Право на счастье.

Глава 24

Анна

Прошло три месяца с момента ухода Игоря, и жизнь наконец начала обретать форму.

Моё маленькое агентство "Сокол-Медиа" больше не кажется авантюрой. После успеха с тетей Валей ко мне потянулись другие клиенты. Сначала по сарафанному радио — владелец цветочного магазина, потом местная пекарня, небольшой автосервис. А на прошлой неделе поступило предложение, от которого чуть не упала со стула: продвижение нового ресторана на набережной.

Сижу за кухонным столом с ноутбуком, пока София играет рядом с кубиками. На экране — таблица с доходами за месяц. Цифры приятные. Не астрономические, но достаточные для того, чтобы снять собственную квартиру и перестать быть обузой для мамы.

— Посмотри-ка на нашу бизнес-леди, — говорит мама, заглядывая мне через плечо. — Как быстро всё изменилось.

— Да, — киваю, закрывая ноутбук. — Кто бы мог подумать полгода назад.

— А Максим как? Давно не звонил по работе.

Хороший вопрос. Последний месяц мы почти не общались по работе. Пара звонков по текущим задачам, несколько сухих рабочих сообщений. Списываю это на занятость — у него дела, у меня дела. Но иногда ловлю себя на мысли, что скучаю по нашим разговорам.

— У него много проектов сейчас, — отвечаю. — Да и мне есть чем заняться.

Телефон звонит, словно услышав наш разговор. На экране — "Максим Волков".

— Говори о чёрте, — усмехаюсь и принимаю вызов. — Алло?

— Привет, Аня. Как дела? Не помешал?

— Нет, конечно. Всё хорошо, работаю.

— Отлично. Слушай, нужно обсудить несколько вопросов по проекту с логистической компанией. Можем созвониться через пятнадцать минут?

— Конечно.

Ровно через пятнадцать минут ноутбук издаёт знакомый звук входящего видеозвонка. Быстро поправляю волосы и принимаю вызов.

Максим появляется на экране. Выглядит усталым, но, как всегда, собранным. За его спиной — знакомый кабинет, книжные полки, большое окно.

— Привет ещё раз, — говорит он и улыбается. Но что-то в этой улыбке не так. Слишком вежливая, что ли.

— Привет. Что по проекту?

Обсуждаем технические детали, сроки, бюджеты. Всё как обычно, всё по-деловому. Но замечаю, что он несколько раз отвлекается, смотрит куда-то в сторону.

А потом в кадре появляется она.

Блондинка в дорогом бежевом жакете заглядывает в кабинет. Эффектная, уверенная в себе. Видит, что Максим в видеоконференции, извиняюще машет рукой и исчезает.

— Извини, — говорит Максим, и замечаю, как он на секунду теряется. — По работе.

— Конечно, — отвечаю ровным тоном. — Так что там с логистикой?

Разговор заканчивается быстро. Максим торопится, постоянно поглядывает на дверь кабинета.

— Хорошо, тогда до связи, — говорит он и почти сразу отключается.

Смотрю на тёмный экран и хмурюсь. Странно. Максим никогда не заканчивал наши разговоры так резко. И эта блондинка... что-то в ней было знакомое.

Неделя проходит в тумане.

Работаю. Укладываю Софию. Ем. Сплю. На автопилоте.

Мама несколько раз спрашивает, всё ли в порядке. Отвечаю: "Да, просто устала".

Правда другая: прячу какое-то смутное беспокойство. Закапываю поглубже, чтобы не мешало работать. Но оно сидит где-то внутри и скребётся, как заноза.

Та блондинка. Кто она? Коллега? Клиентка?

Или что-то большее?

Пытаюсь убедить себя, что мне всё равно. Максим мне никто. Мы не встречались, у нас не было отношений. Он имеет полное право...

Но почему тогда так неспокойно?

Днём у меня встреча с владельцем того самого нового ресторана. Место встречи — кафе "Лакомка", то самое, где мы с Максимом впервые встретились после школы. Ирония судьбы.

Прихожу за полчаса, заказываю кофе и устраиваюсь за столиком у окна. Булочки с корицей, которые когда-то так хвалил Максим, всё так же пахнут детством и уютом. Но сейчас этот запах вызывает странную грусть.

Достаю планшет, просматриваю презентацию. Всё готово, всё продумано. Если получу этот контракт, смогу официально оформить ИП и арендовать небольшой офис.

За соседним столиком садятся две женщины — типичные местные модницы лет сорока. Обе в дорогих пуховиках, с укладками из парикмахерской и яркими маникюрами. Заказывают капучино и сразу погружаются в обсуждение последних городских сплетен.

Сначала не обращаю на них внимания. Просматриваю презентацию на планшете, жду клиента.

А потом слышу знакомое имя.

— А Волков-то наш, говорят, с Вербицкой закрутил.

Пальцы застывают на экране планшета.

Волков. Максим.

Сердце пропускает удар.

Медленно ставлю чашку на блюдце. Руки дрожат — совсем чуть-чуть, но дрожат. Делаю вид, что полностью поглощена работой, но каждая клетка тела напряжена, ловит каждое слово.

— С Ириной, что ли? У которой пиар-агентство?

— Да-да, с ней самой. Видели их на днях в "Усадьбе", ворковали как голубки. Она вся такая при нём — то за руку возьмёт, то что-то на ушко шепчет.

— Ну и пара! Оба красивые, оба успешные. Самое то друг для друга.

Воздух застревает в горле. Дышу медленно, через силу. Лицо спокойное. Глаза в планшет. Никто не должен заметить.

— А помнишь, раньше ходили слухи, что он с какой-то разведёнкой встречался? С ребёнком?

Горло сжимается.

Это обо мне. Про меня сплетничают незнакомые тётки в кафе.

— Да ладно! — первая фыркает. — Это же Максим Волков! Ему зачем чужие дети? У него и своих забот хватает.

Чужие дети.

София — чужой ребёнок. Груз. Проблема.

Я — разведёнка. Не женщина, а статус. Штамп.

Пальцы сжимают планшет так сильно, что белеют костяшки. Дышу ровно, медленно. Лицо спокойное. Никто не должен заметить, как больно.

Но внутри всё горит.

— То-то и оно, — продолжает вторая. — А эта Ирина — другое дело. Стильная, умная, свободная.

Свободная. Читай: без детей. Без прошлого. Удобная.

Идеальная.

— Да и вообще, — продолжает первая, — мужчине нужна женщина, которая его дополняет. А не та, которая тащит за собой проблемы.