Право на ошибку

Глава 8

— Воробьева, ты просто бомбита! — в очередной раз пьяно восклицает Олег Дегтярев, давний приятель Жени.

Парня ведет. Налитая прозрачная жидкость выплескивается на стол, когда он тянется ко мне.

— Спокойно, дядь, — пинает его в плечо смутно знакомый парень. — Пора прекращать.

Олег падает на кожаный диван и теряет ко мне интерес. Его приятель норовит вырвать шот из его рук. Тот сопротивляется и что-то шепчет ему на ухо. Из-за громкой музыки я ничего не слышу, но мне все равно весело. Они смеются, отвлекаются на разговор.

К счастью, я не чувствую себя здесь чужой.

Клуб «Парадиз» встретил нас дружелюбно. Прямо как раньше.

К моему удивлению, кроме знакомой атмосферы, вокруг полно людей из прошлого. Они мелькают перед глазами, вызывают веселые воспоминания. С кем-то из них мы вместе учились в школе, с кем-то общались в университете и потом тоже. Кажется, ребята рады меня видеть.

Единственное, что меня не удивляет — отсутствие Жени.

«Подобные развлечения не для нас, котенок», — заявил он два года назад.

Мы серьезные, взрослые. Практически семья. Такова его установка.

Семья, которую он легко разрушил.

Теперь понимаю, какие развлечения для него важнее.

От воспоминаний муторно на душе. Ерзаю на неудобной обивке, которая минуту назад казалась удобной. Платье задирает, нервно одергиваю подол и осматриваюсь.

Ленка где-то танцует, давненько ее не видно.

Цепляюсь взглядом за скачущую толпу. Из-за мигающего света ничего не разобрать. Хочется, чтобы подруга скорее вернулась. Чувство безопасности пропадает снова, а все из-за дурацких воспоминаний.

Резко дергаю резинку на запястье. Прогоняю, заталкиваю Женю поглубже со всеми его установками. У меня нет времени на прошлое. Впереди — будущее. Сегодня оно близко, как никогда.

— Воробьева, — Олег поднимается на нетвердых ногах и наклоняется ко мне. — А че ты ботаничкой прикидываешься? Выпей со мной!

Шот летит ко мне через стол. Стекло скользит по гладкой поверхности, и рюмка останавливается прямо у моей руки.

— Да-а, дядь, — тянет его друг и подмигивает мне. — Чего ты к ней пристал? Девок мало? Ленка нас с говном сожрет.

Взгляд Олега искрит. Через туман пробиваются признаки разума. Он смотрит на меня, затем поворачивается к другу. Мыслительный процесс отражается на лбу, покрытому морщинами.

— Не, ну а че? — перекрикивая музыку, выдает бессвязно.

— Ниче, — передразнивает его друг.

— Ты, может, вообще тут, счастью моему мешаешь, — морщится Олег, а я примирительно поднимаю руки.

Выдаю лучшую из улыбок, отчего губы больно растягиваются.

— Друзья, я не пью и мне надо в уборную.

Парни продолжают активно спорить. Поднимаюсь с места. Тянет на танцпол, но без Ленки смущаюсь. Мне нравится музыка. И даже пьяные шуточки Олега не раздражают, но… По-прежнему чувствую себя скованно. Это напрягает и мешает полноценному отдыху.

— Вот ты где! — кричит Ленка в ухо.

Вздрагиваю. Облегчение теплой волной проходится по телу, когда ее рука ложится на плечо. Напряжение спадает. Она обнимает меня и звонко смеется. В нос бьет аромат ее цветочных духов. Очень свежо.

— Куда ты пропала? — прислоняюсь к ней вплотную.

Она проходится по мне удивленным взглядом, затем делает глоток из бокала.

— Ты забыла? Миссия, Воробьева!

Морщусь в ответ.

— Не поняла?

Ленка откидывает голову и заливисто смеется, затем оглядывается.

— Где-то здесь ходит мой потенциальный спутник жизни. Страдает, мучается. Думает, где его Леночка потерялась, — подмигивает, и я смеюсь. — Нет, точно эгоистка! Развлекалась без меня?

Киваю в сторону смеющихся парней.

— Не то слово.

Олег практически растянулся на столе, пока второй, чье имя я так и не запомнила, что-то кричит склонившемуся официанту.

— Дегтярев, как всегда, — Ленка округляет глаза, и я замечаю подтеки подводки. — Фух, духотища.

Киваю. Очень жарко. Тянет на свежий воздух. Беру подругу под руку и веду к выходу.

Пробиваться сквозь плотный кокон из людей трудно. Мы едва не теряем друг друга. Прибывающие гости норовят сбить нас с ног. Ленка уверенно следует за мной и прихлебывает из бокала.

У выхода останавливаемся возле зеркала. Очередь в гардероб огромная, а на улице прохладно.

— Пошли так, — машет рукой Ленка. — Очень душно.

— Вспотевшие, — выдаю, затем оглядываюсь, — простынем.

Подруга смеется, будто я сказала несусветную глупость.

— О, раньше тебя подобное не беспокоило.

Она права. Но сегодня меня это волнует, сама не знаю почему. Причина в работе, потому что больничный оставит меня без зарплаты на ближайший месяц. Да и ученики. Им нельзя простывать.

Тоскливый мрак сосет в груди, когда я взгляд падает на собственное отражение.

Я обещала Артуру совместную прогулку в понедельник, а во вторник планировала покормить с Пашей уток на пруду возле его дома. По средам у меня Матвей. С ним мы ничего не планировали, но бедняга только привык ко мне. Его родители безумно рады.

Мои ученики — особенные. Они ограничены в своих возможностях. Родные не знают, что с ними делать, няни не справляются. И я должна им помочь. Обязана.

— Слушай, давай я постою за одеждой, — говорю спокойно.

Ленка пожимает плечами и опрокидывает бокал.

В этот момент в нее врезается подвыпивший парень.

Зажимаю рукой рот и вижу все, как в замедленной съемке. Остатки из бокала брызжут ей в лицо. Они стекают вниз и желтыми пятнами оседают на ее жилетке.

Парень невнятно бормочет, Ленка шипит и, не сказав ни слова, несется в сторону уборной.

— Извините, — голос парня ласкает слух. На вид наш ровесник, но у него приятный бархатистый бас.

Бедолага срывается с места и бежит за ней.

Отмечаю, что он вполне симпатичный.

От собственных мыслей на лице расцветает улыбка.

— Пойду одна, — решаю с некоторой веселостью и двигаюсь к выходу, невольно оглядываясь туда, куда убежал незнакомец.