Право на беседу (дилогия) Книга 1: Клуб подмастерьев

Размер шрифта: - +

Глава 1

Восточное побережье единственного на Беже обитаемого материка славилось живописными обрывами, спящим вулканом Соней и мусорными свалками. Желающим убедиться лично, знатоки советовали слетать к мысу Стрельчар, заглянуть в одноименный поселок и, наняв лодку, осмотреть окрестные бухты. Путешествие следовало затевать днем. Только днем!

Стрельчарцам пришлось выйти из дома на рассвете. Под близким обрывом ворчало растревоженное весенними штормами море. В воздухе стоял запах водорослей. От переполненных помоек тянуло гнилью. На соседней улице лаяла собака.

– Вредина! Я всем ребятам так говорю. Моя сестра вредина! – мальчишка лет пяти потер заспанные глаза. Круглолицый, взлохмаченный, в застиранных брюках и стеганой куртке с чужого плеча он походил на нахохлившегося птенца.  

Сестра потянула брата за руку, мягко заметила:

– Сбегать из дома нехорошо.

Она смотрелась великаншей – как большинство взрослых по сравнению с малышом. Простое синее платье и наброшенный на плечи теплый платок не отличались новизной, но выглядели опрятно. Строгая прическа из собранных в тугой узел волос подошла бы секретарю или учительнице.

– Я не сбегал. Я к дяде Валаду приходил, в гости. – Брат зевнул и вдруг сообщил: – А папа вчера опять нажрался.

– Иргуш?

Мальчишка насупился:

– Что Иргуш? Папа так говорит. И мама. И дядя Бихот. Всем можно, а мне нельзя, да?

По муаровым пласт-листам – на Стрельчаре они заменяли заборы – тянулись грязные, как сама улица надписи. Когда-то здесь зеленел бульвар, но деревья засохли, а гладь дорожек иссекли трещины. Дома – обшарпанные, в один, редко в два этажа – предпочитали смотреть на мир через закрытые ставни.

– Дядя Валад так не говорит, – заметила сестра.

– Он это… хорошо виляет, да?

Сестра, не выдержав, хмыкнула:

– Влияет он на тебя. Дядя Валад хорошо на тебя влияет.

– Ага. Он как мастером слойки станет, в столицу переберется. И я с ним. Он обещал! – Иргуш почесал нос: – Тебя, Рилда, мы с собой тоже возьмем. Если поклянешься не спорить.

Рилда не спорила ни с братом, ни с мужем. «Два фантазера», – вздыхала она.

Увлекаясь, Валад уверял, будто, проходя мимо чужого дома, может выключить в нем свет или перенастроить климат-генератор. Банный модуль у пьяниц-соседей Валад и правда включил. Рилда хохотала до боли в боках, наблюдая, как, оступаясь и бранясь, соседи вытаскивают из окутанной паром бани бутыли с самогоном. «Слойкоконтроля на тебя нет!» – превозмогая смех, восклицала Рилда. «Смотри, не накликай!» – с притворной серьезностью откликался Валад. Смуглый и темноволосый, рубашки и брюки он предпочитал светлые, зато традиционные для бежичей шейные платки выбирал только темных цветов. Рилде его манера одеваться нравилась, способности так и вовсе вызывали восхищение. Валад это чувствовал, великодушно замечал: «Отдавать команды не словом, а слойкой – это по силам каждому оврину. Попробуй!»

Рилда послушалась. Сидя в спальне, представила кухню-гостиную с задвинутыми под стол тремя табуретами, старым диваном и сервис-стойкой с единственным исправным блоком – пищевым синтезатором. Панель управления сально блестела, будто подначивала: дерзни – включи.

Знать бы еще, как.

«Забудь о слойке, – посоветовал накануне Валад, отчаявшись объяснить подруге, как работать с тем, чего нельзя ни пощупать, ни увидеть. – Думай о том, чего хочешь. Желай до кома в горле, до сжатых кулаков, до остановки дыхания!» Рилда пожелала, до кругов перед глазами и до звона в ушах. Кухонный синтезатор ее усилий не заметил, зато голова потом кружилась два дня. Повторить эксперимент Рилда не рискнула.

Сейчас она торопилась, но Иргуш ковылял все медленнее.

– Я тебя не понесу. Даже не надейся!

Брат обиженно засопел, однако, виснуть на руке раздумал.

Под ногами хрустело буро-желтое крошево, в плитах угадывались очертания ракушек. На фоне светлеющего неба все яснее прорисовывался конус Сони. Из переулка выскочила свора собак: вспугнула дремавшую в пыли кошку и, отметив победу дружным лаем, скрылась в заброшенном саду. Иргуш громко зевнул. Брат с сестрой миновали еще два дома.

Калитка, как обычно, оказалась открытой. От цветущих кустов – местные дареллы здесь мирно уживались с экзотической черной смородиной – по двору растекался густой аромат, обещающий щедрый урожай. Ряды грядок щетинились свежей порослью, беззвучно предупреждали: "Не наступи!"

Следуя изгибам дорожки, сестра с братом прошли к дому. Ждали долго. Наконец, дверь распахнулась, и крыльцо затопил смрад от залежалого белья и перегара. Опухшая, в засаленном халате и стоптанных шлепанцах мать с неудовольствием воззрилась на Рилду, заметив Игруша, всплеснула руками:

– Никак снова удрал? Вот гаденыш! А я думала, это он вечером со стола сыр уволок… Ну, заходи, коль явился.

Она потянула Иргуша в дом.



Елена Евдокимова

Отредактировано: 10.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться