Право на счастье.

Глава 31

Анна

— Максим, — говорю тихо, глядя в его серые глаза. — У меня есть новости. Самые лучшие в мире.

Он ждёт, не отрывая от меня взгляда, и вижу в его глазах готовность к чему угодно.

— Мы будем родителями.

Несколько секунд стоит неподвижно. Лицо застывает. Глаза расширяются. Губы приоткрываются, но звука нет.

— Ты... мы... — голос срывается. — Серьёзно? — Серьёзно. Сегодня сделала тест.

Он медленно — очень медленно — опускается на колени. Руки дрожат, когда кладёт их мне на талию.

Прижимается лбом к животу. Замирает. Дышит неровно.

— Привет, малыш, — шепчет он наконец. Голос надломленный, полный чувств. — Это папа. Я... я буду твоим папой.

Плечи у него вздрагивают. Понимаю: он плачет.

Опускаюсь на колени рядом, обнимаю. Мы оба плачем и смеёмся одновременно — от счастья, от облегчения, от переполняющей любви.

— Я так тебя люблю, — шепчет он мне в волосы. — Вас обеих. Всех троих. — Откуда знаешь, что девочка? — Не знаю. Но всё равно люблю.

В этот момент просыпается София и требовательно лепечет из своей кроватки. Идём к ней, и Максим берёт её на руки.

— София, — говорит он торжественно. — У тебя будет братик или сестричка.

София серьёзно смотрит на него, потом показывает пальчиком на мой живот:

— Бэби? — Да, малышка. Бэби.

Она хлопает в ладошки и радостно визжит, словно понимает, какая это замечательная новость.

Вечером сообщаем Дарье. Она визжит от восторга, обнимает меня и объявляет, что ребёнка нужно назвать Артёмом. София радостно повторяет: "Тёма! Тёма!" — и вопрос с именем решён.

Следующие месяцы пролетают счастьем. УЗИ подтверждает: мальчик. Дарья торжествует — угадала!

Максим становится ещё заботливее: не даёт поднимать тяжести, покупает витамины, читает книги о беременности.

— Максим, я не хрустальная, — смеюсь, когда он пытается помочь мне встать с дивана. — Знаю. Но ты носишь моего сына. Это самое дорогое, что у меня есть.

Бизнес растёт вместе с животом. Нанимаю помощника, арендую офис. "Сокол-Медиа" превращается в настоящую компанию.

— Смотри, как всё сложилось, — говорит мама, приходя в гости. — Семья, работа, ребёнок. — Да. — Глажу округлившийся живот. — Всё на своих местах. — А свадьбу? — Весной, — улыбается Максим. — Когда Артём подрастёт.

Год спустя

День свадьбы. Май, в саду всё цветёт.

Стою перед зеркалом в платье цвета слоновой кости. Мама поправляет фату.

Артёму три месяца. Лежит в кроватке, наблюдает серьёзными серыми глазами — как у папы.

— Мамочка красивая! — София забралась на кровать в розовом платьице. — А я? — Самая красивая, — целую её.

Дарья заглядывает:

— Гости в саду. Папа спрашивает, готовы? — Почти. Пять минут.

Мама обнимает меня:

— Я так горжусь тобой, доченька. — За что? — За то, что не сдалась. За то, что поверила в себя. За то, что дала себе право быть счастливой.

Церемония в саду за домом. Только близкие: мама, тётя Валя, друзья, коллеги.

Максим стоит у арки из цветов. Тёмно-синий костюм, белая роза в петлице. Видит меня — и улыбается так, что перехватывает дыхание.

Иду к нему по дорожке из лепестков роз. София несёт подушечку с кольцами. Дарья держит спящего Артёма.

— Ты потрясающе выглядишь, — шепчет Максим. — Ты тоже.

Мировой судья — наш знакомый — проводит церемонию. Просто, без пышности, но торжественно.

Клятвы. Кольца. Его руки дрожат, когда надевает кольцо мне на палец.

— Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Поцелуй долгий, нежный, полный обещаний. Гости аплодируют, София хлопает в ладошки, Артём просыпается и хмурится от шума.

— Теперь мы официально семья, — шепчет Максим. — Мы и так были семьёй. Просто теперь это в документах.

Банкет в саду. Никаких помпезных речей — просто близкие люди радуются вместе.

Тётя Валя поднимает бокал:

— За Аннечку, которая показала: мечты сбываются! — За Максима, который разглядел в напуганной женщине будущую королеву! — добавляет мама. — За нашу семью! — говорит Дарья с Артёмом на руках. — За то, что мы нашли друг друга!

София поднимает стаканчик с соком:

— За маму и папу!

Все смеются, пьют, обнимаются. Смотрю на этих людей — моих людей — и понимаю: счастье не в количестве гостей. Счастье в том, чтобы быть окружённой теми, кто любит.

К вечеру гости расходятся. Дарья берёт ночное дежурство с Артёмом:

— Это ваша свадебная ночь. Идите, я присмотрю за малышами.

Выходим на террасу. Стоит тёплый майский вечер, в воздухе пахнет цветущими яблонями. Максим обнимает меня сзади, мы смотрим на звёзды.

— О чём думаешь? — спрашивает он. — О том, как всё изменилось. Полтора года назад была несчастной, одинокой женщиной, которая боялась собственной тени. — А теперь? — А теперь замужем за самым лучшим мужчиной в мире, у меня двое замечательных детей и успешный бизнес. — И самая красивая падчерица. — И самая красивая падчерица.

Молчим, просто стоим и слушаем ночные звуки. Где-то поёт соловей, шелестят листья, доносится далёкий шум машин.

— Анна, — говорит мама, появляясь на террасе. — Извини, что прерываю, но хотела кое-что рассказать перед отъездом. — Что случилось? — Встретила вчера Игоря.

Имя. Раньше это имя вызывало боль, злость, стыд. А сейчас?

Прислушиваюсь к себе. К сердцу. К дыханию. К ощущениям в груди.

Ничего.

Полная, абсолютная тишина.

Как будто мама говорит о ком-то из сериала. О человеке, которого никогда не знала.

— И? — Выглядит ужасно. С работы уволили, последняя пассия бросила, обобрав до нитки. Живёт у матери.

Мама ждёт реакции. Злорадства. Или, наоборот, жалости.

Но внутри — пустота. Даже не плохая пустота. Просто место, где раньше жила боль, теперь свободно.

— Понятно, — киваю и беру канапе. — Мам, пойдём, кажется, торт остался.

Она смотрит удивлённо: