Право на счастье.

Глава 22

Анна

Я слышу, как поворачивается ключ в замке, и сердце делает странный скачок. Не от волнения — от предвкушения. Словно охотник, который долго выслеживал добычу и наконец видит её в прицеле.

— Я дома! — раздается голос Игоря из прихожей.

Я сижу на кухне с чашкой чая и листаю новости в телефоне. На столе передо мной лежит мой второй телефон — тот, на котором хранятся все его грехи в высоком разрешении. Но спешить не стоит. Сначала дам ему вдоволь наиграться в счастливого мужа и заботливого отца.

— София спит? — Игорь заходит на кухню, выглядит усталым, но довольным собой. Новая рубашка, которую я никогда не видела. Светло-голубая, дорогая. Интересно, Светлана выбирала? Или он сам решил обновить гардероб для любовницы?

— Да, только что уложила, — отвечаю я спокойно, не поднимая глаз от экрана. — Как командировка?

Он плюхается на стул напротив меня, и я чувствую запах незнакомых духов. Женских. Сладких, приторных. Видимо, не успел принять душ в отеле. Или просто забыл, что у него дома есть жена с хорошим обонянием.

— Тяжело, но продуктивно, — он потирает лицо руками с видом замученного бизнесмена. — Кажется, контракт у нас в кармане. Если все получится, премия будет хорошая.

Какой актер. Даже не краснеет, когда врет. Тогда, полтора года назад, он тоже говорил про "тяжелые переговоры". Интересно, у них сменился сценарист, или репертуар остался прежним?

— Это замечательно, — киваю я и встаю. — Чай будешь?

— Давай. А как ты тут? Как дела, как дочка? — спрашивает он с изображением заботливого мужа.

Я включаю чайник и поворачиваюсь к нему:

— У нас все хорошо. София уже уверенно держит голову и хватает игрушки. Мой бизнес тоже растет — на этой неделе подписала контракт с сетью...

— Ага, хорошо-хорошо, — бормочет он, уже листая что-то в своем телефоне. Не слушает. Как всегда.

— ...а еще вчера к нам приезжали инопланетяне и забрали соседскую кошку, — продолжаю я тем же тоном.

— Да, классно, — кивает он, не отрываясь от экрана.

Когда-то это меня расстраивало. Сейчас просто подтверждает то, что я и так знаю: ему плевать на нас с Софией. Мы для него — декорация, фон для его настоящей жизни.

— А это что? — он кивает на пакет, который стоит рядом с его курткой, наконец отвлекшись от телефона.

— А, ты Софии что-то привез? — я ставлю перед ним чашку с чаем.

— Ну да, игрушку там всякую. Видел в магазине, подумал — понравится ей.

Я заглядываю в пакет. Дешевая пластиковая кукла в ядовито-розовом платье с размытым принтом. Ценник еще не оторван — две тысячи рублей. Волосы у куклы уже растрепаны, видимо, ее много раз брали в руки. Явно с витрины уценки.

— Вот, доченьке привез, — говорит он с видом щедрого отца. — Пусть играется.

— Она будет в восторге, — говорю я, ставя куклу обратно в пакет. — Расскажи про переговоры.

И он рассказывает. Целых двадцать пять минут плетет байки про несуществующих клиентов, про сложные переговоры, про то, как ему пришлось ночами просиживать над документами в гостиничном номере. Его история обрастает подробностями — сложные технические моменты, капризные заказчики, конкуренты, которые пытались перебить цену в последний момент.

Я слушаю, киваю, подливаю ему чая, иногда задаю уточняющие вопросы. Играю роль заинтересованной жены. А внутри меня растет что-то холодное и острое. Не ярость — что-то более концентрированное. Как лед, который превратился в стекло.

— А клиенты адекватные были? — спрашиваю я, наклонившись подбородком на ладонь.

— В основном да. Правда, один постоянно звонил вечерами, прямо во время ужина. Пришлось несколько раз выходить отвечать.

Ага. Светлана звонила во время ужина. Как романтично.

— Понятно. А где останавливались?

— В "Континентале", там рядом с офисом их. Удобно было.

"Континенталь" — это недорогая гостиница в центре. А "Лесные дали" — элитный спа-отель в пригороде. Интересно, как он собирается объяснить эту нестыковку?

— Да, три дня пролетели как один, — заканчивает он свой спектакль и потягивается. — Хорошо дома-то как. Скучал по вам.

Скучал. По дочери, которой привез куклу с уценки, и по жене, которую не слушал даже тридцать секунд.

— Конечно, — улыбаюсь я. — Дома всегда лучше всего. Кстати, надеюсь, Свете понравился браслет?

Он замирает с чашкой у губ. Замирает так резко, что чай расплескивается на стол. Несколько капель попадают ему на новую рубашку.

— Что? — голос у него становится на тон выше, почти писклявый.

— Браслет. Который ты ей купил. Надеюсь, Светлана была довольна?

Цвет постепенно уходит с его лица. Сначала он розовый от усталости, потом обычный, потом серый. Потом почти зеленый. Как будто кто-то медленно поворачивает диммер.

— Я не понимаю, о чем ты... — он пытается взять себя в руки, но голос дрожит. — Какая Светлана? Какой браслет?

— Не понимаешь? — я беру свой телефон и медленно, наслаждаясь каждым движением, открываю галерею. — Может, это освежит твою память?

Первое фото — чек из ювелирного магазина. Пятнадцатого числа, браслет с фианитами, пятнадцать тысяч рублей. Его имя четко видно внизу чека.

Его глаза становятся круглыми. Он несколько секунд пялится на экран, потом поднимает взгляд на меня.

— Анна, это... это не то, что ты думаешь...

— А что я думаю? — спрашиваю я с невинным видом.

— Это... — он лихорадочно соображает. — Это коллеге на день рождения! Мы скидывались всем отделом!

— Каким отделом, Игорь? — перебила я. — Ты же говорил, что тебя уволили. Или ты нашел новую работу? Ту самую, с "командировками" в спа-отели? Или просто проедаешь кредитный лимит, изображая бизнесмена?

Просто на меня оформили, потому что у меня карта с кэшбеком была!

—Какая трогательная забота о коллективных финансах. Жаль только, что он забыл — я знаю всех его коллег по именам.

— Коллеге, — повторяю я задумчиво. — А коллегу эту как зовут?