Правило первого касания

1.16.1

Убедившись, что Морс занят своим делом, я немного от него отвернулся и открыл книгу. Она привлекла меня еще тогда, когда я торопился сложить все книги, добытые Морсом в Травинке, в суму. Сам заголовок «телесная магия» вызывал сомнения, ведь в другой книге, написанной «скромным слугой», говорилось про пять школ, а тело – это не магия вовсе, а вроде как скопление навыков по развитию своих физических данных. Мне было крайне любопытно ответить на вопрос, существует ли магия тела.

Я пролистал несколько первых страниц, не особо вдаваясь в подробности. Это было введение от автора, где передавалась легенда о Корпусе, боге Тела. Он единственный из Шестерых восторгался физической оболочкой полученного Первомужа, восхваляя внешнюю симметрию, внутреннее строение, биохимические процессы.

Взгляд зацепился за описание строения источника – некоего полуфизического, полудуховного органа, способного генерировать ману. Как раз говорилось про развитие источника и ощущения, которые тому способствуют. А далее начиналось очень интересное.

Есть мнение, что магии тела не существует, – писалось в книге, – его придерживается даже такой безмерно уважаемый мной автор, что именует себя покорным скромным слугой. Несмотря на высокую степень авторитетности моего коллеги, осмелюсь уверенно заявить, что он и его единомышленники ошибаются! Магия тела есть, и больше вам скажу. Если бы мне дали выбирать только один поток, я бы выбрал тело!

Вот это начало! Конечно, каждый автор тянет одеяло на себя, но стоило изучить многие мнения, набраться практики, чтобы познать истину.

Я украдкой оглянулся через плечо – Морс писал уже не так увлеченно, часто задумывался, делая паузы, что служило сигналом близкого завершения привала. Наскоро прочитав про основные достоинства магии тела (естественное физическое укрепление источника, сопротивление воздействиям на тело, ядам, магиям, развитие тела, борьба с болезнями, укрепление связки тело-дух), я засунул книгу обратно, а достал учебник, полюбившийся Морсу.

Только открыл его, как рядом оказался Морс:

– Ага! – крикнул он, я аж вздрогнул.

Морс ловко выхватил книгу, глянул на обложку и, довольный, вернул ее назад.

– Хорошо, – пробурчал он.

Вот жук, проверял меня.

– Как ты думаешь, дружище, – обратился я к нему, – заикающийся черный маг – хороший герой для твоей истории?

– Не преувеличивай, любезный, – обтер свой затылок мой попутчик.

– Да я чуть в штаны не наложил…

– Где твои манеры? – поморщился Морс. – Иди… накладывай… вон туда, – он махнул в гущу леса. – Через пять минут двигаемся дальше.

До гор мы шли несколько дней. По-прежнему стояла теплая погода. Дважды мы заходили в поселки, ночевали в кроватях. Четыре раза уже спали под открытым небом. Устраивались недалеко от тракта, на полянках.

Я значительно продвинулся в своей практике – накануне мне даже удалось убить зайца все той же плетью духа, а Морс научил его разделать. Поджарить еду на вертеле из толстой палке над мной же разожженным костром уже труда не составило.

Потихоньку я начал привыкать к походной жизни. С каждым днем неудобства замечались мной все меньше. Даже странно как-то: я не мерз, когда мерз Морс, я легче переносил жажду, когда долгое время нам не попадались ручейки, меня даже насекомые не особо беспокоили. Морс считал, что мелкая живность чувствует темную силу источника и избегает его энергетики, а я думал, что просто намного моложе Морса. Хотя безразличия насекомых это не объясняло.

Случались и другие трудно объяснимые вещи. Например, однажды мы набрели на кусты с аппетитно выглядящими ягодами, и Морс успел отправить пару ягод в рот, пока я не объявил, что они ядовитые.

– Не знаю, почему, – отвечал я на вопрос Морса. – Плохие и всё! Разве ты не чувствуешь этот запах?

Я действительно не мог объяснить. Набрав горсть ягод, я уже собирался съесть их, но, поднеся ко рту, учуял запах. Он был сладким, приятным, но опасным. Я четко ощутил этот ментальный, что ли, привкус. И очень разозлился, когда мой попутчик смотрел на меня с недоверием.

Морс набрал ягод в мешочек, но намеревался съесть их позднее. Однако через час его начало рвать, и стало очевидно, что я был прав. Даже двух ягодок хватило, чтобы он весь остаток пути до ночи чувствовал тошноту и слабость. Повезло, что в тот день мы как раз пришли в поселок, и Морс обменял у местной знахарки оставшиеся ягоды на эликсир от отравы. Уже наутро он был бодрым и, позавтракав, мы отправились дальше.

Мне все меньше нравилось общение с людьми. Я чувствовал раздражение, когда обслуга в таверне то и дело норовила снять с нас побольше денег, когда за соседним столиком пьяные посетители громко смеялись. Морс говорил, что это происходит из-за неудачного первого посещения заведения, окончившегося избиением. «Память тела», – похихикивал он. Смешно ему, можно подумать, самого никогда не избивали.

– Никогда, – убеждал он серьезно, но мой источник на это странно реагировал, как будто скептически хмыкал. Я не хотел верить, что Морс меня обманывает, да и зачем ему? Мне было даже немного жаль этого добряка. Природа не наградила его привлекательной внешностью, обделила ростом, разве что мозгов достаточно отвесила. На девок Морс смотрел, скажем так, с аппетитом (а девки смотрели на меня), а потом грустно вздыхал и сосредотачивался на кружке, что стояла перед ним. Я даже удивлялся: ну сколько ему, лет пятьдесят? В деревне у мужиков в таком возрасте дети рождались редко. Хотя дело могло быть не в них, а в женщинах, которые уже не рожали в эти годы. Как бы там ни было, красоту он видел и ценил. А в этот вечер выпил больше обычного и немного заплетающимся языком выдал: