Право на себя

Глава 27. Ночное нападение

Тот вечер был наверное самым спокойным за все время, что я прожила в этом мире. После разговора с Кайденом камень с души свалился. Мы просидели допоздна у камина, шепчась, как два заговорщика, делясь обрывками прошлой жизни. Проводив его, я еще долго не могла уснуть, чувствуя непривычную легкость и надежду.

Именно это осознание, что мы не одни, и усыпило мою бдительность.

Глубокой ночью меня разбудил не звук, а его отсутствие. Стих ветер, и в этой звенящей тишине я услышала приглушенный скрип — не ветки, а скорее осторожный шаг по опавшим листьям у самого дома.

Ледяной ужас пронзил меня мгновенно. Я метнулась к окну, отодвинула тяжелую штору. В лунном свете угадывались темные, бесшумные фигуры, окружавшие дом. Их было много.

«Дерек».

Мысль пронеслась молнией. Я рванула к кровати, чтобы разбудить Лину, но не успела.

С грохотом, от которого задрожали стены, входная дверь слетела с петель. В проеме, залитые холодным лунным светом, стояли несколько коренастых мужчин в темном. А за ними, как тень, возникла высокая фигура Дерека.

— Вот и дом нашей беглой невесты, — его голос прозвучал сладко и ядовито. Он шагнул внутрь, его сапоги гулко стучали по половицам. — Уютно. Прямо как в свинарнике.

Лина проснулась от грохота и с визгом вцепилась в меня. Я прижала ее к себе, отступая к печке, сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Убирайся, Дерек! — выдохнула я, пытаясь скрыть панику.

— Домашние посиделки закончились, Эллена. Пора домой, — он кивнул головорезам. Двое из них двинулись на нас.

В глазах у меня потемнело от страха. Но я заметила, что их внимание приковано ко мне. И у меня мелькнул отчаянный план.

— Беги, Лина! — резко крикнула я, отталкивая ее от себя в сторону узкого прохода, ведущего в кладовую. — В лес! Беги!

Девочка на мгновение застыла в ужасе, но потом инстинкт самосохранения взял верх. Она метнулась в темноту, как испуганный заяц. Один из людей Дерека сделал шаг, чтобы перехватить ее, но я изо всех сил швырнула в него тяжелую деревянную кружку, попав ему в плечо. Он на секунду задержался, и этого хватило — маленькая тень юркнула в кладовую, откуда был выход в чулан, а из чулана — наружу, через потайную щель в обшивке, которую мы с ней когда-то обнаружили.

— Лови ее! — взревел Дерек, но было уже поздно.

Его ярость обрушилась на меня.
— Где она?! Верни ее немедленно!

Он схватил меня за руку, его пальцы впились в запястье как стальные клещи. Боль пронзила руку, но в душе вспыхнула слабая искра надежды. Лина сбежала. Она успела.

— Я тебя убью за это! — его лицо исказила гримаса бешенства. Он потянул меня к двери. — Ты заплатишь за все! И за свой побег, и за эту дрянь!

Я сопротивлялась, как могла, цепляясь за косяк двери, но его сила была нечеловеческой. Он просто оторвал меня и потащил через порог. Я видела, как его люди обыскивают дом, переворачивая все вверх дном, явно пытаясь найти спрятавшуюся Лину.

Меня грубо потащили по мокрому снегу к группе верховых лошадей. Последнее, что я увидела, прежде чем на голову мне набросили мешок, был наш темный, безмолвный дом с распахнутой дверью, зияющей, как рана. И тишину ночи пронзил отдаленный, испуганный крик Лины, донесшийся со стороны леса.

Лина

Я оттолкнулась от стены и побежала. Не в лес, как сказала Лена, а по тропинке к дяде Кайдену. Ноги вязли в грязи, ветки били по лицу и царапали, как злые кошки. Я плакала и бежала, спотыкалась и падала, но снова вставала. Нужно было бежать быстрее.

Вот и его дом. Темный, большой, страшный. Я подбежала к двери и начала колотить в нее кулаками, хотя они уже ничего не чувствовали от холода.

— Дядя Кай! — кричала я, захлебываясь слезами. — Дядя Кай, открой! Ее забрали! Лену забрали!

Сначала было тихо. Потом я услышала шаги. Огромные, тяжелые. Дверь распахнулась так резко, что я чуть не упала внутрь. На пороге стоял дядя Кайден. Он был без рубахи, волосы растрепаны, глаза сонные, но они сразу стали острыми, как у волка.

Он увидел меня, и его лицо стало совсем другим. Не сонным, а каменным.

— Лина? — его голос был низким и хриплым. — Где Лена?

У меня из горла вырвался какой-то непонятный звук, и я просто прохрипела:
— Дерек… с людьми… забрали ее… на лошадях…

Я ждала, что он начнет кричать или задавать кучу вопросов. Но он ничего не сказал. Он снял с крючка свой большой теплый плащ, пахнущий дымом и лесом, и завернул меня в него, как в одеяло. Потом подхватил на руки и занес в дом. Я вся тряслась, зубы стучали.

Он посадил меня на лавку у печки, накинул еще одно одеяло и сказал только одно слово:
— Сиди.

Потом он повернулся к стене. Там висел его топор, большой и страшный, и нож в кожаных ножнах. Когда он снял их, он стал похож не на дядю Кайдена, который молча чинит наш забор, а на кого-то другого. На воина из старой сказки.

— Дядя Кайден… — прошептала я. — Они ее убьют?

Он обернулся. Глаза у него горели.
— Нет, — сказал он очень тихо, но так, что я поняла — это правда. — Не убьют. Я не позволю.