Право на правосудие

Глава 1. Анастасия Вирова

Дождь барабанил по подоконнику старого здания МВД на Петровке, словно пытался смыть грязь, накопившуюся за десятилетия. Но Анастасия Вирова знала: грязь здесь была не на стенах, а в делах, которые лежали в сейфе, и в людях, которые сидели по ту сторону зеркального стекла в комнате допросов.

Анастасия медленно провела пальцем по холодной поверхности металлического стола. Её ногти, покрытые темно-бордовым лаком, контрастировали с серым металлом. Она не смотрела на мужчину, сгорбившегося на стуле напротив. Она давала ему время. Тишина была лучшим оружием, острее любого ножа.

— Я уже сказал всё, что знал, — прохрипел подозреваемый, нервно теребя рукав дешевой куртки. — Отпустите меня, Анастасия Сергеевна. Я просто водитель.

Вирова наконец подняла глаза. Её взгляд был ледяным, изумрудно-зеленым, лишённым эмоций, но в уголке губ играла едва заметная усмешка. Свет лампы выхватывал пряди её светлых волос, чуть ниже плеч, уложенных в легкую волну. Она знала, как выглядит в этот момент: идеальный блонд, строгий черный костюм, который сидел на её фигуре «песочные часы» как влитой. Ткань облегала талию, подчеркивала плоский живот и грудь третьего размера, но крой оставался сдержанным и деловым. Высокие устойчивые каблуки добавляли ей роста, делая фигуру еще более внушительной, несмотря на её 164 сантиметра.

— Водитель, — повторила она мягко, почти ласково. Она наклонилась вперед, сокращая дистанцию. Мужчина инстинктивно отшатнулся, его взгляд скользнул по её декольте, но тут же испуганно метнулся в сторону. — Игорь, милый, водитель не хранит в багажнике пять килограммов героина и не получает звонки от людей, которых нет в базе данных.

— Это подстава! — вспыхнул он, но в его голосе сквозил страх.

Анастасия выпрямилась и медленно обошла стол. Её каблуки стучали по линолеуму ритмично, как отсчет времени до взрыва. Она остановилась за его спиной, положила руки на его плечи. Он замер, боясь пошевелиться. Она чувствовала, как напряглись его мышцы. Её внешность была её оружием: она выглядела как дорогая игрушка, но обращалась как палач.

— Ты знаешь, что я не люблю ложь, — прошептала она ему в ухо, и в её голосе прозвучала опасная нотка флирта, от которого у любого нормального мужчины по спине пробежал бы мороз. — Ложь меня утомляет. А когда я утомляюсь, я становлюсь… жестокой. Ты ведь не хочешь, чтобы я стала жестокой, правда?

Она провела пальцами по воротнику его куртки, словно поправляла его, но давление было ощутимым. Это была её фирменная игра: смесь угрозы и соблазна. Она дестабилизировала их. Заставляла думать не о том, что говорить, а о том, кто она такая.

— Я… я могу назвать имя, — выдавил Игорь.

Анастасия отошла, словно ничего не произошло, и села на край стола, скрестив ноги. Юбка-карандаш чуть поднялась, обнажая идеальную линию бедра, но она сделала это невольно, с абсолютным безразличием.

— Вот теперь мы говорим на одном языке.

Через двадцать минут допрос был закончен. Вирова вышла в коридор, чувствуя привычную пустоту внутри. Адреналин спал, оставляя после себя лишь холодную ясность. Коллеги, проходившие мимо, кивали ей с уважением, смешанным с осторожностью. Мужчины провожали её взглядом, оценивая фигуру, но никто не осмеливался подойти ближе. «Железная леди», «Стерва», «Лучший опер» — какие только клички ей не давали. Ей было всё равно. Слова не имели значения. Имел только результат.

— Анастасия Сергеевна! — окликнул её молодой лейтенант, едва не столкнувшись с ней. Он тут же покраснел, заметив её зеленый взгляд. — Вас начальник вызывает. Срочно.

Вирова вздохнула, поправляя прядь волос. «Срочно» в МВД редко означало что-то хорошее. Обычно это означало либо выговор, либо новое дело, которое никто не хочет брать.

— Спасибо, Леша, — бросила она сухо и направилась к кабинету полковника Громова.

Кабинет начальника отдела пах дешевым кофе и старой бумагой. Громов, мужчина лет пятидесяти с уставшим лицом и седыми висками, стоял у окна, спиной к двери.

— Закрой дверь, Вирова, — не оборачиваясь, сказал он.

Анастасия выполнила приказание, щелкнув замком. Она прошла вглубь кабинета, её каблуки уверенно стучали по паркету.

— Что случилось, товарищ полковник? Если это про отчет по делу «Север», он будет на столе завтра.

Громов повернулся. В руках он держал папку с грифом «Секретно».

— Забудь про отчет. У нас новые вводные. Дело меняется.

Он положил папку на стол и постучал по ней пальцем.

— Мы получаем подкрепление. Совместная оперативная группа.

Анастасия нахмурилась, её зеленые глаза сузились.

— Подкрепление? У меня своя команда. Мы не нуждаемся в няньках.

— Это не няньки, Анастасия. Это ФСБ, — Громов выдержал паузу, наблюдая за её реакцией.

Вирова почувствовала, как внутри закипает раздражение. ФСБ. «Федералы». Люди, которые приходят, когда дело уже почти раскрыто, забирают славу и указывают, как работать. Она инстинктивно скрестила руки на груди, подчеркивая линию талии, но взгляд её стал колючим.

— Вы хотите сказать, что мне теперь придется отчитываться перед чекистами? — её голос стал холоднее, чем в комнате допросов.

— Я хочу сказать, что вы будете работать вместе. Дело касается национальной безопасности. Наркотрафик, который вы расследуете, — это лишь верхушка айсберга. Кто-то очень высоко хочет, чтобы мы не нашли конец нити.

Громов обошел стол и сел в кресло, тяжело вздохнув.

— Старший опер ФСБ, куратор операции, уже выехал к нам. Его зовут Юнов Константин Петрович.

Имя ничего ей не говорило, но титул заставил сжать челюсти.

— Когда он будет здесь?

— Через час. Совещание в большом зале. Собери своих людей. И, Вирова… — Громов посмотрел ей прямо в глаза. — Постарайся не убить его в первые пять минут. Нам нужны союзники, а не трупы высокопоставленных сотрудников.