы мог подумать. И чем же, интересно, я привлек их внимание. Кроме меня на корабле два сильных и более опытных мага…

Догадка появилась практически сразу. В отличие от них, у меня не один поток… Казалось, я ухватился за интересную мысль, но меня отвлек капитан.

О, да, он излучал совсем другие эмоции! Уважением фонило за версту, и я с облегчением выдохнул. Впервые Сандро улыбнулся мне.

– Отличная работа, Грегор!

Ой, ну что это – опять тень сочувствия? С каких пор я стал таким эмпатичным?

– Все готово, капитан! – доложил один из помощников.

Ветра по-прежнему не было, и паруса тяжелыми грязными тряпками свисали с мачт. Сандро весь подобрался и поднял руки.

– Смотри, основополагающий жест стихии выглядит так, – он сжал руку в кулак и по очереди выпрямил все пальцы, начиная с мизинца, затем снова сжал ладонь. – Далее зависит от стихии. Если мы работаем с воздухом, пальцы распрямляешь веером. Если с водой, то делаешь движение, как будто зачерпываешь воду. Земля – сыпучая, и большинство цепочек построены на трении пальцев друг о друга, как будто крошишь в руках землю. И, наконец, огонь – он резкий, хаотичный, опасный, и в жестах главное – резкость, а положение пальцев второстепенно. Доступно?

Суть объяснений Сандро была мне понятна, но причина откровенности оставалась не ясна.

– Зачем черному магу.., – начал я, но Сандро перебил.

– Пробуй!

Я хлопал глазами, соображая, может, я упал с марса и валяюсь на палубе без сознания, это мне мерещится? Сандро всплеснул руками:

– Ты не понял? Ладно Морс, он не маг и не чувствует, но ты? Это было его перо, заряженное магией стихии… Много ты успел им написать, пока не потерял сознание?

В нетерпении Сандро начал объяснять, что каждый маг видит свой источник.

– Ты что, как очнулся, не потрудился заглянуть внутрь себя? Оценка своего здоровья и запаса маны – первое дело после болезни, да и вообще после сна. Как утренняя разминка.

Он был прав, но не забыл ли, что мне было не до того.

– Смотри, – Сандро уселся прям на пол капитанского мостика, скрестил ноги и закрыл глаза, – каждый маг может видеть свой источник, а некоторые даже видят источники других.