Право на счастье.

Глава 14

Анна

Сообщение от Максима пришло в пятницу вечером, и сразу же накрыла паника. Не от того, что он пригласил на прогулку — это было мило и неожиданно. Паника была от осознания: есть ровно двенадцать часов, чтобы превратиться из замученной работой и ребёнком женщины в кого-то, на кого не стыдно смотреть при дневном свете.

Суббота началась с революции в гардеробе.

— Что надеть, что надеть? — бормотала, перебирая вешалки.

Это платье? Слишком нарядно. Эти джинсы? Пятно от пюре. Эта кофта? В ней — мешок из-под картошки.

— Аня, ты на подиум собираешься? — спросила мама из дверей.

— Хуже. На прогулку с мужчиной.

В итоге остановилась на тёмно-синих джинсах и серой кофте с V-вырезом. Не шедевр, но приличный casual. Лёгкий макияж, волосы в хвост.

Софию одела в розовый комбинезон с ушками. Если уж знакомиться, то во всеоружии.

— Ну что, солнышко, — сказала, укладывая её в коляску, — идём покорять сердца?

София радостно заагукала, что расценила как полное одобрение плана.

К парку подошла за пять минут до назначенного времени. Максим стоял у главного входа с высокой девочкой-подростком. Даже издалека видно, что это его дочь — те же умные глаза, та же осанка.

Девочка была одета как типичная пятнадцатилетняя: рваные джинсы, кроссовки, толстовка с капюшоном. Длинные тёмные волосы распущены, в ушах большие серьги. Выражение лица — скучающе-скептическое, классическое для подростков, которых заставили участвовать в родительских мероприятиях.

Когда подошла ближе, Максим улыбнулся.

— Анна! Отлично выглядишь.

Щёки вспыхнули от удовольствия. Давно ли мне говорили комплименты?

— Спасибо. Ты тоже, — ответила, и это была правда. В джинсах и лёгкой куртке он выглядел моложе и расслабленнее, чем в деловых костюмах.

— Знакомься, это Даша, — он положил руку на плечо дочери. — Даша, это Анна, о которой я рассказывал.

Даша кивнула с вежливой натянутостью.

— Привет, — сказала тоном, который ясно давал понять: "Я здесь против своей воли, но буду соблюдать приличия".

— Привет, Даша, — улыбнулась. — Приятно познакомиться.

Повисла неловкая пауза. Девочка меня оценивала — видела это по взгляду. И, судя по выражению лица, оценка была не самой высокой.

— А это София, — сказала, указывая на коляску.

Даша скользнула взглядом по розовому комбинезону и снова отвернулась. Ясно. Младенцы её не интересуют.

— Ну что, пошли? — предложил Максим, и мы двинулись по парковым дорожкам.

Первые десять минут Даша методично игнорировала меня. Отвечала односложно, смотрела в телефон, делала вид, что её здесь нет. Классическая подростковая защита: "Если я не признаю ситуацию, её не существует".

Не обижалась. Понимала — для неё я чужая женщина, которая вдруг появилась в жизни отца. Конкурентка? Угроза? Очередная "тётя", которая скоро исчезнет?

Максим пытался разрядить обстановку, но только делал хуже. Чем больше он старался вовлечь Дашу в разговор, тем сильнее она уходила в себя.

София мирно спала в коляске, не подозревая о драме, разворачивающейся вокруг.

А потом проснулась.

Сначала она просто открыла глазки и посмотрела по сторонам с серьёзным видом исследователя, изучающего новую территорию. Потом издала экспериментальное "а-гу", проверяя акустику парка.

— Ой, проснулась красавица, — сказал Максим.

София повернула голову на звук его голоса и улыбнулась — беззубой, слюнявой, абсолютно очаровательной улыбкой.

— Она тебя помнит, — засмеялась.

И тут произошло чудо.

Даша, которая до этого момента старательно игнорировала всё происходящее, вдруг остановилась и посмотрела в коляску.

— Ой, — сказала негромко. — А она... маленькая.

Едва не фыркнула. Конечно, маленькая, ей же всего несколько месяцев. Но в голосе Даши было что-то такое... удивлённое, почти восхищённое.

— А можно... — Даша запнулась, — можно посмотреть?

— Конечно, — остановила коляску.

Даша наклонилась к Софии. София, увидев новое лицо, заинтересованно протянула к ней ручку.

— Ой! — Даша невольно улыбнулась. — Она пытается меня потрогать!

— Она изучает мир, — объяснила. — В её возрасте всё познаётся через прикосновения.

— А можно дать ей палец?

— Осторожно, она крепко хватает.

Даша протянула указательный палец, и София тут же схватила его своей крошечной ладошкой. Девочка замерла, глядя на это с таким изумлением, словно произошло чудо.

— Боже, какая крошечная ручка, — прошептала. — И такая тёплая.

Лицо девочки изменилось. Исчезла подростковая напускная взрослость, осталась просто девочка, которая впервые в жизни держит за руку младенца.

— Как её зовут? — спросила Даша, не отрывая взгляда от Софии.

— София. Сонечка.

— Привет, Сонечка, — тихо сказала Даша. — Я Даша.

София в ответ заагукала и крепче сжала её палец.

— Она меня понимает! — восхитилась Даша.

Максим и я переглянулись. На его лице была такая же нежная улыбка, как и на моём.

— Конечно понимает, — сказала. — Дети очень хорошо чувствуют, кто их любит.

— А можно её покатать? В коляске?

Взгляд метнулся к Максиму. Он кивнул с улыбкой.

— Конечно можно.

Даша взялась за ручку коляски как за самое драгоценное в мире сокровище и стала рассказывать Софии про деревья в парке.

— Папа, а можно вы с Анной тоже в кадр? — предложила Даша через некоторое время. — Будет красивая семейная фотка.

Семейная фотка. Эти слова отозвались в груди одновременно теплом и страхом.

Дошли до пруда. Вода блестела на солнце, утки оставляли за собой расходящиеся круги. Пахло тиной и детством — так пахнут все городские пруды, где кормят уток. На дальнем берегу ивы свешивали ветви прямо в воду.

Даша остановила коляску у скамейки и стала показывать Софии уток.

— Смотри, Сонечка, утки! Вон та жёлтая — мама, а эти маленькие — её детки. Как ты!