Правило первого касания

1.31

Пока мы ехали, я анализировал последние события.

Братья провожали меня с грустью и как будто то и дело хотели что-то сообщить напоследок, но рядом всегда отирался Морс. От какой информации он берег меня, боюсь, теперь мне не узнать. «Грехам Темнейшего» предстояло пару недель простоять в порту, а затем двинуться в теплые воды. Оказывается, несмотря на суровый северный климат в здешних краях существовало теплое течение, приводившее к далекому континенту. Один рейс туда и обратно занимал месяцы, и к возвращению корабля путь в Светлолесье будет свободен ото льдов, открывая очередную навигацию.

Долгое время, что лошади легкой рысью скакали по дороге, Морс о чем-то переговаривался с Миреной. Я не слышал беседы, и мне оставалось удовлетворять свое любопытство, осматривая окружающую обстановку.

Это были поистине темные земли – в вечных сумерках все вокруг приобретало темно-серый оттенок, а тусклый свет из окон попадающихся лачуг только подчеркивал унылые краски.

Было холодно, но Мирена вручила нам с Морсом по артефакту – маленький мохнатый шарик просто засовывался в карман и обволакивал человека аурой непроницания. Застывший слой воздуха вокруг тела не давал морозу подступиться и в то же время препятствовал потере тепла. Только при разговоре этот слой нарушался, и можно было уловить мимолетное замерзание губ.

В одной из книжек я читал, что Тенимерия до Великой Катастрофы была теплой страной. Лошадь Мирены поравнялась с моей.

– Мирена, – я улыбнулся девушке, впервые произнеся ее имя, – это правда, что давным-давно в Тенимерии было тепло?

– Да, – кивнула она, – у нас есть легенда о том, что холод и темноту нам принес Холодный Космит.

– Расскажи, – попросил я. Все равно глазеть было не на что. Вокруг темнота и голые морозные пустыни. Мирена не отказала.

Она рассказывала, я мысленно путешествовал по временам и странам, когда и где никогда не жил. Да, это всего лишь легенды, но наверняка за ними скрывается часть реальной истории.

– Почему все народы Гексы не возобновят общение?

Мирена пожала плечами. Морс скептически хмыкнул и не стал ничего отвечать. Мы продолжали путь в тишине, а я присмотрелся к своему другу. С настроением его творилось что-то странное с тех пор, как мы шагнули на земли Тенимерии. Это же его родина, разве не должен человек радоваться, вернувшись в родные края спустя долгое время? Откуда эта тоска и обреченность?

Я, пожалуй, мог углубить свое сканирование друга, но не счел нужным нарушать его личное пространство. Вспомнив о его истории, намеки на которую прозвучали в лесах при встрече с Дуком, я списал его настроение на сложные родственные отношения. Вдруг здесь живут его родители благородных кровей, которые отлучили своенравного сына от дома? Или он – отец, оставивший жену и детей, теперь думающий о встрече с ними и осознающий чувство вины? Гадать можно было долго, но вскоре мне это наскучило, и я задремал.

Покачивание в седле, размеренность неторопливого шага, теплая оболочка, генерируемая артефактом, – мне действительно было очень уютно. Я мысленно касался прошедших событий, вспомнил начало пути, первые успехи в магии, маленького мальчика, заманившего нас в ловушку на свою собственную беду. Затем в памяти всплыла битва в море. Сколько раз я был на волосок от смерти? Боги, да обо мне уже можно писать песни!

И вот первый этап близится к концу здесь и сейчас, с каждым шагом моей лошади. У меня будет учитель. С моим особенным, как я уже понимал, источником я имел превосходные перспективы стать сильным магом. Смогу ли я вернуться на родину?

Черные маги подлежат истреблению, гласит закон, но нет ли в нем лазейки, касающейся того, что наряду с черной есть другие виды магии, и главное, – белая?

Я представил лица наших старейшин, услышавших, что в одном маге открылись два противоположных источника… Но ведь Пилон дал мне шанс. Значит ли это, что черный маг не равен магу с несколькими источниками? Можно ли вообще в моей стране открыто объявлять наличие нескольких потоков, ведь «один человек – одна магия». Почему, кстати? Откуда это пошло? Старые истории с гарпунами оказались не глупыми страшилками для детей, а чистой правдой.

Как много мыслей в голове, которые затеяли этот бесконечный хоровод! У меня нет ответов! А еще с наследием деда надо разобраться и понять, что он мне хочет втолковать.

– Приехали! – резкий голос Мирены вывел меня из дремы. Открыв глаза, я огляделся – мы стояли на пустыре в низине, как будто на дне огромной купели, перед вратами, сложенными из трех огромных камней. Два бруска в пару моих ростов высотой стояли на расстоянии друг от друга, достаточном, чтобы вся наша троица прошла через них. Поверх них громоздился такой же продолговатый камень правильной прямоугольной формы.

Я не верил глазам.

– У вас сохранились Врата?

Мирена только хмыкнула, а Морс дружески хлопнул меня по плечу.

– На лошадях добираться до столицы месяц, – счел он нужным пояснить, – ты был готов столько времени тратить на дорогу?

– Но как? – Врата – еще одна легенда Гексы, и нам всем давно вложили в головы, что работающих Врат не осталось.