Право на счастье

13. Лиана

Этот момент, когда Артур встал и направился в мою сторону, наполнил меня странным напряжением — смесью ожидания и тревоги. Я смотрела на него, чувствуя, как сердце бьётся всё громче, а внутри словно разгорался шторм. Но вдруг к мне подошёл другой — высокий, широко-­плечий парень с уверенной улыбкой и лёгким блеском в глазах.

Он словно вынырнул из воздуха, и его появление отвлекло меня от Артура. Без лишних раздумий я приняла его приглашение на танец, ощущая, как музыка будто охватывает нас, соединяя в ритме. Взяв меня за руку, он мягко повёл в сторону танцпола, и запах его парфюма смешался с клубным дымом, утратив для меня значение всё остальное вокруг.

Во время танца он пытался завязать разговор, лёгкий флирт звучал в его словах, но мой внутренний монолог был куда глубже. Я слышала его, ощущала его внимательность, но мысли мои все равно бежали к Артуру, к тем эмоциям, что он вызвал одним только взглядом. Этот парень танцует со мной, но в моём сердце ещё продолжается буря, буря, которую нельзя остановить музыкой и шумом.

Он улыбается, держа меня чуть крепче, и я ловлю себя на том, что все попытки раствориться в танце кажутся пустыми — потому что внутри я всё ещё на стороне Артура, на стороне того невысказанного, того чувства, что пробудилось, но пока остаётся запрятанным за игрой и светом клуба.

В самый разгар этого молчаливого напряжения, когда мы почти растворились в ритме и взгляде друг друга, вдруг почувствовала резкое движение — кто-то схватил меня за руку и резко отдернул назад. Я обернулась, и мое сердце вдруг замерло: передо мной стоял Артур. Его глаза пылали смесью решимости и отчаяния, в них читалась целая буря чувств, которую он не мог или не хотел скрывать.

Он крепко держал меня за руку, словно боясь отпустить, как будто за этим движением стояла вся его внутренняя борьба. Незнакомец, с которым я ещё только начинала танцевать, отступил на шаг, оценивая ситуацию с лёгкой тенью раздражения, но не настаивал. В этот момент весь мир вокруг перестал существовать: ни музыка, ни свет, ни шум — только мы трое, и эта напряжённая пауза, наполненная непроизнесёнными словами.

Я взглянула на Артура и тихо спросила: «Что ты делаешь? Отпусти меня».

Он только сжал мою руку сильнее и прошипел: «Мы уходим».

В этот момент незнакомец вмешался, обращаясь ко мне с беспокойством: «Всё в порядке?»

Артур резко ответил за меня: «Да, не вмешивайся».

Я не хотела, чтобы ситуация переросла в скандал, поэтому быстро добавила: «Да, спасибо. Всё хорошо. Я разберусь».

Артур крепко потянул меня за собой, выводя из клуба. На улице прохлада резко ударила по коже, но я чувствовала его тепло рядом. Он довёл меня до своей машины, открыл дверь и, прежде чем сесть за руль, мягко наклонился ко мне и поцеловал. Поцелуй был жарким, полным обещаний и напряжённого ожидания того, что может начаться — что-то большее, чем просто ночь в клубе.

Вот исправленная и стилистически выверенная версия вашего текста с сохранением живости и эмоциональной насыщенности:

Как только поцелуй начал углубляться, я резко отстранилась, оттолкнув Артура чуть назад. С возмущением в голосе сказала:
«Что ты делаешь? Что ты себе позволяешь, чёрт подери?!»

Он тяжело дышал, пытаясь совладать с бурей эмоций, бушевавших внутри него. В его глазах читалась одновременно страсть и растерянность, словно он боролся с самим собой, пытаясь понять, насколько далеко может зайти. Вместо слов теперь только тяжёлое дыхание наполняло воздух между нами, и напряжение становилось почти осязаемым.

— Я не знаю, меня рвёт на части. — сказал он с пронзительной искренностью. — Я просто не могу больше так жить. Столько лет я пытался убедить себя, что поступил правильно, что отпустил тебя. Но... ты мне нравилась, Лиана, действительно нравилась.

— Меня не отпускала мысль, что ты узнаешь — наши отношения начались со спора. Я даже не понимаю, зачем мы тогда начали это всё. Было так глупо... Я ведь влюбился в тебя с самого начала — такую лёгкую, такую красивую, не как все.
— Я мог бы просто попросить меня познакомить с тобой, но вмешался Руслан с этим дурацким спором. Чёрт! Чёрт, я до сих пор не знаю, зачем согласился на это...

— И что? Зачем ты рассказываешь мне это сейчас? ХВАТИТ! — голос дрогнул, но звучал твердо. — Открой дверь, дай мне уйти.

— Я знаю... Знаю, как это звучит. Мне было противно от самого себя. Мне действительно было тяжело.
— Сначала с Оксаной я просто пытался отвлечься, успокоить себя, не углубляясь в свои чувства.
— Когда ты ушла, я решил, что отпустить тебя будет правильнее, потому что ты не заслуживаешь такого отношения.

(Пауза. Он опускает глаза, перебирая слова.)

— Ты знаешь, я часто вспоминал тебя, прятался за другими, за пустыми разговорами, за попытками забыть...
— Но забыл ли? Никогда. Не умел. Не умею и теперь.

Она молчит, сдерживая слёзы, глотая ком в горле.

— Я злился на себя за слабость, злился на тебя за уход, хотя понимал, что это не твоя вина.

Он делает паузу, глаза блестят от напряжения.

Она смотрит на него острым, но спокойным взглядом, сдерживая боль.

— Ты женат, Артур. И между нами поставлена черта, которую ты сам построил.

Он молчит, не находя слов в ответ. Между ними повисло густое молчание, в котором каждый остаётся на своём берегу.

В машине повисла тягучая тишина — словно после грома, оставившего всё разбросанным и разбитым. Лиана сдержанно скрывала своё внутреннее страдание. В глубине души ее душила боль, но она цепко держалась за гордость — показывать слабость сейчас было непросто и опасно. В мыслях мелькала боль утраты: Как он мог быть женат и при этом говорить о чувствах к ней?

Артур сидел неподвижно, погружённый в самокопание. Его сознание было полным противоречий: с одной стороны — любовь к Лиане, с другой — скованность обязательствами и страх перед будущим. Он понимал, что прошлое нельзя изменить, но не мог позволить себе отпустить её снова.